Не пропустите самое важное, что происходит в Интернете
Подписаться Не сейчас

ПРОФЕССОР Н.Н. БУРДЕНКО – ГЛАВНЫЙ ВОЕННО-САНИТАРНЫЙ ИНСПЕКТОР РУССКОЙ АРМИИ

152 просмотров
0 комментариев

УДК 930:1

ББК 63. 3 (2)47

Ливенцев Д.В.

Доктор исторических наук,

профессор (г. Воронеж)

ПРОФЕССОР Н.Н. БУРДЕНКО – ГЛАВНЫЙ ВОЕННО-САНИТАРНЫЙ ИНСПЕКТОР РУССКОЙ АРМИИ

Аннотация. Статья рассматривает деятельность выдающегося русского хирурга Н.Н. Бурденко до 1917 г.

Кроме того, уделяется истории российского образования и военной медицине во время русско-японской 1904 – 1905 гг. и Первой мировой войн. .

Ключевые слова: Н.Н. Бурденко, Пенза, Юрьевский университет, русско-японская война, Первая мировая война.

D. V. LIVENTSEV

doctor of historical sciences, professor

(Voronezh)

PROFESSOR N. N. BURDENKO MAIN MILITARY-SANITARY INSPECTOR OF THE RUSSIAN ARMY

Abstract. The article examines the activities of an outstanding Russian surgeon N. I. N. Burdenko until 1917.

In addition, given the history of Russian education and military medicine during the Russian-Japanese 1904 – 1905 and the First world war.

Key words: N. N. Burdenko, Penza, Tartu University, the Russo-Japanese war, the First World War.

В 2016 г. исполняются две знаменательные даты. Одновременно 140 лет со дня рождения и 70 лет со дня смерти выдающегося русского военного хирурга Николая Ниловича Бурденко. Этот замечательный человек известен, прежде всего, как «главный хирург Красной армии». Однако на момент прихода к власти большевиков ему был 41 год. Николай Нилович учился и зарабатывал научный авторитет в медицинских кругах именно в Российской Империи. Вместе с российской императорской армией Н.Н. Бурденко принял участие в двух войнах – русско-японской и Первой мировой. В годы последней войны он выдвинулся среди коллег как талантливый военный хирург и эффективный администратор военно-лечебного дела. Наконец, Временное правительство назначило профессора Н.Н. Бурденко Главным военно-санитарным инспектором.

Обычно описанный период жизни Николая Ниловича Бурденко практически не привлекал исследователей советской эпохи. Вероятно, такому положению вещей способствовали значительные научные и административные достижения Н.Н. Бурденко в советский период жизни. В предлагаемой научной статье используются малоизвестные работы профессора Н.Н. Бурденко. Например, «К вопросу об устройстве Управления в военно-санитарном ведомстве. Доклад совещания 20 – 24 мая 1917 г. представителей объединений врачебно-санитарных губерний, областей, фронтовых и армейских, созванное Советом при Комиссаре по Управлению верховного начальника санитарной и эвакуационной части». Большое значение имели неопубликованные источники или архивные документы. Собственно, речь идет о двух архивах – «Военно-медицинский музей» и «Императорский Тартуский Университет». К сожалению, «фонд Николая Ниловича Бурденко» находится в хранилищах Военно-медицинского музея в несформированном состоянии, что вызвало значительные препятствия во время работы.

По мнению автора, жизнь и деятельность выдающегося русского военного хирурга Николая Ниловича Бурденко в царской России и в недолгое время существования Временного правительства достойна более пристального исследования.

******

Детство и юность

Н.Н. Бурденко

Николай Нилович Бурденко родился 22 мая 1876 г. (далее все даты идут по старому стилю – Авт.) в селе Каменка Нижнеломовского уезда Пензенской губернии [1]. Вот что известно о данном знаменательном событии: «… Мая двадцать второго рожден и крещен Николай, коего родители: пензенский мещанин Нил Карпов Бурденко и законная жена его Варвара Маркиановна, оба православного вероисповедания. Восприемники: технолог Константин Николаев Соколов и пензенская мещанка вдова Лариса Карповна Попова. Таинство крещения совершал священник Иаков Адикаевский с диаконом Алексисием Разумовым, дьячком Степаном Голубевым и пономарем Иваном Агринским» [2]. Кстати, в официальной биографии, содержащейся в архиве Императорского Тартуского Университета, почему-то указан 1877 г. рождения Николая Ниловича Бурденко [3]. Возможно, перед нами случайная оговорка, хотя подобное положение вещей представляется весьма сомнительным в собственноручно написанной биографии.

Родной дед мальчика был потомком черкесов или запорожских казаков, заселивших реки Дон и Донец в XVIII в. Интересно, что дед будущего выдающегося светила медицины был чем-то вроде потомственного управляющего. Еще отец деда работал бурмистром у помещика, а сам он служил у помещика Павлова последовательно управляющим двух имений на реке Донец и в Кузнецком уезде Саратовской губернии [4]. Получается, что изначально предки Н.Н. Бурденко являлись вольными запорожскими казаками, но после ликвидации Запорожской Сечи попали в крепостную зависимость, от которой их освободили только накануне отмены крепостного права, о чем свидетельствует факт, что перед своей смертью в 1859 г. помещик Павлов дал деду Н.Н. Бурденко вольную и 100 рублей на первое время [5]. Большую роль в подобном поступке сыграло отсутствие у помещика Павлова детей. Вероятно, именно поэтому владелец отпустил рачительного управляющего.

У семьи Бурденко начинается новая вольная жизнь. Дед Н.Н. Бурденко перебирается в город Пензу с женой и двумя детьми – мальчиком и девочкой [6]. Мальчик впоследствии и стал отцом Н.Н. Бурденко. В 36 лет глава семейства Бурденко занимает должность подотчетного приказчика у купца-фабриканта Пастушкова. После 12 лет службы по настоянию супруги, преодолев сопротивление не желавшего отпускать его фабриканта Пастушкова, дед переезжает в заштатный город Верхний Ломов, где поступает опять же на службу подотчетным приказчиком к родственнику своего работодателя купцу Четвертакову.

Здесь семья окончательно обретает дом и разводит внушительный огород, ставший заботой бабушки Н.Н. Бурденко [7]. Помимо этого хозяйка дома подрабатывала портнихой, что приносило дополнительный доход. Н.Н. Бурденко отзывался о своих деде и бабке как о счастливых людях, нашедших под конец жизни покой и умиротворение в обыденных житейских радостях и прошедших до этого через серьезные жизненные испытания. Примечательно, что умерли старики с разницей в один год [8]. Н.Н. Бурденко вспоминал о постоянной заботе деда и бабке о внуках, совместном труде с ними на огороде и особенной доброжелательной атмосфере, царившей в доме [9].

У своих родителей Николай Нилович стал четвертым ребенком. Всего детей было девять, а Николая назвали именем умершего старшего брата. Молодые годы отца Н.Н. Бурденко надо признать весьма тяжелыми. Прежде всего, он по рождению имел статус «сына крепостного». Подобное означало тогда обучение с разрешения помещика. Дед Н.Н. Бурденко еле уговорил помещика. В результате отец из-за финансовых проблем семьи с трудом окончил Кузнецкое уездное училище. Отца можно было назвать талантливым самоучкой. Работая управляющим хозяйством, он постиг навыки землемера, чертежника, изучал юриспруденцию для решения земельных споров, много и жадно читал. Мама Н.Н. Бурденко происходила из духовного сословия, но закончила лишь прогимназию. Она стала сиротой в 11 лет и воспитывалась у родной тетки в семье священника. Все ее заботы были посвящены многочисленному потомству и организации скудного быта. Вскоре финансовые проблемы мужа свели эту молодую женщину в могилу. Тогда дед покупает для семьи дом в Пензе и на свои деньги предоставляет возможность обучаться братьям Владимиру и Александру в реальном училище, а сестрам Н.Н. Бурденко в гимназии. Однако бедствия у семьи Бурденко продолжались. Оба брата заболели туберкулезом и не окончили реального училища. Впоследствии Владимир стал фельдшером, а Александр экстерном сдал экзамены на аттестат о среднем образовании [10].

Если подвести итог социальному происхождению Николая Ниловича, то в служебных формулярах и послужных списках он указывал, что происходит из мещанского сословия [11]. Получается, что будущее медицинское светило российской и советской науки не могло похвастать родовитыми предками.

Надо сказать, что в первые годы жизни люди, окружавшие Н.Н. Бурденко, заложили в нем стремление к образованию. В 1881 – 1885 гг. Николай Нилович обучался в Каменской земской сельской школе [12], которую он успешно закончил в восемь с половиной лет.

Затем в 1886 – 1890 гг. Н.Н. Бурденко являлся учеником Пензенского духовного училища. Новое место обучения Николай Нилович встретил без энтузиазма, т.к. в детских мечтах хотел стать наездником верховых лошадей. Проживал мальчик в интернате, где обитали дети духовного и светского сословий. Н.Н. Бурденко принадлежал к ученикам мирянам, и семья платила за его занятия. Самым любимым временем у мальчика были каникулы, проводимые в кругу семьи, а нравы, царившие среди будущих духовных наставников, в значительной мере отвратили от карьеры священника. Несмотря на негативные впечатления, Н.Н. Бурденко выпустился из духовного училище в числе лучших учеников. В то время из-за тяжелого материального положения Николай Нилович писал за деньги сочинения для нерадивых гимназистов [13].

Следующим важным жизненным этапом для Н.Н. Бурденко стало обучение в Пензенской духовной семинарии в 1891 – 1897 гг. Само семинарское образование Н.Н. Бурденко называл «не совершенным и бессистемным» [14]. Учительский состав Николай Нилович называл посредственным. Редким исключением являлся учитель истории Д.М. Троицкий. В то же время в обучении преобладали богословские предметы. К положительным моментам семинарист относил возникновение у него формально-логического мышления. Н.Н. Бурденко открывает для себя мир философии и русской литературы.

