ВС РФ разобрался в вопросах оплаты работ по Законам NN 44-ФЗ и 223-ФЗ и в других проблемных моментах

147 просмотров
44 дочитываний
5 комментариев

Верховный суд выпустил обзор практики, в котором разъяснил: в каких случаях подрядчику оплатят работы, выполненные без соглашения, когда контрольный орган вправе применить меры госпринуждения, что делать победителю с контрактом, заключение которого приостановлено.

Подрядчику оплатят выполненные работы несмотря на отсутствие договора по Закону N 223-ФЗ


Организация отремонтировала кровлю здания и обратилась к заказчику за оплатой. Тот отказал: работы были выполнены в качестве гарантийных к договору с третьим лицом, по которому организация выступала субподрядчиком. Отдельного письменного соглашения на ремонт кровли стороны не заключали, поэтому оснований для оплаты нет. Общество обратилось в суд.

Суды первых двух инстанций посчитали, что работы нужно оплатить. Кассационная инстанция отменила их решение: договор на спорные работы по Закону N 223-ФЗ заключен не был.

Верховный суд не согласился с кассацией. В своем решении суд кассационной инстанции опирался на правовую позицию из актов, принятых в рамках законодательства о госзакупках. В рассматриваемом случае правоотношения должны были регулироваться Законом N 223-ФЗ.

У этих законов разные цели, принципы и сферы регулирования, а значит, и правовые последствия выполнения работ без договора тоже различны.

По Закону N 223-ФЗ за соблюдение правил закупочной деятельности отвечает заказчик. Следовательно, неправомерно возлагать последствия нарушения процедуры заключения договора на ответчика и лишать его права на оплату выполненных работ.

Нельзя взыскать стоимость дополнительных затрат без согласия с госзаказчиком


Стороны заключили контракт на выполнение работ по реконструкции объекта капстроительства. В ходе его исполнения выяснилось: транспортных затрат получается больше, чем включено в смету. Подрядчик дважды уведомлял об этом заказчика. Однако тот отказался заключить допсоглашение и возместить затраты: менять существенные условия госконтракта нельзя. Подрядчик обратился в суд.

Суды трех инстанций удовлетворили требования частично. Однако Верховный суд с ними не согласился и отправил дело на новое рассмотрение. Он привел, в частности, следующие доводы:

-подрядчик просил взыскать стоимость работ, которые изначально были предусмотрены в контракте. Однако представил сметные расценки, которые отличались от тех, что были в документации;

-условия контракта были известны подрядчику до его заключения: смета и закупочные документы размещались в ЕИС;

-в Законе N 44-ФЗ есть ограничения для изменения цены контракта. Стоимость допзатрат превысила установленный предел;

-по условиям контракта все его изменения возможны только по договоренности сторон, которые оформляются путем составления допсоглашения. Заказчик же не давал согласия на увеличение стоимости работ.

Отметим, что в некоторых случаях суды могут заставить заказчика заплатить и без контракта. Например, это возможно в следующих ситуациях:

-срок действия соглашения на оказание услуг истек, но исполнитель продолжал их оказывать в силу закона. Речь идет об услугах связи;

-допработы потребовались из-за сложившейся чрезвычайной ситуации в условиях ограниченного времени;

-поставка доптовара имеет социальную значимость и потребительскую ценность.

Антимонопольный орган не вправе применять меры ответственности при вынесении предупреждения


Участник закупки услуг ОСАГО пожаловался на недобросовестное поведение победителя: в расчете цены контракта тот не учел необходимые показатели, влияющие на нее, а также положения документации. Контрольный орган признал жалобу обоснованной и выдал предупреждение об устранении нарушений. Для этого победителю нужно было в числе прочего перечислить в федеральный бюджет сумму страховой премии, которая причиталась победителю по контракту.

Победитель закупки обратился в суд. Суд первой инстанции поддержал антимонопольный орган, однако апелляция и кассация не согласились с ними в части перечисления страховой премии в бюджет.

