Как подделка поддерживает миф.

В октябре 1960 года в Нью-Йорке открылась 15 Ассамблея ООН, на которую прибыло немало глав государств мира. Советской делегацией руководил Хрущев. Американцы, зная об эксцентричности Первого секретаря ЦК КПСС, были не прочь устроить провокацию.

12 октября на трибуну поднялся представитель Филиппин. Учитывая, что хозяевами этого островного государства более полувека являлись "янки", то суть его выступления казалась очевидной. В своей речи он призвал "свободный мир" лишить СССР влияния на страны Восточной Европы. Никита Сергеевич, всем своим видом показывал полнейшее отсутствие интереса к происходящему, крутя собственную босоножку с закрытым верхом в руках, изображая, что несуществующие мелкие камешки, там находящиеся, важнее. Это не осталось без внимания американских телевизионщиков, записавших действия советского лидера, а потом, покадрово их разделив.

Вскоре пришло время выступать главе нашей делегации. Свою гневную отповедь иностранным оппонентам он сопровождал, с присущей ему яростной жестикуляцией. Именно тогда им и была произнесена фраза про "кузькину мать". Аналитики Пентагона и НАТО, так и не смогли расшифровать смысл метафоры, предполагая, что словоохотливый советский чиновник сболтнул о новом отечественном секретном супероружии.

Кому конкретно пришло в голову вырезать правую кисть Хрущева, держащую сандалий неизвестно. Но наутро все крупнейшие заокеанские издания вышли с поднятой вверх рукой, где была зажата обувь и подстрочником "Покажем вам кузькину мать!". Так была состряпана фальшивка, в которую многие, до сих пор, верят. Со временем она стала популярным мемом.

Личный переводчик Хрущева и Брежнева - Виктор Суходрев неоднократно отрицал факт потрясания обувью с битьем ее о трибуну. Новая волна веры в данный ловкий фотомонтаж пришлась на горбачевские времена, когда во всё, что говорилось западниками, принималось без сомнений. Какова была истинная цена втюханного, ощущается и ныне.

Ссылка: Виктор Суходрев "Язык мой - друг мой".