Однако в целом впечатление от учебного заведения для юного семинариста было крайне негативно. Он даже принимает решение уйти из семинарии и держать экзамен в гимназии на аттестат зрелости. К сожалению, подобного не позволило тяжелое материальное положение семьи. Старший брат служил в армии, а средний имел мизерный заработок телеграфиста. Отсюда, деньги, выручаемые за сочинения, имели для всех родственников Н.Н. Бурденко огромное значение. Кроме того, в последний год семинарского обучения Николая Ниловича перевели на казенный счет, что тоже стало облегчением для семейного бюджета.

Семинарист Н.Н. Бурденко окончил обучение по 1-му разряду. В аттестате Николая Ниловича 16 отличных оценок и 11 хороших [15]. Имелся и один удовлетворительный балл по «церковному пению» [16]. Все равно Н.Н. Бурденко был одним из лучших выпускников, что едва трагически не сказалось на дальнейшее биографии.

Подобные успехи привлекли внимание начальства семинарии, и оно рекомендовало талантливого священника для последующего обучения в Санкт-Петербургской духовной академии. Причем обучение за казенный счет обязывало Н.Н. Бурденко продолжить духовную карьеру. Под давлением преподавательского состава семинарии Н.Н. Бурденко блестяще сдает экзамены в духовную академию[17].

Несмотря на это строптивый семинарист проявляет характер и 30 июля 1897 г. подает заявление в Томский императорский университет с просьбой о принятии в ряды студентов медицинского факультета. К своему прошению он прилагает все необходимые документы и получает ответ: «…Николай Бурденко … Испытанию допущены. Приезжать 20 августа. Ректор Судаков» [18]. Как сообщает сам Николай Нилович в собственной биографии: «… По окончанию семинарии был послан казённым стипендиатом в Санкт-Петербургскую духовную академию. В том же году, отказавшись от стипендии, поступил в Томский университет на медицинский факультет» [19].

Семья Н.Н. Бурденко категорически осуждает принятое решение. Родственники, по-своему, хотели добра юноше, т.к. после окончания Санкт-Петербургской духовной академии можно было рассчитывать на благополучное будущее. 20 сентября 1897 г. Николая Ниловича Бурденко зачисляют студентом медицинского факультета Томского императорского университета [20].

Новому студенту исполнился двадцать один год. К тому времени он познал нужду и окончательно определился в профессиональном плане. Немалую роль в формировании личности человека, который станет занимать должность «Главного санитарного инспектора по армии и флоту», сыграли его родственники и первые учебные заведения – Каменская земская сельская школа, Пензенское духовное училище и Пензенская духовная семинария.

Первые шаги в медицине

и русско-японская война

Первый год обучения в Томском императорском университете для Николая Ниловича был крайне тяжелым из-за отсутствия денег. Он, как и раньше, подрабатывал частными уроками и целеустремленно готовился к сдаче первой сессии. Для него отличные оценки становились в прямом смысле вопросом выживания. После двух месяцев подготовки ему удалось сдать сессию на все отличные оценки и получить стипендию 500 руб. в год, что явилось для молодого медика настоящим спасением от нищеты [21]. В 1898 г. Н.Н. Бурденко во время летних каникул работает в «Управлении Сибирской железной дороги» [22].

Затем в 1899 г. в жизни молодого медика происходят два волнующих события. Сначала в марте он исключается из Томского императорского университета за участие в студенческих волнениях, а затем в августе по его ходатайству Н.Н. Бурденко восстанавливают на втором курсе [23]. Причиной забастовки студентов послужило следующее: «Варварски-грубое оскорбление, нанесенное нашим товарищам, студентам Санкт-Петербургского университета 8-го февраля сего года (1899 г. – Авт.), сильно возмутило нас, студентов Томского университета…» [24]. Николай Нилович подписал данную петицию 62-м из 418 человек. По исключении ему выдали на руки документы и отметили, что как казенный студент он обязан возвратить в правление Пензенской духовной семинарии 405 руб., потраченных государством на обучение [25]. Отсюда, решение о восстановлении «… На прошение Ваше уведомляю Вас, милостивый государь, что вопрос о принятии Вас вновь в число студентов Томского университета разрешается» [26] стало для молодого медика настоящим спасением от финансовой кабалы [27]. Одновременно Н.Н. Бурденко освободили от воинской повинности [28].

В промежутке между двумя этими событиями Николай Нилович трудиться фельдшером в Нижнеудинской больнице [29]. В октябре того же года студент Н.Н. Бурденко вступает в томское «Общество содействия физическому развитию», где занимает должность инструктора по физической и врачебной гимнастике. Следующим летом он работает инструктором по физической гимнастике в детской колонии для золотушных и туберкулезных школьников [30]. Одновременно Н.Н. Бурденко составляет санитарно-статистический отчет о деятельности «Общества содействия физическому развитию» и публикует написанное в журнале «Сибирский железнодорожник» [31]. Кстати, данный санитарно-статистический отчет стал первой научной публикацией будущего известного ученого.

Интересно, что при вступлении в «Общество содействия физическому развитию» Н.Н. Бурденко специально просил разрешение у ректора Томского императорского университета, которое и было получено: «Студенту III курса медицинского факультета Томского университета Николаю Бурденко, вследствие его прошения, мною разрешается вступление в число членов Общества содействия физическому развитию в г. Томске» [32]. Сам Николай Нилович вспоминал данное время таким образом: «...Служил в Управлении Сибирской железной дороги, затем надзирателем в детской колонии для золотушных и туберкулезных школьников в тайге. Раз заблудился мальчик, искал его круглые сутки и нашел на дороге в город – убежал домой. В другой раз бодливый бык напал на мальчика – пришлось отбивать. Беглые каторжники в тайге сняли две рубашки, заставили принять «воздушную ванну». Но это пустые события…» [33].

28 сентября 1901 г. молодой медик переводится в Юрьевский императорский университет, и начинает учебу с седьмого семестра [34]. В матрикул Юрьевского императорского университета он был внесен как студент медицинского факультета за номером 18444 [35]. С самим переводом в Юрьевский университет есть несколько неясных моментов. Николай Нилович связывает переход с очередными студенческими забастовками. Официальная версия изложена в ходатайстве Н.Н. Бурденко на имя ректора Томского императорского университета: «… Вследствие домашних обстоятельств имею честь покорнейше просить Вас, Ваше превосходительство, ходатайствовать в установленном порядке о переводе меня на соответствующий курс Императорского Юрьевского университета» [36]. Однако выданная ректором Томского императорского университета Н.Н. Бурденко характеристика [37] поражает описанием политической благонадежности: «… В бытность в Университете Бурденко поведения был отличного, ни в чем предосудительном не замечен и к переходу его в Юрьевский университет препятствий со стороны Томского университета не имеется» [38].

Подобная ситуация оставляет открытым вопрос об активном участии Николая Ниловича в политических выступлениях. Например, обращение студентов он подписал 1 из 148 человек. Скорее всего, активным участником революционного студенческого движения Н.Н. Бурденко не был. Для студента Томского императорского университета на первом плане стояли проблемы выживания и продолжения обучения. Отсюда, приходилось много и тяжело работать, что практически не оставляло времени на увлечение политической жизнью университета. Тем более, первое место в приоритетах Николая Ниловича занимала медицина. Вероятно, позднее в советский период надо было записать выдающегося хирурга в революционные деятели. Н.Н. Бурденко скорее разделял студенческое возмущение произволом властей, но вожаком протестного движения его назвать сложно.

Несмотря на это администрация Юрьевского университета берет с Н.Н. Бурденко специальную подписку о неучастии в любых студенческих волнениях: «Я, нижеподписавшийся студент, даю подписку в том, что во время своего пребывания в числе студентов императорского Юрьевского университета обязуюсь не только не принадлежать ни к какому тайному сообществу, но даже без разрешения на то, в каждом отдельном случае, университетского начальства, не вступать и в дозволенные законом общества, в случае же нарушения мною сего обещания, подвергаюсь немедленному увольнению из университета» [39]. Скорее, в то время подобная подписка имела распространение для всех поступающих в университет. Тем более, когда обучался в Томске, Н.Н. Бурденко не забыл просить разрешение начальства на участие в «Обществе содействия физическому развитию».

В феврале 1902 г. студент Н.Н. Бурденко подает прошение декану медицинского факультета об освобождении от платы за право слушания лекций: «… Имею честь покорнейше просить Вашего ходатайства перед факультетом об освобождении меня от оплаты за право слушания лекций в пользу гг. профессоров. Содержусь я исключительно личным заработком в вакационное (т.е. каникулярное – Авт.) время, не получая ни от кого из родственников никаких пособий – свидетельство о моем материальном положении представлено в канцелярию инспекции» [40]. Однако совет факультета в следующем месяце отклоняет просьбу студента Н.Н. Бурденко [41].

Летом 1902 г. Николай Нилович уезжает в Херсонскую губернию, где работает на эпидемиях оспы, кори, скарлатины, дифтерии, сыпного и брюшного тифа [42]. Начинается настоящая врачебная практика: «… Я работал на эпидемиях, но попутно вел и амбулаторный прием, занимаясь амбулаторной хирургией» [43]. Уже в данный период времени Н.Н. Бурденко заинтересовался подробностями профессиональной жизни его кумира – Николая Ивановича Пирогова. Удачным можно назвать знакомство с фельдшером из кантонистов Мееровичем, помнившим Н.И. Пирогова еще по обороне Севастополя. Старый медицинский работник охотно рассказывал о знаменитом хирурге: «… Пирогов косил на какой-то глаз и резал, а мы относили отрезанные конечности» [44].

Затем в 1903 г. в Кривом Роге он под руководством земских врачей-хирургов Бискунского и Здобомирского трудится на лечебно-продовольственном пункте. Об упомянутых двух врачах впоследствии Николай Нилович вспоминал с особенной теплотой: «… Попал в Кривой Рог и там впервые приобщился к хирургической работе. Первыми моими учителями были земские врачи Бискунский и Здобомирский» [45]. Закономерным итогом стала публикация по прививанию населения во «Врачебной хронике уездного земства Херсонской губернии (1903 – 1904 гг.)» [46]. Интересно, что в официальной библиографии Н.Н. Бурденко неправильно указаны данные о названной публикации. Вероятно, она вышла во «Врачебной хронике уездного земства Херсонской губернии» несколько позднее.