Верховный суд поддержал апелляцию и кассацию: вопрос о виновности в правонарушении при выдаче предупреждения не исследуется, устанавливаются лишь признаки нарушения антимонопольного законодательства. Вина оценивается после возбуждения дела о нарушении.

Победитель госзакупки не обязан направлять госконтракт для подписания, если его заключение приостановлено

Победитель закупки не согласился с условиями проекта контракта и пожаловался в УФАС. Ведомство приостановило закупку.

Победитель подписал контракт после рассмотрения жалобы, однако заказчик признал его уклонившимся: срок для подписания контракта истек.

Победитель обратился в контрольный орган, а потом в суд. Однако суды его не поддержали: срок для заключения контракта приостанавливается для заказчика, а не для победителя. Контракт не подписан вовремя, его обеспечение не представлено, значит, признать победителя уклонившимся было законно.

Верховный суд с ними не согласился: из-за приостановки заключения контракта продлевается и срок его подписания победителем. Поскольку срок не нарушен, победителя нельзя признать уклонившимся от заключения контракта.

Позднее антимонопольный орган пытался обжаловать это решение, однако ему отказали.

Документ:

Обзор судебной практики ВС РФ N 2 (2020)


ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

1. Изменения уголовного закона в части определения размера наркотического средства, улучшающие положение лица, осужденного по ст. 229.1 УК РФ, имеют обратную силу и подлежат применению в отношении него в соответствии с положениями ст. 10 УК РФ.

По приговору суда от 26 декабря 2012 г. М. осужден по п. "б" ч. 4 ст. 229.1 УК РФ к 15 годам лишения свободы, по ч. 1 ст. 30, п. "г" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 62 и ч. 2 ст. 66 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений М. назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 16 лет.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 3 апреля 2013 г. приговор оставлен без изменения.

В надзорной жалобе осужденный просил о пересмотре судебных решений. Автор жалобы указывал, что его действия должны быть переквалифицированы на ч. 3 ст. 229.1 УК РФ, поскольку количество героина массой 201,43 г, за действия с которым он осужден, стало относиться не к особо крупному, а к крупному размеру.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации изменил судебные решения по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость.

Как усматривается из приговора, М. осужден в том числе за контрабанду 15 апреля 2012 г. на территорию Российской Федерации наркотического средства героина общей массой 201,43 г.

Действия осужденного в этой части квалифицированы судом по п. "б" ч. 4 ст. 229.1 УК РФ, предусматривающему ответственность за контрабанду наркотических средств в особо крупном размере.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что в соответствии с действовавшим постановлением Правительства Российской Федерации от 7 февраля 2006 г. N 76 "Об утверждении крупного и особо крупного размеров наркотических средств для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ" героин массой 201,43 г относился к особо крупному размеру, каковым признавалось количество героина свыше 2,5 г.

Между тем с 1 января 2013 г. вступило в силу постановление Правительства Российской Федерации от 1 октября 2012 г. N 1002. Согласно списку наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации (список 1), утвержденному указанным выше постановлением Правительства Российской Федерации, особо крупный размер героина образует его количество свыше 1000 г, а масса героина, составляющая, в частности, 201,43 г, соответствует крупному размеру.

Кассационное рассмотрение данного уголовного дела состоялось 3 апреля 2013 г., при этом Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации указанные изменения во внимание не приняла, ошибочно констатировав, что введение новых размеров наркотических средств не улучшает положение осужденного.

Вместе с тем изменения, внесенные Федеральным законом от 1 марта 2012 г. N 18-ФЗ в ст. 229.1 УК РФ в части, касающейся контрабанды наркотических средств, вступили в силу 2 марта 2012 г. и действовали на момент совершения осужденным преступления.

Уголовная ответственность за контрабанду наркотических средств в крупном размере установлена ч. 3 ст. 229.1 УК РФ, санкция которой является более мягкой по сравнению с санкцией ч. 4 ст. 229.1 УК РФ (предусматривает основное наказание в виде лишения свободы на срок от 10 до 20 лет, тогда как санкцией ч. 4 ст. 229.1 УК РФ предусмотрено такое наказание на срок от 15 до 20 лет или пожизненное лишение свободы).

