Ковальская Дарья Сергеевна
Автор публикации
Ковальская Д. С.Подписчиков: 18
РейтингРейтингРейтингРейтингРейтинг820

Проблема применения 210.1 УК РФ

5 810 просмотров
3 073 дочитывания
9 комментариев
На сегодня эта публикация уже заработала 213,48 рублей за дочитывания Зарабатывать

Проблема применения 210.1 УК РФ

Дорогой мех редкого зверя

В начале 2019 года была внесена законодательная инициатива об ужесточении ответственности для лиц из числа криминальных авторитетов. Так, 1 апреля 2019 года был принят федеральный закон № 46 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в части противодействия организованной преступности».

После вступления в законную силу законопроекта было возбуждено первое уголовное дело в отношении «вора в законе» в Томской области – Толи Томского. На данный момент в Российской Федерации возбуждено около семи уголовных дел.

В пояснительной записке к законопроекту указано, что, занимая высшее положение в преступной иерархии, лицо имеет множество преступных связей, что и позволяет им избежать уголовной ответственности, в чём и заключается их специфика.

Доказать факт того, что лицо занимает положение вор в законе, весьма проблематично, так как информация носит оперативно-розыскной характер, лица, подозреваемые в занятии высшего положения в преступной иерархии, как и их соратники по «криминальному ремеслу», предпочитают данную информацию скрывать от органов следствия, чтобы не усугубить своё положение.

На практике лица, занимающие высшее положение в преступной иерархии, привлекают только за конкретные преступления: вымогательства, разбой и т.п., которые по сравнению с преступлениями об организованной преступности являются менее тяжкими [3, с. 52–56].

Что говорит закон

Из анализа пояснительной записки следует, что законодатель понимает под занятием высшего положение опасное состояние лица, и уголовная ответственность наступает не за совершение действий (бездействий), а именно за занимаемое положение лица в преступной иерархии, за то, что то или иное лицо в преступных кругах короновано как вор в законе.

Внесение данной статьи, согласно пояснительной записке, мотивировано необходимостью привлечения лица, занимающего высшее положение в преступной иерархии. Так, уголовная ответственность наступает не за совершение преступного действия, а за сам факт положения личности, которое обусловлено его общественной опасностью [7].

За чем следит «смотрящий»?

Исходя из пояснительной записки, признак общественной опасности преступного деяния присутствует в составе ст. 210.1 УК РФ: лидеры преступных сообществ координируют преступные действия, создают устойчивые преступные связи между различными организованными группами, координируют раздел сфер преступного влияния и т.п., в связи с этим представляют наибольшую общественную опасность [7]. Таким образом, в ч. 9 УК РФ противоречий не имеется.

Лица, занимающие высшее положение в преступной иерархии, имеют уголовно-правовое и криминалистическое значение.

В отечественном уголовном праве нет понятий «вор в законе», «смотрящий», они являются научными. В.Г. Гриб под «ворами в законе» понимает «профессиональных преступников, признанных лидеров преступного мира, пользующихся авторитетом и властью, имеющих большой криминальный опыт и посвящённых в это звание «сходкой» за приверженность нормам и традициям, утвердившимся в воровском сообществе».

Воры в законе не признают правовое государство и его порядки, а только сложившиеся воровские обычаи. Они могут возглавлять преступные формирования как бандитской, так и экономической направленности, ведут активную работу по организации преступной деятельности, консолидации криминальных структур, налаживанию связей между ними и др.

После коронации вор наделяется кругом специальных функций, в их числе разбор конфликтов, создание и укрепление воровских семей, проведение воровских «сходок», контроль за сбором «общака» и его распределение и т. п. [2, с. 154].

Об авторитете... нет, вы не поняли о чем

А.А. Мухин к лицам, занимающим высшее положение, наряду с ворами в законе относит бандитских авторитетов, то есть тех, кто является приближенными к лицам из числа воров в законе. Бандитский авторитет стоит ниже по статусу относительно вора в законе, он выполняет две функции: организационную и координирующую, которая направлена на дачу указаний членам преступного сообщества. Таким образом, бандитский авторитет способствует преступной деятельности вора в законе, непосредственно выполняя указания последнего [4, с. 27].