В сентябре 1903 г. Н.Н. Бурденко возвращается в Юрьевский императорский университет и подает вторичное прошение декану медицинского факультета об освобождении от платы за право слушания лекций: «Имею честь покорнейше просить Вас, Ваше превосходительство, освободить меня от платы за право слушания лекций в пользу профессоров, ввиду недостаточности материальных средств и невозможности заниматься посторонней работой» [47]. На этот раз совет медицинского факультета удовлетворяет просьбу [48]. Наверное, к этому моменту Н.Н. Бурденко заслужил уже определенную положительную профессиональную репутацию.

Затем в декабре того же года Николая Ниловича берут на должность субассистента в хирургическую госпитальную клинику профессора Цеге-Мантейфеля. Впоследствии Н.Н. Бурденко вспоминал о профессоре Цеге-Мантейфеле: «В качестве куратора демонстрировал больных перед аудиторией у профессора Цеге-Мантейфеля, который пригласил меня работать в его клинике унтерассистентом. Он был талантливый, известный в свое время хирург и выдающийся техник…» [49].

Проживая в городе, где учился и работал Н.И. Пирогов [50], Николай Нилович неоднократно думал о выдающемся русском военном хирурге: «… я не мог остаться равнодушным к этому кумиру и гордости русской науки. Знакомство с жизнью, деятельностью и работами великого хирурга будило во мне какое-то особое чувство признательности к нему, которое вылилось в страстное его почитание, в желание хоть как-нибудь подражать этому человеку» [51].

Вскоре в жизнь молодого медика врывается русско-японская война (1904 – 1905 гг.). Не последним в желании оказывать помощь раненным на поле бое, по признанию самого Н.Н. Бурденко, стал жизненный пример его научного кумира Николая Ивановича Пирогова [52].

В апреле 1904 г. с четвертого курса медицинского факультета студент Н.Н. Бурденко отправляется на театр боевых действий в качестве помощника врача в составе передового санитарного отряда, где находится до декабря 1904 г. [53] Вот как описывает Николай Нилович собственную работу на русско-японской войне: «… И, вот, студентом 4-го курса я отправился на поля сражений в Маньчжурию, когда началась русско-японская война. Много там работал, помогал врачам, сам оперировал, собирал материал по ранениям мозга, нервов, научился наблюдениям над течением мозговых ранений; всего через наши лазареты прошло около 300 раненых. Я писал истории болезни под руководством д-ра Хольбека, который лет через восемь написал на этом материале диссертацию» [54]. В свободное от лазарета время, комплектуя библиотеку медицинской части, Н.Н. Бурденко изучил «Свод военных постановлений 1869 г.», где его особенно заинтересовало «Наставление для обучения носильщиков в войсках». Долгие годы Николай Нилович приводил данный документ как пример краткости и доступности изложения [55].

В своем служебном формуляре про службу на русско-японской войне Н.Н. Бурденко записал следующее: «В бытность студентом Юрьевского университета был командирован Российским обществом Красного Креста в состав колонны собственного ее величества государыни императрицы Марии Федоровны летучего отряда на театр военных действий с 1 апреля 1904 г. по 1 декабря 1904 г.» [56].

Из-за военной службы студенту Н.Н. Бурденко предоставили отсрочку по 31 мая 1905 г. [57] Помимо этого он отличился в ходе русско-японской войны 1904 – 1905 гг. В июне 1904 г. в боях при Вафангоу Николай Нилович при оказании помощи раненым солдатам получает ранение в руку и сильную контузию, приведшую впоследствии в 1937 г. к полной потере слуха. За героизм во время военных действий Н.Н. Бурденко 26 ноября 1904 г. приказом Главнокомандующего Маньчжурскими армиями за № 183 «… за преданность делу, мужество и самоотвержение при перевязке раненых в боях у Ташичао, Вафангоу и Ляояна под огнем неприятеля награжден знаком отличия военного ордена IV степени за № 111221» [58]. Удостоверение на награду Н.Н. Бурденко выдал помощник главноуполномоченного «Российского общества Красного креста» [59]. Награждение студента Н.Н. Бурденко явилось важным событием для Юрьевского императорского университета. Ректор учебного заведения писал в «Рижское полицейское управление»: «Препровождая при сем присланный ко мне в отношении канцелярии собственного ее величества, государыни императрицы Марии Федоровны, лазарета от 26 апреля сего года за № 929 знак отличия 4 степени за № 111221 и удостоверение за № 2734, принадлежащее студенту императорского Юрьевского университета Николаю Бурденко, служащему в настоящее время в гор. Риге, в городской больнице, имею честь покорнейше просить полицейское управление о вручении знака и удостоверения студенту Бурденко под расписку, каковую не отказать препроводить ко мне» [60]. Надо сказать, что Николай Нилович оставался все-таки человеком штатским, даже в собственноручной биографии он в начале ошибочно пишет о награждении знаком отличия военного ордена IV «класса», а не «степени» [61].

Сам Николай Нилович назвал русско-японскую войну 1904 – 1905 гг. «бесславной» [62]. Несмотря на подобную оценку, данная война сыграла ключевую роль в его профессиональном становлении. Н.Н. Бурденко побывал и отличился на фронте. Более того, он проявил неподдельный интерес к организации военно-медицинской службы. Если прибавить к вышесказанному изучение научной деятельности Николая Ивановича Пирогова в Юрьевском императорском университете, то путь будущего выдающегося военно-полевого хирурга определился.

Деятельность Н.Н. Бурденко

(1904 – 1914 гг.)

После возвращения с русско-японской войны Н.Н. Бурденко продолжает обучение в Юрьевском императорском университете. Он резко выступал против засилья германской профессуры в русском университете [63].

В феврале 1905 г. он получает должность ассистента у доктора Бергмана в хирургическом отделении Рижской городской больницы. Затем в сентябре – декабре того же года трудится в хирургическом отделении профессора Цеге-Мантейфеля в клинике доктора Фауре. Одновременно допущен правлением университета до должности второго сверхштатного ассистента хирургической клиники по вольному найму. Профессор Цеге-Мантейфель написал следующее в своем прошении от 1 декабря 1905 г. на имя ректора Юрьевского императорского университета: «… Нижеподписавшийся просит правление Университета назначить окончившего курс Николая Бурденко на должность 2 сверхштатного ассистента Клиники» [64].

В декабре 1905 г. Николай Нилович избран на сходке студентов Юрьевского университета в студенческую комиссию для разбирательства случая с избиением и расстрелом граждан на площади Большого рынка: «… Принимая во внимание, что события, бывшие на площади большого рынка 12 декабря, были вызваны вышедшей из Ратуши городской милицией, которая без особого на то повода со стороны окружающей публики начала ее избивать, а затем и стрелять, чем вызвала приезд полиции и казаков» [65].

Однако политическая деятельность остается для Н.Н. Бурденко все равно на втором плане [66]. 20 января 1905 г. Николай Нилович пишет прошение декану медицинского факультета Юрьевского императорского университета: «… Имею честь просить Вас, Ваше превосходительство, ходатайствовать перед медицинским факультетом о допущении меня к испытаниям на звание лекаря в сроки, которые факультет найдет возможным назначить в текущее полугодие» [67]. Уже 27 мая 1906 г. он сдает государственные экзамены и получает звание лекаря с отличием вместе и врачебным дипломом за № 1341. Юрьевский Императорский университет 29 мая 1906 г. выдает Н.Н. Бурденко удостоверение лекаря: «… Медицинский Факультет ИМПЕРАТОРСКОГО Юрьевского Университета, по прошению, сим удостоверяет, что предъявитель сего, бывший студент Медицинского Факультета сего Университета Николай Нилович Бурденко по окончании полного курса медицинских наук и выдержании им окончательного испытания, 27 мая 1906 г. удостоен Медицинским Факультетом степени лекаря с отличием. Так как соответствующий диплом должен быть отправлен в надлежащее присутствие по воинской повинности, то временно выдается ему настоящее удостоверение, как вид на жительство, с тем, чтобы оно до истечения трехмесячного срока было предъявлено в означенное присутствие для обмена на подлинный диплом» [68]. Затем лекарь Н.Н. Бурденко принимает положенную врачебную присягу: «… Принимая с глубокою признательностью даруемые мне наукой права врача и постигая всю важность обязанностей, возлагаемых на меня званием, я даю обещание в течение всей своей жизни ничем не омрачать чести сословия, в которое ныне вступаю. Обещаю во всякое время помогать, по лучшему моему разумению, прибегающим к моему пособию страждущих; свято хранить вверяемые мне семейные тайны и не употреблять во зло оказываемого мне доверия. Обещаю продолжать изучать врачебную науку и способствовать всеми силами ее процветанию, сообщая ученому свету все, что открою. Обещаю не заниматься приготовлением и продажей тайных средств. Обещаю быть справедливым к своим сотоварищам – врачам, и не оскорблять их личности; однакоже, если бы того потребовала польза больного, говорить правду прямо лиценеприятия. В важных случаях обещаю прибегать к советам врачей, более меня сведущих и опытных; когда же сам буду призван на совещание, буду по совести отдавать справедливость их заслугам и стараниям» [69]. Сам молодой медик в собственной биографии записал о получении звания лекаря: «… В течение весеннего семестра 1906 г. сдал государственные экзамены и получил звание лекаря» [70].

После чего из-за финансовых проблем Николай Нилович вынужден осенью 1906 г. отказаться от престижной должности второго сверхштатного ассистента университетской хирургической клиники по вольному найму и работать дальше врачом в Рижской городской больнице. Ранее в ноябре 1905 г. лекаря Н.Н. Бурденко избирают действительным членом «Общества естествоиспытателей при Юрьевском университете». Интересно, что молодой медик следил за политическими событиями в стране. Так, в его бумагах можно найти фотокопию указа Николая II о роспуске I Государственной Думы [71].