В силу изложенного Президиум Верховного Суда Российской Федерации переквалифицировал действия осужденного с п. "б" ч. 4 ст. 229.1 УК РФ на ч. 3 ст. 229.1 УК РФ, по которой назначил наказание в виде 13 лет лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 229.1 УК РФ и ч. 1 ст. 30, п. "г" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, путем частичного сложения наказаний М. назначено 14 лет лишения свободы.

Постановление Президиума Верховного Суда

Российской Федерации N 5-П 20

2. В силу положений ч. 3 ст. 66 и ч. 1 ст. 62 УК РФ (в редакции Федерального закона от 29 июня 2009 г. N 141-ФЗ) срок или размер наказания за покушение на убийство не может превышать 10 лет лишения свободы.

По приговору суда А., ранее судимый, осужден по пп. "а", "д", "е", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 17 годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30, пп. "а", "д", "е", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 13 годам лишения свободы, по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к 22 годам лишения свободы. На основании ч. 1 ст. 70, ст. 71 УК РФ к вновь назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по первому приговору в виде обязательных работ из расчета 8 часов обязательных работ за 1 день лишения свободы и по совокупности приговоров назначено 22 года 15 дней лишения свободы.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации приговор в отношении А. оставлен без изменения.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев уголовное дело по надзорной жалобе осужденного А., изменил судебные решения в части назначенного ему наказания, указав следующее.

Как усматривается из приговора, решая вопрос о назначении осужденному наказания, суд в соответствии с п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ признал смягчающим обстоятельством активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других участников преступления. Отягчающие наказание обстоятельства судом не установлены.

При этом в приговоре указано, что осужденному за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 105 УК РФ, назначается наказание с учетом положений ст. 66 УК РФ, согласно которым срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации за оконченное преступление.

В силу ч. 4 ст. 66 УК РФ смертная казнь и пожизненное лишение свободы за покушение на преступление не назначаются.

В соответствии с ч. 1 ст. 62 УК РФ (в редакции Федерального закона от 29 июня 2009 г. N 141-ФЗ) при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами "и" и (или) "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части названного кодекса.

Следовательно, с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ (в редакции Федерального закона от 29 июня 2009 г. N 141-ФЗ, действовавшей на момент совершения преступления и постановления приговора) назначаемое осужденному наказание по ч. 3 ст. 30, пп. "а", "д", "е", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ не могло превышать 10 лет лишения свободы.

Однако осужденному за покушение на убийство назначено 13 лет лишения свободы.

Таким образом, судом при назначении осужденному наказания допущено нарушение (неправильное применение) уголовного закона, что повлияло на назначение ему справедливого наказания, в том числе по правилам ч. 3 ст. 69 и ст. 70 УК РФ.

На основании изложенного Президиум Верховного Суда Российской Федерации изменил приговор, кассационное определение и смягчил назначенное осужденному по ч. 3 ст. 30, пп. "а", "д", "е", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ наказание до 9 лет 6 месяцев лишения свободы. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных пп. "а", "д", "е", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 3 ст. 30, пп. "а", "д", "е", "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 2 ст. 167 УК РФ, назначил осужденному 21 год 6 месяцев лишения свободы. На основании ст. 70 и 71 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по первому приговору назначил А. наказание в виде лишения свободы сроком на 21 год 6 месяцев 15 дней.

Постановление Президиума Верховного Суда

Российской Федерации N 202-П 19

3. При особо опасном рецидиве преступлений время содержания под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один за один день (ч. 3.2 ст. 72 УК РФ).

