Любил слушать шум винта.

22 ноября 115-летие выдающегося ученого и гениального конструктора Михаила Леонтьевича Миля, чьи "птички", надолго пережив своего создателя, продолжают порхать по Земле. Умел он играть на музыкальных инструментах и писал картины. Знал несколько иностранных языков, выписывая из-за границы технические журналы. Прекрасно знал западноевропейскую литературу эпохи романтизма, которой зачитывался с детства. Но всегда, главным делом жизни была техника. Уже в 38 лет получил возможность обращаться к Сталину в любое время суток без предварительной записи, что полностью развенчивает россказни либералов о Вожде - антисемите и душегубе. Первый человек в Партии любил общаться с умными людьми, посвящая беседам часы. А терпеть не мог, когда "светлые головы", вместо исследований, совали нос, куда не просят, и занимались демагогией на скользкие темы.

Свой первый планер уроженец Иркутска собрал в 12 лет. Через четыре года в Томске, куда отправился на предварительные курсы для поступления в местный Политех, получил продуктовую премию за рацпредложение. В Сибири 20-х, еще продолжали искать бывших белогвардейцев и их пособников. Найденные у студента второго курса Миля чертежи собственных наработок, малообразованными доносчиками были восприняты, как карты местности, хотя ясно, что они никогда ничего не имели схожего. Талантливого юношу отчислили по статье "за непролетарское происхождение". Но Михаил Леонтьевич не собирался отчаиваться и отправился в Ростов-на-Дону, где, с легкостью сдав экзамены экстерном, был зачислен на третий курс Политеха в Новочеркасске. Ему везло на встречи с интересными людьми. Профессор Левков, будущий изобретатель кораблей на воздушной подушке, предложил талантливому студенту почитать французский журнал, рассказывающий об изобретении автожира, что стал предтечей вертолету. Миль загорелся идеей собрать таковой собственной конструкции. Увидев действующую модель на выставке в Москве, персоной Миля заинтересовались двое: Семен Лавочкин, предлагавший заниматься созданием тяжелых планеров и Николай Камов, сумевший разглядеть в выпускнике, гениального конструктора, убедив последнего, что его стихия - "вертушки". Уже через год Камов делает Миля руководителем бригады экспериментальных расчетов Отдела особых конструкций при Центральном институте аэродинамики. А спустя 4 года ведущим инженером в конструкторском бюро по винтокрылым аппаратам. С начала Второй мировой Михаил Леонтьевич уже подменяет Николая Ильича по техническим вопросам. В 34, Миль становится кандидатом наук в области управляемости и маневренности летательных аппаратов. В 36, доктором за теорию устойчивости и управляемости автожира и геликоптера.

После войны Берия поручает Милю возглавить конструкторское бюро по геликоптеростроению. В 1947 году в воздух поднялся Геликоптер Миля-1. Спустя год машина, успешно пройдя все испытания, была готова пойти в серию. В начале 1950 собраны первые экземпляры Ми-1. Затем последовали Ми-2, -4, -6, -8, -10, -12, -24. Михаила Леонтьевича удостаивают Ленинской премии, нескольких Государственных. В 1966 награждают Звездой Героя Соцтруда. За год до этого на Всемирной выставке авиатехники в Париже сын легендарного конструктора Игоря Сикорского, руководивший в США одноименным концерном признал, что аппараты Миля превосходят всё, им когда-то виденное. Великий конструктор всегда сам выезжал на полевые испытания, говоря, что шум винта оказывает на него завораживающее действие, сравнимое с волшебством. Будучи крайне впечатлительным человеком, близко к сердцу принимал любую нештатную ситуацию, будь то, гибель летчика, протечка топлива или безалаберное отношение техников, например, падение плохо закрученного колеса, виня себя, ибо личная ответственность всегда была на первом месте. Это сказывалось на сердце. Михаил Леонтьевич пережил несколько инфарктов. А второй инсульт стал фатальным. Гениальному конструктору было, лишь 60 лет. Ныне рассекающие небо по планете, машины конструкторского бюро Миля, выпущенные миллионами, многие, ставшие уже памятниками, являются достойным имени, мемориалом.