1907 год, по мнению самого Николая Ниловича, стал начало его серьезной научно-исследовательской и литературной деятельности [72]. В январе выходит первое научное исследование лекаря Н.Н. Бурденко – «Случай подкожного внутрибрюшного разрыва мочевого пузыря». Затем в феврале – апреле он успешно сдает докторантские экзамены. 22 марта состоялся его первый научный доклад на заседании «Общества естествоиспытателей при Юрьевском университете» под названием «Физиологическая оценка операций на воротной вене». Летом 1907 г. Н.Н. Бурденко временно исправляет должность заведующего хирургическим отделением на 100 коек с больными в Пензенской губернской земской больнице [73].

В январе 1908 г. лекарь Н.Н. Бурденко постановлением правления Юрьевского императорского университета возвращается на место второго сверхштатного ассистента хирургической клиники по вольному найму. В следующем месяце на заседании «Общества естествоиспытателей при Юрьевском университете» происходит второй научный доклад с названием «К технике соединения воротной и полой вены».

24 октября 1908 г. Н.Н. Бурденко представляет на суд медицинского факультета Юрьевского императорского университета докторскую диссертацию: «… Прилагая при сем работу под заглавием: «К вопросу о последствиях перевязки v. portae» – на степень доктора медицины, имею честь просить медицинский факультет о рассмотрении ея и допущении к публичной защите» [74]. Многие коллеги считали, что занимаясь подобной темой молодой ученый «… аттестует себя самонадеянным мальчиком» [75]. До этого еще 20 января 1907 г. лекарь Н.Н. Бурденко просит деканат медицинского факультета Юрьевского императорского университета допустить его к испытаниям на степень доктора медицины [76].

Сам Николай Нилович вспоминает научно-исследовательскую работу в то время следующим образом: «… Мои занятия начались с книги, с литературных источников. Каждая новая книга, казалось, ставила передо мной новые трудности, тянула меня в водоворот новых сложных, недостаточно мне еще известных областей. Чтобы сознательно их воспринимать, надо было их изучить практически. Горы книг, работа на трупах, подопытные животные, овладение методикой физиологических экспериментов и гистологической техникой отнимали у меня все время. Это был адский труд, но вместе с тем благодарный. С каждым днем я чувствовал, что становлюсь на более твердую почву» [77]. В этот период Н.Н. Бурденко неоднократно общается со знаменитым Иваном Петровичем Павловым, предлагавшим ему даже штатное место в собственной лаборатории. К сожалению, непрекращающиеся финансовые затруднения вынудили отказаться молодого исследователя от столь лестного предложения [78].

24 октября 1908 г. декан медицинского факультета Юрьевского императорского университета подписывает служебный протокол: «… считать лекаря Н. Бурденко выдержавшим испытания на степень доктора медицины» [79]. В ноябре 1908 г. при Юрьевском университете при активной поддержке Николая Ниловича учреждается научное общество имени Н.И. Пирогова. Сам лекарь Н.Н. Бурденко открывает первое научное заседание нового общества докладом о своем профессиональном кумире: «О Н.И. Пирогове с исторической точки зрения» [80]. Доклад начинался следующими словами: «… Наше Общество носит наименование О-ва Н.И. Пирогова. Казалось естественным в первое заседание посвятить один из докладов памяти этого человека, – как ученого, одного из реформаторов хирургии, – как учителя, создавшего в России новую школу хирургов, и – как врача-гражданина, который в основание своей практической и общественной деятельности положил высокие принципы гуманности, умело развил и широко осуществил на практике ряд новых блестящих идей» [81]. Сообщение молодого ученого заканчивалось словами: «… Эта личность была глубокая по уму, сильная волей и мощная чувством. И долго она будет служить для русского врача, педагога и гражданина светлым маяком на тернистом пути жизни и светлым образом для юношей – носителей мятущихся умов и чутких настроений» [82].

Одновременно происходит доклад на заседании «Общества естествоиспытателей при Юрьевском университете» под названием «К пластике спинномозговых корешков внутри спинномозгового канала».

Февраль 1909 г. приносит Н.Н. Бурденко повышение в виде должности первого сверхштатного ассистента университетской хирургической клиники по вольному найму. Вместе с тем публикуется научная работа Николая Ниловича – «К методике изучения роли печени в усвоении углеводов».

3 марта 1909 г. на медицинском факультете Юрьевского императорского университета можно было прочитать объявление следующего содержания: «… Сим объявляется, что защита диссертации лекаря Н.Н. Бурденко на степень доктора медицины под заглавием: «Материалы к вопросу о последствиях перевязки vena portae» состоится в субботу 7-го марта 1909 г. в 1 час дня в актовом зале университета» [83]. В результате 7 марта 1909 г. Н.Н. Бурденко успешно защищает диссертацию на степень доктора медицины: «… выслушав защиту диссертации под заглавием: «Материалы к вопросу о последствиях перевязки vena portae» и признав ее удовлетворительной, Медицинский факультет удостаивает лекаря Николая Ниловича Бурденко степени доктора медицины» [84]. В тот же день новый доктор медицины принимает присягу: «… Принимая с глубокою признательностью даруемые мне наукою права доктора медицины и постигая всю важность обязанностей, возлагаемых на меня сим званием, я даю обещание в течение всей своей жизни ничем не помрачать чести сословия, в которое ныне вступаю. Обещаю во всякое время помогать, по лучшему моему разумению, прибегающим к моему пособию страждущих; свято хранить вверяемые мне семейные тайны и не употреблять во зло оказываемого мне доверия. Обещаю продолжать изучать врачебную науку и способствовать всеми силами ее процветанию, сообщая ученому свету все, что открою. Обещаю не заниматься приготовлением и продажей тайных средств. Обещаю быть справедливым к своим сотоварищам – врачам, и не оскорблять их личности; однакоже, если бы того потребовала польза больного, говорить правду прямо лиценеприятия. В важных случаях обещаю прибегать к советам врачей, более меня сведущих и опытных; когда же сам буду призван на совещание – буду по совести отдавать справедливость их заслугам и стараниям» [85]. Клятва была практически похожа на присягу лекаря, но давалась медиком уже более высокого уровня.

Выданная администрацией университета сумма на заграничную стажировку молодого ученого составила 350 рублей. Николай Нилович резко выступает против такой незначительной суммы, настаивая, что едет в Европу не «… в качестве ученого-туриста» [86]. Однако в своих воспоминаниях Н.Н. Бурденко несколько сгущает краски. Руководство Юрьевского императорского университета все-таки заботилось о молодом перспективном докторе медицины. Вот письмо ректора попечителю Рижского учебного округа от 30 января 1910 г.: «… Вследствие представления директора хирургической клиники ИМПЕРАТОРСКОГО Юрьевского университета, профессора Цеге-Мантейфеля от 22-го сего января за № 52, правление университета, согласно постановлению своему от 29-го сего января, имеет честь ходатайствовать перед Вашим превосходительством о разрешении и выдать сверхштатному ассистенту хирургической клиники доктору медицины Николаю Бурденко из специальных средств названной клиники платы за пользование больных – пятьсот тридцать рублей на возмещение половины расходов, понесенных им на опытных животных и содержание их в течение трех лет (1907 – 1909 гг.), времени производства экспериментально-научных опытов, в размере 1060 рублей» [87].

Летом того же года он работает хирургом-консультантом на строительстве Сибирской железной дороги. Цель подобной должности была в заработке денег для зарубежной научной командировки. О новой своей должности Николай Нилович вспоминал следующее: «… Работа была утомительной, неспокойной. Все время приходилось жить в вагоне, на запасных путях, в жаре. Работа хирургическая носила случайный характер» [88].

1 августа 1909 г. Николай Нилович получает зарубежную командировку от Министерства народного просвещения для пополнения научных знаний. Наколенные деньги и незначительная сумма от Юрьевского императорского университета позволили совершить ему обстоятельную профессиональную заграничную командировку. Николай Нилович посетил ведущие научные швейцарские и германские клиники [89], поставил ряд медицинских опытов на животных [90].

Следующим важным шагом в научной карьере Н.Н. Бурденко стало утверждение его 5 июня 1910 г. в должности приват-доцента по кафедре хирургии и хирургической клиники Юрьевского императорского университета. Причем произошло данное событие до возращения самого Николая Ниловича в августе 1910 г. из годовой заграничной командировки. Как гласит протокол кафедры хирургии и хирургической клиники Юрьевского императорского университета: «… По произведенной закрытой баллотировке доктор Бурденко оказался выбранным в приват-доценты по кафедре хирургии и хирургической клиники тринадцатью (13) голосами против одного (1)» [91].

В октябре того же года доктор медицины и приват-доцент Н.Н. Бурденко читает в актовом зале Юрьевского императорского университета открытую лекцию на тему: «Задачи пластической хирургии». 10 октября 1909 г. Николай Нилович пишет прошение в деканат медицинского факультета Юрьевского императорского университета: «… Представляю при этом ученые труды и curriculum vitae (нечто подобное биографической записке – Авт.), честь имею просить факультет о допущении меня к чтению лекций по кафедре хирургии и хирургической клиники в качестве приват-доцента. При этом имею честь сообщить, что две работы представлены в копии рукописи – оригиналы с рисунками и фотографиями отосланы в редакцию журналов: «Русский Хирургический Архив» и «Хирургия»» [92].

О работе Николая Ниловича на медицинском факультете Юрьевского императорского университета в качестве приват-доцента [93] можно судить по следующему объявлению от 12 октября 1910 г.: «… Сим объявляется, что в субботу, 16-го сего октября в 12 часов дня, в актовом зале Университета, приват-доцент Н.Н. Бурденко прочтет вступительную лекцию на тему: «Задачи пластической хирургии (развитие и обоснование)» [94].

В ноябре 1910 г. на заседании научного университетского общества имени Н.И. Пирогова состоялись два доклада приват-доцента под названием «Место возникновения панкреатического рефлекса или образование секретина в тонкой кишке» и «Краткий биографический очерк Н.И. Пирогова и его значение в хирургии» [95].

Ноябрь 1910 г. принес еще Николаю Ниловичу и утверждение в должности экстраординарного профессора Юрьевского императорского университета по кафедре оперативной хирургии [96]. Декан медицинского факультета Юрьевского императорского университета прореагировал на это событие следующей служебной запиской от 25 января 1911 г. [97] профессору М.И. Ростовцеву: «… уведомить профессора Ростовцева, что ввиду назначения приват-доцента Бурденко профессором по кафедре оперативной хирургии факультет просит его передать проф. Бурденко кабинет оперативной хирургии» [98].

