Грудкин Борис Владимирович
Автор публикации
Грудкин Б.В.Подписчиков: 5036
РейтингРейтингРейтингРейтингРейтинг128.9к

ОСОБЕННОСТИ НАЦИОНАЛЬНОГО ПРАВОСУДИЯ ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

487 просмотров
233 дочитывания
16 комментариев
На сегодня эта публикация уже заработала 19,45 рублей за дочитывания Зарабатывать

Сегодня имел ни с чем не сравнимое удовольствие выступить защитником по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.2.2 Кодекса об административных правонарушениях. Проще говоря, по делу лица, обвиняемого в участии в несанкционированном митинге.

Дело рассматривалось в Невском районном суде. Технически это происходило следующим образом.

В понедельник 1 февраля 2021 года с утра и до поздней ночи к зданию Невского районного суда подъезжали автобусы (да, именно автобусы!) с задержанными на несанкционированных мероприятиях 31 января 2021 года и содержащихся в различных отделах полиции Невского района.

Чтобы вы понимали, это уже были те граждане, которые ночь провели в «обезьянниках» отделов полиции, поскольку основную массу «счастливцев», которые отделались составлением протоколов, но не были задержаны, отпустили еще прошлой ночью.

Подвоз «клиентов» автобусами осуществлялся регулярно и по какому-то жесткому кем-то утвержденному расписанию. Работа суда (а текущие дела при этом никто не отменял) была полностью парализована. Как разъяснили приставы ещё на входе в суд, все тридцать судей суда были расписаны на «обслуживание» задержанных.

Отдельно следует остановиться на этом самом входе в суд и организации «обслуживания». Я изобразил сосредоточенно целеустремленное выражение лица, пошире раскрыл адвокатское удостоверение и намеревался пройти защищать клиента, как, в общем, делал много раз. Но тут меня вежливо остановили товарищи судебные приставы, которых на входе в суд в этот раз толпилось почему-то человек десять, и спросили, а к какому именно судье я столь целеустремленно иду в эпоху жестких антиковидных ограничений?

Я объяснил, что двигаюсь на защиту гражданина М., в этих целях имею ордер, выданный, как положено, адвокатским образованием, а Ф.И.О. судьи, к которому расписан мой подзащитный, намерен узнать в надлежащем порядке в канцелярии. Это была моя ошибка! Мне тут же на голубом глазу поведали, что канцелярия Невского суда теперь находится не здесь (!), что, даже если бы она находилась здесь, никакой информации о том, к какому именно судье попадает дело каждого из задержанных, там нет, а реальной такой информацией обладает только полиция (!). На мой вопрос, с какого именно момента полиция стала назначать судей на рассмотрение дел об административных правонарушениях в Невском районном суде, приставы потупились. Однако на позиции, что именно с полицией и ни с кем более я должен общаться, а иначе в суд я не попаду, они стояли железно.

Я попробовал пообщаться с сотрудниками полиции в чинах от лейтенанта до подполковника, благо их вокруг было в изобилии, но через полчаса забросил это дело. Полицейские с плохо скрываемым удовольствием врали мне в глаза как сивые мерины. Самые правдивые из них уверяли меня, что о гражданине М. они слыхом ничего не слышали, что я должен ожидать, когда приедут автобусы из 10 отдела, а потом из 25, а у них автобус из 45 отдела полиции, но М. в нём быть не может, нечего и проверять, и не важно, что мне точно известно, что М. содержался именно в 45 отделе полиции.

Слава богу, подошли друзья и родственники моего клиента и заверили меня, что они своими глазами разглядели М. в автобусе из 45 отдела, где он и должен был быть.

Пометавшись между судом и автобусами примерно с час, я наконец осознал картину происходящего. Конечно, среди прочего, имели место наши классические штурмовщина и бардак, но этот бардак был не полностью стихийным! Многие его элементы были вполне продуманы и направлены на достижение одной цели: максимально затруднить, а по возможности исключить участие защитников в рассмотрении дел задержанных.

Я внезапно понял, с какими трудностями сталкиваются родственники и знакомые задержанных. Имея удостоверение адвоката и уже приличный адвокатский стаж, а также практический опыт общения с разного рода правоохранителями, я вынужден был провести три часа на морозе, ожидая, когда из автобуса в суд поведут моего клиента, поскольку иного, более комфортного способа оказаться рядом с ним в суде просто не было. Со мной (после демонстрации удостоверения) полицейские и приставы хотя бы общались! Родственников и знакомых они даже не удостаивали ответами – просто отворачивались или закрывали перед их носом двери.

