Новые санкции

Факта введения санкций в отношении российского лица достаточно для вывода об ограничении доступа такого лица к правосудию в коммерческом суде, находящихся за пределами территории Российской Федерации.

СКЭС Верховного суда указала на причины, по которым можно было бы запретить рассматривать спор "Уралтрансмаша" с польской PESA Bydgoszcz в Стокгольмском арбитраже, отметив что санкции поражают в правах как минимум репутационно и влияют на беспристрастность суда.

Определение от 09.12.2021 г., № 309-ЭС21-6955 (1-3)

http://vsrf.ru/stor_pdf_ec.php?id=2066866

АО «Уралтрансмаш» (входит в Концерн «Уралвагонзавод») в 2013 г. заключило договор с польской акционерной компанией PESA Bydgoszcz (по-русски ПЕСА Быдгощ), согласно которому в Россию должны были быть поставлены трамваи. Договор был разорван, и польская компания в сентябре 2018 г. обратилась в Арбитражный институт Торговой палаты города Стокгольма (договор предусматривал это), и потребовала 55,2 млн. евро (расчёт пений и процентов был произведён по ГК Польши).

В 2020 г. "Уралтрансмаш" обратилось в АС Свердловской области с заявлением, потребовав запретить обществу ПЕСА Быдгощ продолжать разбирательство в Стокгольмском арбитраже, а в случае неисполнения определения суда о запрете взыскать 56 млн. евро. Иск был обоснован положениями ст. 248.1, ст. 248.2 АПК РФ (введены ФЗ от 08.06.2020 N 171-ФЗ) и применёнными иностранными государствами к "Уралтрансмашу" мерами ограничительного характера (санкциями).

Первая инстанция отказала в удовлетворении иска посчитав, что для наложения антиискового запрета нужно ещё доказать наличие препятствий в доступе к правосудию в Стокгольмском арбитраже. "Уралтрансмаш" фактически участвовал в рассмотрении указанного спора и ограничительные меры иностранных государств ему в этом не препятствовали. АС Уральского округа согласился с первой инстанцией.

СКЭС Верховного суда решила, что АС Свердловской области и АС Уральского округа были не правы и отменила их судебные акты, указав на следующие:

1) в отношении "Уралтрансмаш" государствами Европейского Союза применены меры ограничительного характера,

2) договорённость о рассмотрении спора в Стокгольмском арбитраже установлена контрактом, ПЕСА Быдгощ является инициатором разбирательства в Стокгольмском арбитраже,

3) российское юрлицо, в отношении которого иностранные публично-правовые образования применили меры ограничительного характера, по спорам со своим участием имеет право на антиисковой запрет в отношении лица, инициировавшего разбирательство в иностранном суде, международном коммерческом арбитраже, находящихся за пределами РФ (п. 2 ч. 3 ст. 248.1, ст. 248.2 АПК РФ),

4) отсутствие между сторонами арбитражного соглашения (арбитражной оговорки) относит спор между ними к исключительной компетенции российских арбитражных судов (ч. 1 ст. 248.1 АПК РФ),

5) По смыслу ч.4 ст. 248.1 АПК РФ само по себе применение мер ограничительного характера уже создает российской стороне препятствия в доступе к правосудию, в силу чего для перевода спора под юрисдикцию российских арбитражных судов достаточно ее одностороннего волеизъявления, выраженного в процессуальной форме.

Но в удовлетворении требований "Уралтрансмаш" было всё равно отказано, т.к. разбирательство в Стокгольмском арбитраже было уже окончено, запрещать просто нечего было. А польскому обществу ПЕСА Быдгощ СКЭС Верховного суда разъяснила, что если бы запрет на рассмотрении и был наложен, то ПЕСА Быдгощ могло отказаться от иска в Стокгольмский арбитраж без негативных последствий такого отказа, т.е. могло обратиться за судебной защитой в российский суд без препятствий.

ТК Арбитражные споры в ВС РФ