В некотором роде данное место являлось признанием научных заслуг и обеспечивало стабильное положение в иерархии общества Российской Империи [99]. Чуть позже 18 октября 1911 г. Высочайшим приказом по гражданскому ведомству экстраординарному профессору Н.Н. Бурденко присвоили чин коллежского советника со старшинством с момента вступления в должность экстраординарного профессора [100]. Данный чин относился к шестому классу статской или гражданской службы Российской Империи. До 1856 г. дослужившийся до коллежского советника получал право на потомственное дворянство, а после только личное. К чину коллежского советника прилагалось и годовое жалование в 2000 руб. Собственно до потомственного дворянства Николаю Ниловичу надо было получить чин четвертого класса – действительного статского советника. Однако для внука и сына крепостного крестьянина, выбившегося в послереформенное время в мещанское сословие, социальный прогресс можно назвать существенным.

В это время Николай Нилович набирается профессионального опыта в клинике профессора Цеге-Мантейфеля: «… Мой ученый патрон – Мантейфель – был выдающимся техником. Он быстро оперировал, но не щадил тканей. Опытность у него, как у практического врача, была огромная… Он делал так: часто уезжал и оставлял клинику на попечение то одного, то другого ассистента – по очереди. Все другие ассистенты – немцы – на летнее время уезжали в свои имения или к родителям, и я вел клинику. Это воспитало во мне чувство ответственности и самостоятельность» [101].

17 декабря 1910 г. новому экстраординарному профессору на время рождественских вакаций Министерство народного просвещения разрешило научную командировку в Москву и Санкт-Петербург с целью посещения институтов оперативной хирургии. В данной поездке в Санкт-Петербурге на Х съезде российских хирургов Н.Н. Бурденко выступает с докладом: «Опыт по экспериментированию на собаках по поводу пластики пищевода» [102].

В 1911 г. исследовательская работа экстраординарного профессора продолжилась. Решением совета Юрьевского университета ему с 13 мая по 10 июня предоставили отпуск для изучения опыта медицинских факультетов Харькова, Киева и Одессы. Одновременно он успешно трудится хирургом-консультантом в Псковской губернской земской больнице, а в июле получает должность заведующего хирургическим отделением и кабинетом механотерапии в Сакской земской грязелечебнице. Фактически на долгие годы Н.Н. Бурденко становится научным руководителем и исследователем целебных свойств Сакской грязелечебницы [103].

В феврале 1912 г. экстраординарный профессор выступает с научным докладом на заседании общества имени Н.И. Пирогова: «Двойная гастроэнтеростомия при желудке в форме песочных часов». Тогда же Н.Н. Бурденко поручают заведование коллекцией хирургических инструментов для планируемого музея Н.И. Пирогова. Следующие доклады под названием: «К вопросу о лечении волчьей пасти» и «Anus praeternaturalis (Пластика)» состоялись в марте и апреле 1912 г. Затем в мае Министерство народного просвещения отправляет Николая Ниловича в научные командировки внутри страны и за границей. Во время данной командировки он делает свой первый научный доклад в Сакской грязелечебнице: «К диагностике сифилиса костей и суставов». 20 декабря Н.Н. Бурденко читает доклад на XII съезде российских хирургов: «Экспериментальное исследование вопроса о бескровном (v. portae) оперировании на печени» [104].

1913 г. ознаменовался для Николая Ниловича рядом научных докладов. Сначала на заседаниях научного общества имени Н.И. Пирогова: «Закрытие привратника и деятельность поджелудочной железы» (март 1913 г.) и «К методике преподавания топографической анатомии» (апрель 1913 г.). Затем несколько сообщений в Сакской грязелечебнице: «Казуистика туберкулезных излечений в Саках» (июнь 1913 г.), «К вопросу о номенклатуре суставных заболеваний» (июнь 1913 г.), «Опыты лечения в Саках большими дозами йодной настойки хронических тендовагинитов» (июль 1913 г.), «Дальнейшие наблюдения над бугорчаткой в Саках» (июль 1913 г.) и «Механотерапия и сифилис суставов в Саках» (июль 1913 г.) [105]. Прочитанные доклады сопровождались демонстрациями рентгеновских снимков и больных.

В июле 1914 г. Министерство народного просвещения дает талантливому экстраординарному профессору очередную заграничную научную командировку по январь 1914 г. После возвращения из поездки Николай Нилович продолжает научные исследования в Сакской грязелечебнице, но после известия о начале Первой мировой войны срочно возвращается в Юрьевский университет для подачи прошения об отправке добровольцем на фронт. Он, прошедший русско-японскую войну, где получил базовые навыки военно-полевой хирургии, собиравший в мирное время материал по ранениям центральной нервной системы, отправляется для участия в Первой мировой войне в качестве военного хирурга. К тому же научным кумиром Николая Ниловича оставался выдающийся русский военный хирург Н.И. Пирогов. На 1914 г. Н.Н. Бурденко уже являлся доктором медицины, экстраординарным профессором Юрьевского императорского университета и коллежским советником. Профессору Н.Н. Бурденко исполнилось 38 лет, и он должен был реализовать на фронтах Первой мировой войны свой внушительный запас медицинских знаний и опыта.

Н.Н. Бурденко на фронтах Первой мировой войны

(1914 – 1917 гг.)

25 августа 1914 г. Министерство народного просвещения дало официальное разрешение на работу Н.Н. Бурденко в качестве хирурга на театре военных действий. Уже 2 сентября Николай Нилович поступает в распоряжение «Главного управления российского общества Красного Креста» и назначается помощником заведующего медицинской частью при армиях Северо-Западного фронта. Затем 9 сентября состоялась командировка в город Вильно, связанная с организацией перевязочно-эвакуацинного пункта. Одновременно участвует в создании таких же пунктов на линии фронта Вержболово – Эйдукнен – Инстербург – Даркемен и при отступлении русских войск от Ковно [106].

В октябре 1914 г. Н.Н. Бурденко находится среди участников Варшаво-Ивангородской боевой операции, а после в ноябре месяце в сражении под Лодзью [107]. Собственно, участие в боевых действиях под Лодзью стало для полевого хирурга первым настоящим делом: «… Работа была канцелярской, я страшно тяготился ею и вскоре получил назначение консультантом в учреждениях Красного Креста в армию, действовавшую в районе Лодзи, Жирардова. Здесь пришлось все организовывать, выводить из хаоса, налаживать деятельность летучек, самому работать в них и расставлять подвижные лазареты поближе к фронту» [108]. Впоследствии он обобщил в своей статье за 1938 г. «Об организации госпитализации и эвакуации в Лодзинской операции» первые уроки фронтов мировой войны: «… Резюмируя все сказанное, можно сделать следующие выводы:

1. Лодзь к периоду операции, т.е. 1. XII (1914 г. – Авт.), явилась пунктом, совершенно неподготовленным ни для стационарного лечения, ни для эвакуации.

2. Этот пункт можно было бы хорошо оборудовать для стационарного лечения, если бы, во-первых, не были эвакуированы почти все неприданные дивизиям военно-лечебные заведения и все Краснокрестные лазареты; во-вторых, если бы было время и возможность подвозить все необходимое или сделать заранее запасы.

3. Положение спасли военно-лечебные заведения, приданные дивизиям. Организовать из них сводные большие госпитали, обеспечить их постелями, углем, светом и хлебом при таком положении являлось делом чрезвычайно затруднительным.

4. Работа Красного Креста шла рука об руку, тесно переплетаясь с работой военно-санитарного ведомства; за весь период она главным образом выразилась в материальной помощи (белье, питательные пункты), в транспортировке раненых автомобилями, в усилении личным составом.

5. Эвакуация более 25 000 раненых при всех колоссальных трудностях была выполнена удовлетворительно. Военно-санитарные и краснокрестные транспорты работали самоотверженно, все время впереди, под огнем противника. Некоторые из них, как, например, 100-й военно-санитарный транспорт, были почти совершенно уничтожены, потеряв во время боя 5 – 6 XI (1914 г. – Авт.) убитыми и ранеными врачей и часть солдат» [109].

Кстати, Николай Нилович интересовался дальнейшим боевым путем военно-санитарных организаций, участвовавших в Лодзинском сражении, о чем свидетельствуют документы из его личного фонда: «Список военно-лечебных краснокрестных и других учреждений, работающих под флагом красного Креста при 2-й действующей армии во время Лодзинских боев на 1 января 1915 г.» [110].

Тогда же сформировалось первое представление Н.Н. Бурденко об отвратительной организации русской военно-санитарной службы: «… Мне часто приходилось отрываться от хирургической работы для участия в заседаниях и для посещения фронта, летучек. Военно-санитарная организация была ниже всякой критики. Начальником санитарной службы был какой-то отставной генерал, который хорошо разбирался в вопросах виолончельной игры и плохо или вернее совсем не понимал вопросов санитарной службы» [111]. До конца 1914 г. он активно работает в госпиталях Варшавы и Гройцев.

Январь 1915 г. начинается для Николая Ниловича с докладов об операциях при транспортировке раненых в живот на собрании полевых хирургов армий Северо-Западного фронта [112].

В феврале – марте 1915 г. Н.Н. Бурденко трудится хирургом-консультантом Красного Креста при армиях Северо-Западного фронта и проводит операции в вильненском госпитале.

Вскоре последовали первые заслуженные награды. Приказом армиям Северо-Западного фронта за № 795 от 16 марта 1915 г. за самоотверженную работу в российском обществе Красного Креста Николай Нилович получил орден Святой Анны 3-й степени с мечами (наличие мечей подчеркивало боевое значение ордена – Авт.). Практически сразу 6 апреля 1915 г. последовал приказ армиям Северо-Западного фронта за № 940, удостоивший Н.Н. Бурденко за его деятельность на фронте ордена Святой Анны 2-й степени [113].