В свою очередь, А.Н. Волобуев вообще относит воров в законе к «группе обеспечения безопасности». К задачам этих лиц относится реализация решений преступного сообщества; контроль за деятельностью; выполнение функций разрешения конфликтов между группировками или отдельными их членами; охрана лиц, которые занимают высшее положение в преступной иерархии; пропаганда преступной идеологии; легализация преступно нажитых ценностей и др. [1, с. 16–17]. А.Н. Волобуев не указывает, кто относится к элитарной группе в преступной иерархии.

В науке также существуют понятия «смотрящий», «положенец», «авторитет», их различия слабо отражены в науке. В.В. Тюлегинов считает: «положенец», «авторитет» – специфические криминальные звания, «смотрящий» – это в первую очередь «криминальная должность». Эти должности могут быть различными: «смотрящий» за городом, «смотрящий» за «общаком» и т. д.» [9, с. 18].

Если вор в законе является ответственным за участок, то его звание звучит так: вор в законе, смотрящий за колонией.

Таким образом, в науке уголовного права и криминалистике нет единого подхода к пониманию такого субъекта, как лицо, занимающее высшее положение в преступной иерархии. Нельзя сказать однозначно, можно ли вора в законе считать лицом, занимающим высшее положение в преступной иерархии, и могут ли данные понятия быть идентичными.

Что говорит закон

В Грузии существуют положения о лицах, занимающих высшее положение в преступном сообществе, законодатель приравнивает их к ворам в законе. Согласно закону Грузии «Об организованной преступности и рэкете», под «вором в законе» понимается лицо, которое в любой форме осуществляет управление или (и) организацию воровским сообществом или с использованием методов деятельности «воровского сообщества» осуществляет управление или (и) организацию определенной группы лиц [6].

Данное определение характеризует личность преступника через конкретные признаки объективной стороны данного состава.

Возникает вторая проблема: в диспозиции ст. 210.1 УК РФ законодатель понимает «занятие», как состояние личности или конкретное действие.

Исходя из положений уголовного закона, лицо, занимающее высшее положение в преступной иерархии, подлежит уголовной ответственности за активные действия, связанные с реализацией деятельности преступного сообщества. В.И. Гладких считает, что ст. 210.1 УК РФ противоречит статье 8 УК РФ, так как отсутствует общественная опасность, и вследствие этого ответственность за преступление не может наступать только за то, что в преступном мире тот или иной человек признан как преступный авторитет, вдобавок законодательного определения данной дефиниции не существует [3].

Появляются две проблемные ситуации в пониманию «занял»: лицо в данный момент времени заняло высшее положение в преступной иерархии, или оно уже занимает такое положение. В таком случае в силу ч. 1 ст. 10 УК РФ уголовное преследование в рамках новой статьи невозможно в отношении как воров в законе, эмигрировавших из Грузии, так и в отношении всех прочих лидеров преступного мира, добившихся признания своего статуса до начала действия новой статьи.

Но в этом случае возникает проблема другого характера. Ведь лицо, имеющее авторитет в преступной среде, не утрачивает его ни в моменты предъявления обвинения, ни после отбывания наказания. Государство не имеет механизма, способного лишить подозреваемого, обвиняемого или подсудимого его положения в преступной иерархии.

Если мы признаем преступление, наказуемое по ст. 210.1 УК РФ, продолжаемым, то непременно должны прийти к выводу, что обвиняемый продолжит его совершение в период следствия, суда, отбывания наказания и даже после освобождения.

В случае если лидер преступного мира сам не примет меры для утраты своего статуса, он будет являться злостным рецидивистом. Возникает проблема повторного привлечения лица к уголовной ответственности за одно и то же деяние. Полагаем, что лицо, сохранившее после осуждения высшее положение в преступной иерархии, не должно повторно нести ответственность по ст. 210.1 УК РФ в отсутствие достоверных данных о дальнейшем использовании своего статуса в преступных целях.

Если ответственность наступает за конкретные действия, то возникает проблема разграничения ст. 210.1 УК РФ и ч. 4 ст. 210 УК РФ, так как они содержат одинаковые дефиниции. Из судебной практики следует, что суды одинаково трактуют понятие «лицо, занимающее высшее положение в преступной иерархии» с «ворами в законе». В апелляционном определении ВС РФ по делу Чкадау суд исследовал вопрос о значении дефиниции «вор в законе», которое имело значение для установления фактических данных дела. Судом исследовались также показания подозреваемого Чкадау о криминальной иерархии преступного сообщества, вследствие чего суд пришёл к выводу, что под дефиницией «вор в законе» следует понимать лицо, занимающее высшее положение в преступной иерархии, на основании чего обладающее авторитетом в криминальном мире со всеми его представителями, находящимися ниже его самого [8].