По приговору суда от 24 июня 2019 г. Б., ранее судимая, осуждена по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ к 9 годам лишения свободы, по пп. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ к 14 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений к 15 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания зачтено время содержания осужденной под стражей в период с 3 апреля 2018 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 12 сентября 2019 г. приговор в отношении Б. изменен, в срок отбывания ею наказания зачтено время содержания под стражей в период с 3 апреля 2018 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации в надзорном представлении поставил вопрос об отмене апелляционного определения и о передаче уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение. Автор представления указывал, что суд апелляционной инстанции, разрешая вопрос об исчислении назначенного осужденной наказания, не учел, что ее действия образуют особо опасный рецидив преступлений и на нее не распространяются положения о льготных условиях зачета времени содержания под стражей.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации 25 марта 2020 г. отменил апелляционное определение и передал уголовное дело на новое апелляционное рассмотрение по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов уголовного дела, по приговору суда от 24 июня 2019 г. Б. осуждена за совершение особо тяжких преступлений, предусмотренных п. "в" ч. 4 ст. 162, пп. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, к 15 годам лишения свободы.

Срок отбывания Б. наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, при этом на основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания время содержания ее под стражей в период с 3 апреля 2018 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

По приговору суда от 14 сентября 2005 г. Б. была осуждена за особо тяжкое преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ, и эта судимость на момент совершения ею указанных выше особо тяжких преступлений не была погашена или снята.

Следовательно, действия осужденной Б. согласно п. "б" ч. 3 ст. 18 УК РФ образуют особо опасный рецидив преступлений, что нашло отражение в приговоре.

В силу ч. 3.2 ст. 72 УК РФ в отношении осужденных при особо опасном рецидиве преступлений, а также в других случаях, указанных в этой норме закона, время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один за один день.

Однако суд апелляционной инстанции, изменив приговор, зачел осужденной в срок лишения свободы время содержания ее под стражей в период с 3 апреля 2018 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, что противоречит ч. 3.2 ст. 72 УК РФ, устанавливающей запрет на применение льготных условий зачета времени содержания под стражей в отношении перечисленных в законе лиц, в том числе осужденных при особо опасном рецидиве преступлений.

Таким образом, допущенное судом апелляционной инстанции нарушение (неправильное применение) уголовного закона является существенным, повлиявшим на исход дела, искажающим саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

Постановление Президиума Верховного Суда

Российской Федерации N 209-П 19 ПР

4. Время нахождения под домашним арестом лицу, совершившему преступление до 14 июля 2018 г., засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

По приговору суда от 11 октября 2018 г. (с учетом изменений, внесенных судом апелляционной инстанции) И. осужден по п. "а" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (по двум эпизодам оборудования тайника), по ч. 3 ст. 30, пп. "а", "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

На основании п. "б" ч. 3.1, ч. 3.4 ст. 72 УК РФ (в ред. от 3 июля 2018 г. N 186-ФЗ) время нахождения под домашним арестом с 13 июля 2017 г. по 14 июля 2018 г. (включительно) зачтено И. в срок отбывания наказания из расчета один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, с 15 июля по 11 октября 2018 г. из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

По этому же приговору осуждены С., Н. и Г., дело в отношении которых рассмотрено в порядке ч. 1 ст. 412.12 УК РФ.

Постановление Президиума Верховного Суда

Российской Федерации N 2-П 20

(полный текст документа можно скачать по ссылке Подробнее >>>)

Ваши проблемы наша работа! Правовой анализ ваших проблем - бесплатно! Скорый правовой совет пиши zacuju@mail.ru

Полезная статья?

Проголосовали:11

Проголосуйте, чтобы увидеть результаты

да
15 / 0
нет
Ваш рейтинг должен быть не менее 500 для оценки публикации
да
15 / 0
нет

Обсуждают (4): Обсуждение

Автор: (2), Юристы: Чурсина Ю. Г. (1) Пользователи: Zinona (1), Горенская Наталия Васильевна (1)

Комментарии (5)

Отписаться от обсужденияПодписаться на обсуждения
ПопулярныеНовыеСтарые
Показать ещё комментарии (5)

Читайте также

Помощь юристов и адвокатов
Спроси юриста! Ответ за5минут
спросить
Администратор печатает сообщение