6 августа 1915 г. следует назначение Н.Н. Бурденко хирургом-консультантом 2-й армии Западного фронта [114]. Одновременно он исполняет должность Особоуполномоченного в Риго-Ковенском районе. Во второй половине 1915 г. Николай Нилович в связи с воспалением среднего уха переводится в Петроград. В столице Н.Н. Бурденко продолжает работать в госпиталях Красного Креста и назначается старшим врачом 2-го Георгиевского госпиталя. Важным событием в жизни хирурга стало избрание членом и докладчиком комиссии по пересмотру норм санитарного и хозяйственного снабжения армии, образованной при «Особом совещании для обсуждения и объединения мероприятий по обороне государства».

Не забывает талантливого медика и Сакская грязелечебница, составившая 15 марта 1915 г. следующее прошение: «…Профессор Н.Н. Бурденко, находящийся теперь в одном из лазаретов Общества красного Креста, в течение 4 лет заведовал большим хирургическим отделением в Сакской грязелечебнице… Принимая во внимание опытность и знания профессора Н.Н. Бурденко, в деле оказания хирургической помощи при грязелечении, а также решение Таврического губернского земства организовать в предстоящем сезоне лечение раненых воинов в Сакской земской грязелечебнице и важность участия в этом деле профессора Бурденко. Таврическая губернская земская управа имеет честь покорнейше просить об откомандировании профессора Бурденко…» [115].

Вообще работать Н.Н. Бурденко на фронтах было весьма сложно [116], о чем свидетельствуют воспоминания военного хирурга: «… Вспоминается такой эпизод. Во время операции получаю приказание встретить принца Ольденбургского и подать ему рапорт. Я предложил дежурному врачу пригласить принца в операционную. Врач, очевидно, не решился, и меня вызвали вторично. Окончив операцию и наложив повязку, я явился к принцу Ольденбургскому в халате, перчатках и белой шапочке. Я ему доложил о безобразной работе военно-санитарного управления, ведущей к гибели тысяч раненых солдат. Принц внешне серьезно отнесся к докладу и, обращаясь к начальнику санитарной части, дряхлому генералу, грозно сказал:

– Вот видите, что вы наделали! Я вас научу, как работать!

Конечно, все осталось по-старому…» [117].

Февраль 1916 г. начинается для Николая Ниловича с доклада на заседании лечебной комиссии при Главном управлении Красного Креста: «О необходимости введения предупредительных против столбняка прививок всем раненым с загрязненными ранами» [118]. В личном фонде выдающегося хирурга до сих пор есть полный текст сообщения: «О предохранительных прививках против столбняка 12 февраля 1916 г.» [119]. Резолюция на доклад Н.Н. Бурденко от Главного управления Красного Креста содержала следующие слова: «… Главное управление отнеслось с большим вниманием к сделанному докладу и постановило сделать все возможное в данном направлении» [120].

10 марта он читает доклад в «Петроградском обществе врачей военного времени» [121] на тему: «Первая помощь на фронте» [122]. Однако, Николай Нилович последовательно продолжает борьбу со столбняком на фронте. 17 марта 1916 г. он делает еще одно обстоятельное сообщение на заседании лечебной комиссии при Главном управлении Красного Креста: «… Помощник заведующего медицинской частью управления Главноуполномоченного Северного района профессор Бурденко доложил, что современные бои, дающие весьма высокий процент раненых артиллерийскими снарядами, отличаются в силу этого чрезвычайным числом заболевающих столбняком, так как ранения артиллерийскими снарядами отличаются особой загрязненностью, способствующей заболеванию столбняком. Так, во время битвы на Марне столбняк дал 12% заболеваний; в Германии в среднем 8% заболеваний и у нас также весьма значительный процент. В английской армии введены обязательные противостолбнячные прививки как предохранительные мера, к тому же уже испытанная в настоящей войне во Франции, где после Марнской битвы введены также предохранительные прививки, понизившие заболевания до 4%» [123].

Затем в апреле месяце состоялось сообщение на Пироговском съезде санитарных врачей и представителей врачебно-санитарных организаций земств и городов: «О передовых отрядах и их роли в общей организации помощи раненым и больным войнам» [124].

В августе 1916 г. Н.Н. Бурденко назначается хирургом-консультантом при Главноуполномоченном Красного Креста при армиях Северного фронта. Работая в Риге, Николай Нилович принимает общий надзор за больными, отравленными в результате газовых атак на Северном фронте. 25 октября он делает доклад о случаях отравления газами после германских атак [125]. В его личном фонде есть полный текст сообщения «По поводу газовой атаки 25 сентября 1916 г.» [126]. Как сообщал заведующий медицинской частью Красного Креста на Северном фронте доктор медицины С.К. Соловьев: «… Общий надзор за отравленными взял на себя профессор Н.Н. Бурденко. Отсутствие лечебного заведения с достаточным количеством свободных мест препятствовало сосредоточить всех больных (т.е. пострадавших от отравления газами – Авт.) в одном месте, что, разумеется, имело бы громадное значение в целях единства лечебных мероприятий и полного использования материала в научном отношении.

Клиническая картина была выяснена более или менее основательно благодаря заботам об этом профессора Н.Н. Бурденко, который просил вести подробные истории болезней и температурные листы с отметками пульса.

Патологическая картина была установлена благодаря вскрытиям, организованным опять-таки профессором Бурденко» [127]. Особенное внимание, как можно судить из его телеграммы [128], Николай Нилович уделял установлению причин смерти от отравляющих веществ: «… Покорнейшая просьба командировать в район патологоанатома для вскрытия невыясненных клинически и бактереологически случаев. В обмен откомандирую кого-либо из присланных. Очень прошу Вас помочь. Бурденко» [129].

Более того, профессор Н.Н. Бурденко принимает решение опубликовать собственные исследования по влиянию отравляющих газов на человеческий организм [130]. Здесь тоже необходимо обратиться к свидетельству заведующего медицинской частью Красного Креста на Северном фронте доктора медицины С.К. Соловьева: «… Медицинская часть при горячей поддержке бывшего Главноуполномоченного приступила к изданию в виде периодических сборников работ краснокрестных врачей, главным образом работающих на территории фронта.

Редакция составилась из бывшего заведующего медицинской частью профессора Г.Ф. Цайдлера, профессора Н.Н. Бурденко и приват-доцента О.М. Хольбека.

Первая книжка вышла в июне 1917 г. и содержала статьи, посвященные главным образом газоотравлениям (особенный интерес вызвала научная публикация Николая Ниловича Бурденко «По поводу газовой атаки 25 сентября 1916 г. Наблюдения в лечебном заведении головного пункта» – Авт.)» [131].

Итогом деятельности Н.Н. Бурденко во время Первой мировой войны при царской власти могут служить слова Н.Н. Бурденко [132]: «… Работать было трудно. Было много суеты, мелкого честолюбия, интриг. Многие из администраторов в Варшаве были немецкого происхождения: барон Корф, барон Тивенгаузен, барон Титров, фон-Минцов, Эссен, Утгоф, Грессер, Раут-Траунбенберг и др.» [133].

В январе – феврале 1917 г. Н.Н. Бурденко избирают председателем организационного бюро съезда врачей общественных организаций и военного ведомства [134]. Однако, к сожалению, данный съезд для координации усилий всех медработников не состоялся. Несмотря на инертность царской бюрократической системы, некоторые начинания Николая Ниловича находят поддержку у власти. Так, верховный начальник санитарной и эвакуационной части, почетный лейб-медик двора Его Величества, тайный советник Двукраев писал следующее в приказе от 8 января 1917 г.: «… Для надлежащего предохранения раненых воинов от заболеваний столбняком противостолбнячные прививки должны делаться возможно скорее после получения ранений.

Ввиду сего повелеваю всем передовым лечебным заведениям, в особенности перевязочным пунктам, как передовым, так и главным, а равно войсковым лазаретам и полевым подвижным госпиталям обратить особенное внимание и сосредоточить все силы для скорейшего производства противостолбнячной предохранительной прививки воинам, прибывшим с загрязненными ранами» [135].

14 февраля 1917 г. он получает удостоверение об отпуске за № 11058 [136], выданное в Пскове заведующим медицинской частью Красного Креста при армиях Северного фронта [137]. Краткосрочный отпуск по просьбе медицинского факультета Юрьевского императорского университета и с разрешения Главноуполномоченного «Российского общества Красного Креста» при армиях Северного фронта экстраординарный профессор Н.Н. Бурденко посвящает чтению лекций для студентов, в которых передает собственный уникальный опыт, приобретенный на театре боевых действий. В том же месяце военный хирург избирается в редакционную коллегию научного сборника «Материалы по вопросам военно-полевой санитарии и хирургии».

События Февральской революции привели к серьезным изменениям в государственном управлении. На волне революционных назначений 7 марта 1917 г. Николай Нилович становится приказом по армии и флоту исполняющим обязанности Главного военно-санитарного инспектора [138]. На новом посту военный хирург Н.Н. Бурденко сразу энергично решает устранить все мешавшее ему работать ранее: «… Наконец, пришлось сменить руководителей санитарной службы, не понимавших основ военно-санитарного дела и проявлявших казенный оптимизм» [139]. Тогда же он выступает на заседании Главного управления «Российского общества Красного Креста» по вопросу об установлении согласованных медико-санитарных и хозяйственно-административных мер всех общественных организаций, что приводит его к избранию в состав членов Главного управления Красного Креста. Вскоре Н.Н. Бурденко еще избирают и председателем организационного бюро по созыву съезда врачей в районе 12-й армии.

Главный военно-санитарный инспектор пытается привлечь к своей деятельности коллег по Юрьевскому университету. Вот циркуляр декана медицинского факультета Юрьевского университета от 18 апреля 1917 г.: «… Прилагая при сем отношение исполняющего должность Главного санитарного инспектора проф. Н.Н. Бурденко с приглашением г.г. профессоров и младших преподавателей на военно-санитарную службу в предстоящее летнее вакационное время, по постановлению медицинского факультета от 17-го сего апреля, честь имею просить г.г. профессоров и младших преподавателей сообщить в медицинский факультет до 24-го сего апреля желательные сведения, с указанием срока, с какого пожелавший может принять участие в военно-санитарной работе» [140]. Сам же циркуляр Н.Н. Бурденко содержал следующее предложение: «…Текущая война потребовала крайнего напряжения всех врачебных сил нашего отечества. С наступлением летнего боевого периода потребность во врачах еще более усилится. Поэтому является настоятельно необходимым использовать для нужд армии также и тех врачей, кои еще не привлечены к общей работе на пользу раненых и больных воинов. К числу этих врачей относятся профессора и младшие преподаватели медицинских факультетов, часть которых в летнее вакационное время свободны от преподавательской деятельности… Список профессоров и младших преподавателей желающих работать в летний период благоволите выслать в главное военно-санитарное управление, с указанием с какого именно срока каждый пожелавший может принять участие в военно-санитарной работе» [141].