Так как ст. 210.1 УК РФ и ч. 4 ст. 210 УК РФ имеют схожее понятие лица, то стоит обратиться к ПП ВС РФ от 12.07.2012 года № 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)»: в п. 24 даётся разъяснение субъекта: «данное лицо надлежит понимать через его конкретные действия по созданию или по руководству преступным сообществом, либо по координации преступных действий, созданию устойчивых связей между различными самостоятельно действующими организованными группами либо по разделу сфер преступного влияния и преступных доходов, а также другие преступные действия, свидетельствующие о его авторитете и лидерстве в преступном сообществе» [5]. Так законодатель предусмотрел, что на основании ч. 4 ст. 210 УК РФ уголовная ответственность лица наступает за конкретные действия, а на основании ст. 210.1 УК РФ за само состояние лица, то есть обладание высшим статусом в преступной иерархии.

Резюмируя сказанное, положения ст. 210.1 УК РФ до конца не регламентированы в УК РФ. На наш взгляд, законодателю целесообразно бы было в качестве примечания или в диспозиции самой статьи определить, кто непосредственно является лицом, занимающим высшее положение в преступной иерархии. Так мы предлагаем ввести в Уголовный кодекс Российской Федерации следующее определение лица, занимающего высшее положение в преступной иерархии: «лицо, обладающее статусом руководителя в преступном сообществе или группе, занимающееся руководством преступным сообществом или преступными группами, осуществляющее в любой форме управление организованной группой или группами». Под «занятием» предлагаем понимать «обладание статусом или приобретение статуса в настоящий момент времени».

Список литературы

1. Волобуев А.Н. Организованная преступность в СССР: Проблемы борьбы с организованной преступностью/ А.Н. Волобуев. – Москва: сб. науч. Тр, 1990. – С. 16–17.

2. Гриб В.Г. Характеристика и особенности личности лидеров участников преступных сообществ, действующих в экономике и других сферах: правотворчество и правоприменительный процесс в современной России / В.Г. Гриб // Москва: МФПА. – 2007. – 154 с.

3. Гладких И.В. Одолеет ли новый закон воров в законе? / Гладких И.В. // Российский следователь. – 2019. №5. – С. 52–56.

4. Мухин А.А. Российская организованная преступность и власть. История взаимоотношений / А.А. Мухина // Москва: ЦПИ, 2003. – № 8. – 27 с.

5. О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) и участие в нём (ней) [Электронный ресурс]: пост. ВС РФ от 10 июня 2010. № 12. // Справочная правовая система «Консультант Плюс». Режим доступа: http://www.consultant.ru.

6. Об организованной преступности и рэкете [Электронный ресурс]: закон Грузии от 20 дек. 2005. № 2150. – Режим доступа: https://matsne.gov.ge.

7. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (в части противодействия организованной преступности) [Электронный ресурс]: пояснительная записка к законопроекту от 14 фев. 2019. № Пр-206 // Справочная правовая система «КонсультантПлюс». – Режим доступа: http://www.consultant.ru.

8. Определение апелляционной судебной коллегии по уголовным делам: опр. ВС РФ от 29 мая 2018. № 51-АПУ 18-4 / Справочная правовая система «Консультант Плюс». – Режим доступа: http://www.consultant.ru.

9. Тулегенов В.В. Криминологическая сущность понятия «смотрящий» / В.В. Тулегенов // Вестник Пермского института ФСИН России. – 2013. № 1. – С. 18.

Ваш рейтинг должен быть не менее 500 для оценки публикации
33 / -2
нет
Показать комментарии (9)
Заработали сегодня
Посмотреть
Ежедневный конкурс лучших постов Подробнее

Читайте также

15.05.2021, 00:48 - 271 просмотр
1 комментарий
Подробнее
15.11.2021, 13:02 - 620 просмотров
139 комментариев
Подробнее
02.11.2019, 09:02 - 969 просмотров
7 комментариев
Подробнее