Наконец, моего клиента – симпатичного и интеллигентного молодого человека 25 лет, сотрудника музея, повели судить. Всё по-взрослому – в наручниках, в сопровождении двух полицейских. Я пошел с ними. Полицейские не препятствовали. Меня опять пытались не пустить в суд особо ретивые судебные приставы, но удостоверение и ордер все-таки сделали свое дело, и я за подзащитным проследовал.

Далее был суд. Для того, чтобы точно описать происходящее, необходимо сделать небольшое отступление.

Коллеги хорошо знают, что отечественное судопроизводство по делам об административных правонарушениях даже в «мирное время» имеет некоторое, скажем так, своеобразие. Заключается оно, прежде всего, в том, что абсолютно негодной тактикой защиты в делах об административных правонарушениях является оспаривание самого события этого правонарушения. Даже и в тех случаях, когда никакого правонарушения в действительности не было. Не хочу сейчас говорить, почему так, правильно ли это (очевидно, что неправильно). Но просто примите, что это так.

Однако это не означает, что отсутствуют вовсе какие-либо инструменты защиты по делам об административных правонарушениях. Эти инструменты есть: (1) поиск явных противоречий в документах, оформляющих административное правонарушение. С учетом врожденной аккуратности и грамотности наших полицейских, если таких документов два и более, то шансы найти такие противоречия значительно выше, чем можно было бы вообразить. (2) поиск обстоятельств, смягчающих вину нарушителя, благо перечень таких обстоятельств является открытым, с целью добиться минимального вида и размера наказания, предусмотренного статьей.

Так вот. Все эти традиционные способы защиты по делам о «митингующих» полностью блокированы. Очевидно, что все эти способы защиты требуют хоть какого-либо соучастия со стороны суда. В «мирное время» такое соучастие имеется. Если нарушитель не «прёт рогом», не пытается убедить суд, что всё в протоколе ложь, а спокойно с помощью защитника указывает на выявленные в протоколе и прочих документах недостатки и противоречия, если защитник грамотно подчеркивает и, при необходимости, подтверждает документально различные благоприятные данные по личности нарушителя, то суд идёт навстречу – так принято. «Нарушитель» получает по минимуму.

Но не в делах «митингующих». Здесь суд озабочен только одним – максимально исключить из дела защитника, создать условия, чтобы ни одного письменного документа из дела защитник как можно дольше не увидел, и чтобы сам защитник не имел возможности приобщить к делу хоть какой-нибудь документ.

Именно на это направлена вся эта неразбериха с неизвестностью, к какому судье попало чье дело, недопуск адвоката в помещение суда ввиду каких-то там ограничений, унылый формулярно-протокольный стиль рассмотрения самого дела.

Мой клиент М,. несмотря на его правильное поведение и выступление в суде, на мои усилия, получил как все, кто был вместе с ним в автобусе – 10 суток административного ареста.

Показательно следующее обстоятельство. Кодекс об административных правонарушениях, в отличие от Гражданского процессуального кодекса, не предполагает возможность суда огласить после судебного заседания лишь резолютивную часть постановления, отложив составления мотивированного постановления на несколько дней. Обычно суд, удалившись в совещательную комнату, изготавливает постановление по делу об административном правонарушении полностью и вручает его копии сторонам сразу после оглашения.

Но давать в руки адвокату мотивированное постановление – это завтра же получить жалобу по делу. Для устранения этой угрозы изобретен специальный прием – суд просит подождать изготовления постановления в коридоре и тянет часами! Напротив адвоката сидит и ждет полицейский (он тоже не может уйти без копии постановления в отношении арестованного). Полицейского сменяют. И тянут дальше! В моем случае копии постановления не были вручены в течение двух часов. Коллеги жаловались, что в другом суде этот срок задержки с выдачей постановления достиг четырех часов.

Когда я вышел из суда около 22:00, к суду подъезжал следующий автобус….

Наверно, излишне говорить, что этот новый опыт меня совсем не обрадовал. Я почувствовал себя врачом в ковидной больнице. Вроде, и умеешь лечить, но от этой новой заразы никакого надежного лечения нет.

ОСОБЕННОСТИ НАЦИОНАЛЬНОГО ПРАВОСУДИЯ ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

Ваш рейтинг должен быть не менее 500 для оценки публикации
10 / -1
нет
Тук-тук
Показать комментарии (16)
Заработали сегодня
Посмотреть

Читайте также

сегодня, 09:21 - 2 просмотрa
Подробнее
Помощь юристов и адвокатов
Спроси юриста! Ответ за5минут
спросить
Администратор печатает сообщение
Мы используем файлы cookie. Продолжив работу с сайтом, вы соглашаетесь с Политикой обработки персональных данных и Правилами пользования сайтом.