В качестве Главного военно-санитарного инспектора на заседании «Объединенного комитета военно-санитарных организаций Северного района» Николай Нилович предлагает проект об уравнении в правах женщин-врачей с мужчинами военными хирургами и призыве бездетных женщин-врачей в возрасте до 40 лет на обязательную государственную службу.

В мае 1917 г. он выступает на совещании представителей врачебно-санитарных организаций с докладом: «К вопросу об устройстве управления в военно-санитарном ведомстве». Н.Н. Бурденко считал пересмотр «Положения о санитарной части» своей первоочередной задачей на занимаемом ответственном посту: «… Самым важным и первоочередным делом я считал пересмотр Положения о санитарной части. Оно было негодным – в нем не было принципов лечения, не было организации эвакуации, не было расчета коек. В начале войны его вновь переработали в Ставке, но окончательных поправок не было внесено» [142]. Доклад новый начальник военно-санитарной службы начал со следующего вступления: «… То, что я буду говорить, не будет исчерпывающим ответом на вопрос какова должна быть сущность санитарного строительства в армии. Вопрос этот большой и ставится всеми: учеными, администраторами, так равно и теми, кого касается санитарное дело. На него вполне можно ответить только тогда, когда мы учтем опыт мировой войны. Лишь с полным анализом статистических данных можно будет говорить о том, каковы были наши ошибки, и каковы должны быть положены грани, в которые должно выливаться военно-санитарное дело. Нас интересуют пока те формы, в которые слагается под влиянием властных современных событий строение военно-санитарной организации» [143]. Отдельно подчеркивалась ответственность военных врачей за санитарное состояние армии: «… Мы, врачи, не можем посадить на скамью подсудимых перед судом истории рядом с собой лиц, которые, в силу своего чисто образовательного ценза, будучи чуждыми вопросам санитарии и медицины, не могут в равной с нами мере разделить ответственность за недостатки нашего дела» [144]. В заключении доклада выдвигались три обстоятельных проекта о создании специальных военно-санитарных организаций: «… мы три проекта в редакции Совета делегатов из некоторых армий и фронтов временных правил: а) о главном военно-санитарном совете и центральном фронтовом санитарном совете, в) о санитарных советах при нач. санитарной части и с) санитарно-бытовых комитетах» [145].

Одновременно на совещании при «Управлении верховного начальника санитарной и эвакуационной части» Главный военно-санитарный инспектор Н.Н. Бурденко предлагает новые принципы комплектования штатов военных врачей: «… необходимо ныне же учредить как активный, так и пассивный резервы врачей; активный резерв комплектуется из тех штатных врачей, которых без особого ущерба для дела можно в случае нужды командировать для санитарных обследований и других работ. Пассивный резерв принесет помощь при намечающемся передвижении части врачей с фронта в тыл и обратно. Вместе с тем он будет полезен и для работы на эпидемиях» [146].

Уделил внимание Главный военно-санитарный инспектор Н.Н. Бурденко и статистической деятельности вверенного ему ведомства [147]. О преобразованиях в данной области можно судить по запискам заведующего медицинской частью Красного Креста на Северном фронте доктора медицины С.К. Соловьева: «… В Главном военно-санитарном управлении скопилось свыше 12 миллионов карточек, но штат статистического отделения состоял всего лишь из 3 лиц. Ясное дело – они сделать ничего не смогли. Со времени назначения Главным инспектором профессора Н.Н. Бурденко, на статистику было обращено большее внимание, и был создан Центральный санитарно-статистический совет. К сожалению, он потратил много времени на свою конструкцию и пока собирал материалы, война кончилась» [148].

Увы, но управлять ему осталось недолго, уже 27 мая 1917 г. указом Временного правительства, данным Правительствующему сенату [149], Николай Нилович увольняется от исполнения обязанностей Главного военно-санитарного инспектора армии и флота [150]. Однако в конце своей административной деятельности на высоком посту профессор Н.Н. Бурденко совершает еще одно важное дело [151]. Он подает доклад военному министру «Об учреждении на фронтах должностей консультантов-венерологов»: «… Усиленная и все возрастающая заболеваемость воинских чинов действующей армии венерическими болезнями, в частности сифилисом, становится угрожающей для санитарного благополучия войск как на фронтах, так и в тылу, куда в настоящее время вследствие неудовлетворительной эвакуации такого рода больных нахлынула такая масса венериков (весьма интересный термин – Авт.), что для размещения их и лечения приходится жертвовать даже хирургическими госпиталями.

Такая чрезвычайная заболеваемость является угрозой и для гражданского населения, а потому немедленная и энергичная борьба с ней является делом государственной важности» [152].

Многие полезные начинания Н.Н. Бурденко после его снятия с должности не были внедрены в практику [153]: «Однако эту работу – по пересмотру санитарного Положения – мне не удалось кончить по объективным причинам, а мой преемник проф. Юревич не был подготовлен к проведению этого дела. Умный и порядочный человек, он, к сожалению, к организационной работе не годился: был весь во власти своего темперамента и энтузиазма, а деловой направленности у него не было» [154].

Несмотря на это, Н.Н. Бурденко 9 июля 1917 г. [155] на совещании при новом Главном военно-санитарном инспекторе вносит ряд предложений по реорганизации эвакуации раненых: «… Предложение проф. Бурденко о необходимости пересмотреть и принципиально наметить на будущее систему эвакуации, принимая во внимание все возрастающие затруднения в вывозе больных и раненых во внутренний район, распоряжения о переходе к системе лечения больных в армейском и фронтовых районах и предстоящего сокращения санучреждений» [156].

6 августа 1917 г. профессор Н.Н. Бурденко выступает на заседании «Центрального военно-санитарного совета фронтов при Управлении Главного полевого санитарного инспектора в Ставке» [157] с сообщением, относящимся к лечению различных заболеваний во фронтовых условиях: «… По вопросу о столбняке и газовой гангрене сообщил проф. Бурденко о необходимости широкого обследования анаэробных раневых заболеваний, ведя точный учет их на фронтах, и сопоставления полученных сведений с последними научными данными» [158]. Отдельной темой доклада Николая Ниловича становится эффективность деятельности санитарных советов [159]: «… Доклад проф. Бурденко о необходимости санитарным советам отказаться от мелкой будничной работы и наметить такую основную линию поведения советов, чтобы расширить и углубить рамки их деятельности. В то время как в некоторых советах наблюдается стремление войти в ежедневную работу управлений и дублировать работу канцелярий, такие важные вопросы, как снабжение армии, пересмотр штатов, подбор исторического и статистического материалов, остаются в стороне» [160]. Тогда же он назначается хирургом-консультантом и главным врачом эвакуационного приемника в городе Риге. Однако в данном случае Николай Нилович уже уходит от активной деятельности фронтового хирурга, что подтверждается его избранием на должность ординарного профессора по кафедре факультетской хирургии Юрьевского университета [161].

Сам Н.Н. Бурденко оценивал результаты собственной профессиональной деятельности в Первой мировой войне следующим образом: « …Что же мне удалось провести в первую войну на своем участке? Принцип специальной помощи; сортировку по диагнозу; эвакуацию по назначению; начать оперировать первичные ранения живота; применять закрытый шов при мозговых ранениях; основать в Военно-промышленном комитете отдел снабжения инструментами и аппаратурой военно-лечебных учреждений; организовать борьбу с сифилисом, ввести фронтовых консультантов по венерическим заболеваниям, представить проект санации сифилитиков» [162].

Первая мировая война в полной мере раскрыла таланты профессора Н.Н. Бурденко как военного хирурга. Помимо практических медицинских вопросов, связанных с газоотравлениями и столбняком, Николай Нилович приобрел уникальный административный опыт. Он решал многочисленные проблемы – организация эвакуации раненых, санитарное обеспечение войск, профилактики венерических заболеваний на фронтах и кадрового обеспечения военно-лечебных заведений. Усилия Н.Н. Бурденко в военно-медицинской сфере были оценены по достоинству царским правительством, наградившим хирурга орденами Святой Анны 2-й и 3-й степени, а временное правительство назначило его Главным военно-санитарным инспектором. К сожалению, объективные разногласия в обеспечении военно-медицинского дела приводили к многочисленным конфликтным ситуациям между талантливым военным хирургом и представителями российской администрации в годы Первой мировой войны. Возможно, в этом кроется причина недолгого пребывания Николая Ниловича на посту Главного военно-санитарного инспектора, что помешало энергично осуществить целый ряд необходимых преобразований в организации военно-медицинского дела в тылу и на фронте.

******

Внук и сын крепостного крестьянина Николай Нилович Бурденко сделал в Российской Империи выдающуюся медицинскую карьеру. В начале студент медицинского факультета Юрьевского императорского университета Николай Бурденко даже не мог заплатить за право слушать лекции профессоров. В итоге на февраль 1917 г. коллежский советник, экстраординарный профессор Юрьевского императорского университета Николай Нилович Бурденко был награжден знаком отличия военного ордена IV степени и орденами Святой Анны 2-й и 3-й степени. В 1917 г. «его высокоблагородие», господин коллежский советник и экстраординарный профессор назначается на должность Главного военно-санитарного инспектора. Нельзя не признать и успешной научную карьеру Н.Н. Бурденко в Юрьевском императорском университете.

Однако наиболее прославился Николай Нилович в Российской Империи своей военно-медицинской карьерой. Начав службу еще в составе летучего санитарного отряда в период русско-японской войны 1904 – 1905 гг., он уже тогда выбирает свой профессиональный путь, о чем свидетельствует награждение знаком отличия военного ордена IV степени. Отдельно важным представляется внимание Николая Ниловича в его научных трудах к жизни и деятельности выдающегося русского военного хирурга Н.И. Пирогова. Жизненный путь Николая Ивановича Пирогова стал примером для молодого хирурга Н.Н. Бурденко. Именно поэтому с началом Первой мировой войны Николай Нилович сразу же отправляется на фронт. Новая война ставит перед военной медициной целый ряд серьезных проблем – борьба со столбняком и отравляющими газами. Как один из лучших представителей российской военно-полевой хирургии профессор Н.Н. Бурденко пытается найти правильные пути лечения заболеваний.

Невиданный масштаб боевых действий в Первой мировой войне приводит к огромному количеству раненых воинов. Отсюда, возникают проблемы, связанные с организацией военно-лечебного дела. Н.Н. Бурденко принимает участие в организации эвакуации раненных и госпиталей. Неравнодушный хирург борется с военной бюрократией Российской Империи, пытается сохранить жизнь наибольшему количеству офицеров и солдат. Он доказывает, что именно грамотная организация госпиталей и лазаретов поможет выздороветь наибольшему количеству военнослужащих. Уделяет внимание профессор Н.Н. Бурденко и санитарному делу. Он считает необходимым поставить под санитарный контроль венерические заболевания в русской армии.

После назначения на должность Главного военно-санитарного инспектора профессор Н.Н. Бурденко занимается самыми разнообразными делами: организация санитарной службы, военно-медицинская статистика, кадровый состав военно-медицинской службы. Энергичный Главный военно-санитарный инспектор пытается противостоять хаосу и разрушению, охватившим русскую армию на заключительном этапе Первой мировой войны. К сожалению, все усилия Николая Ниловича были тщетны, и через непродолжительное время он покидает высокий пост. Последующие социальные катаклизмы, т.е. приход к власти большевиков, профессор Н.Н. Бурденко, учитывая его происхождение, воспринял положительно и сделал замечательную научную и административную карьеру в советское время. Несмотря на это профессиональное становление Николая Ниловича Бурденко состоялось именно в Российской Империи.

Литература:

1. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 7.

2. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 111.

3. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 3. Su. nr. 211. L. 4.

4. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 10.

5. Евстигнеев С.В., Зелев С.В. Дом-музей Бурденко. – Изд. Vedecko vydavatelske centrum «Sociasfera-CZ». – Прага, 2014. – С. 32.

6. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 2.

7. Евстигнеев С.В., Зелев С.В. Дом-музей Бурденко. – Изд. Vedecko vydavatelske centrum «Sociasfera-CZ». – Прага, 2014. – С. 47.

8. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 15.

9. Евстигнеев С.В., Зелев С.В. Дом-музей Бурденко. – Изд. Vedecko vydavatelske centrum «Sociasfera-CZ». – Прага, 2014. – С. 62.

10. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 12.

11. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 129.

12. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 86.

13. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 6.

14. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 28.

15. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3528. L. 5.

16. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 112.

17. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 14.

18. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 114.

19. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 3. Su. nr. 211. L. 4.

20. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 25.

21. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 8.

22. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 87.

23. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 9.

24. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 114.

25. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. С. 116.

26. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. С. 118.

27. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 33.

28. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 119.

29. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 10.

30. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 35.

31. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 211. L. 2.

32. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 120.

33. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. С. 38.

34. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 121.

35. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3528. L. 3.

36. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 119.

37. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 11.

38. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 120.

39. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3528. L. 6.

40. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 121.

41. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 38.

42. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 211. L. 3.

43. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 42.

44. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. С. 44.

45. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. С. 45.

46. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 39.

47. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 122.

48. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3529. L. 5.

49. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. –С. 45.

50. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 42.

51. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 44.

52. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 47.

53. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 12.

54. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 44.

55. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 14.

56. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 131.

57. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3528. L. 15.

58. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 87.

59. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. С. 122.

60. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3528. L. 25.

61. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 211. L. 3.

62. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 46.

63. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 52.

64. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3528. L. 26.

65. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 123.

66. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 53.

67. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 124.

68. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3528. L. 27.

69. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3529. L. 16.

70. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 3. Su. nr. 211. L. 4.

71. Военно-медицинский музей (ВММ). Ф. 4. Оп. 1. Д. 49214. Лл. 1 – 2.

72. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 88.

73. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 16.

74. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 125.

75. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 17.

76. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3529. L. 17.

77. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 47 – 49.

78. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 58.

79. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 126.

80. Бурденко Н.Н. О Н.И. Пирогове с исторической точки зрения. / Н.Н. Бурденко. // Врачебная газета. – 1909. – № 3. – С. 86.

81. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 3. Su. nr. 211. L. 286.

82. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 3. Su. nr. 211. L. 291.

83. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 125.

84. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3529. L. 27.

85. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3529. L. 38.

86. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 51.

87. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3529. L. 31.

88. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 52.

89. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 3. Su. nr. 211. L. 5.

90. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 53.

91. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 3. Su. nr. 211. L. 292 об.

92. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 127.

93. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 59.

94. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 128.

95. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 67.

96. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 89.

97. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 70.

98. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 128.

99. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 20.

100. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 3. Su. nr. 212. L. 38.

101. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 55.

102. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 21.

103. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 90.

104. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 22.

105. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 91.

106. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 23.

107. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 77.

108. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 60 – 61.

109. Бурденко Н.Н. Об организации госпитализации и эвакуации раненых в Лодзинской операции. / Н.Н. Бурденко. // Военно-медицинский журнал. – 1938. – № 6. – С. 74.

110. ВММ. Ф. 4. Оп. 1. Дд. 47671 – 47676.

111. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 62.

112. Бурденко Н.Н. Об операциях и транспортировке раненых в живот. Доклад на заседании врачей района военных действий в армии Северо-западного фронта (1.11.1915 г.). / Н.Н. Бурденко. // Русский врач. – 1915. – № 16. – С. 379.

113. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 92.

114. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 78.

115. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 132.

116. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 81.

117. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 62.

118. Бурденко Н.Н. О предохранительных прививках против столбняка и раневых инфекций. / Н.Н. Бурденко. – Петроград, 1916. – С. 7.

119. ВММ. Ф. 4. Оп. 1. Д. 46972. Лл. 1 – 12.

120. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 134.

121. Бурденко Н.Н. К общей характеристике первой помощи на фронте. / Н.Н. Бурденко. // Русский врач. – 1916. – № 30. – С. 716.

122. Бурденко Н.Н. Общая характеристика организации первой помощи на фронте за первый год войны 1914 – 1915 гг. / Н.Н. Бурденко. // Врачебная газета. – 1916. – № 46. – С. 757 – 758.

123. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 134 – 135.

124. Бурденко Н.Н. О передовых отрядах и их роли в общей организации помощи раненым и больным воинам. / Н.Н. Бурденко. // Медицинское обозрение. – 1916. – Т. 85. – С. 454 – 455.

125. Бурденко Н.Н. По поводу газовой атаки 25 сентября 1916 г. / Н.Н. Бурденко. // Материалы по вопросам военно-полевой санитарии и хирургии. – 1917. – № 1. – с. 77 – 78.

126. ВММ. Ф. 4. Оп. 1. Д. 49405. Лл. 1 – 27.

127. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 138.

128. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 82.

129. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 145.

130. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 85.

131. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 139.

132. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 88.

133. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 63.

134. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 90.

135. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 136.

136. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 92.

137. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 93.

138. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 24.

139. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 64.

140. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3528. L. 38.

141. Императорский Тартуский Университет. F. nr. 402. Nim. nr. 1. Su. nr. 3528. Ll. 39 – 40.

142. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 66.

143. Бурденко Н.Н. К вопросу об устройстве Управления в военно-санитарном ведомстве. Доклад совещания 20 – 24 мая 1917 г. представителей объединений врачебно-санитарных губерний, областей, фронтовых и армейских, созванное Советом при Комиссаре по Управлению верховного начальника санитарной и эвакуационной части / Н.Н. Бурденко. – Петроград: Центральный врачебно-санитарный совет. Сенатская типография, 1917. – С. 1.

144. Бурденко Н.Н. К вопросу об устройстве Управления в военно-санитарном ведомстве. Доклад совещания 20 – 24 мая 1917 г. представителей объединений врачебно-санитарных губерний, областей, фронтовых и армейских, созванное Советом при Комиссаре по Управлению верховного начальника санитарной и эвакуационной части / Н.Н. Бурденко. – Петроград: Центральный врачебно-санитарный совет. Сенатская типография, 1917. – С. 22.

145. Бурденко Н.Н. К вопросу об устройстве Управления в военно-санитарном ведомстве. Доклад совещания 20 – 24 мая 1917 г. представителей объединений врачебно-санитарных губерний, областей, фронтовых и армейских, созванное Советом при Комиссаре по Управлению верховного начальника санитарной и эвакуационной части / Н.Н. Бурденко. – Петроград: Центральный врачебно-санитарный совет. Сенатская типография, 1917. – С. 29.

146. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 141.

147. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 23.

148. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 145.

149. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 25.

150. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 94.

151. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 28.

152. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 139.

153. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 29.

154. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 67.

155. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 94.

156. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 144.

157. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 95.

158. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 137.

159. Багдасарьян С.М. Николай Нилович Бурденко. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медгиз. – М., 1954. – С. 97 - 98.

160. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 142.

161. Багдасарьян С.М. Бурденко Н.Н. Выдающиеся деятели отечественной медицины и здравоохранения. / С.М. Багдасарьян. – Изд. Медицина, – М., 1967. – С. 30.

162. Багдасарьян С.М. Материалы к биографии Н.Н. Бурденко (1876 – 1946 гг.). / С.М. Багдасарьян. – Изд. Академии медицинских наук СССР. – М., 1950. – С. 66 – 67.

Подпишитесь на 9111.ru в Яндекс.Новостях  Подписаться

Автор: Ливенцев Дмитрий Вячеславович
Нажмите на звезду, чтобы оценить мою публикацию
Проголосовало: 0
Рейтинг 0,00
Ваш рейтинг должен быть не менее 500 для оценки публикации

Читайте также

0 X