Международные конфликты с участием роботов

Когда человечество окончательно вступит в эру роботизированной войны, дроны и роботы станут комбатантами в войнах. Такая переоценка приводит к новому этапу в МГП и, следовательно, к новому международно-правовому регулированию. Можно спрогнозировать, что технологии производства САС, их компоненты и программное обеспечение получат значительное распространение в мире, что станет толчком для гонки вооружений, приводящей к усилению нестабильности и эскалации разнообразных рисков.

В последние годы американские политологи интенсивно разрабатывают теорию моделирования военно-политических конфликтов. Проблеме международных конфликтов и кризисов посвящены десятки книг и статей на военно-политические темы. Но возникновение международных конфликтов обусловлено не только военными и политическими, но и экономическими, культурными, идеологическими и другими факторами. Многие ученые подходят к изучению причин и условий возникновения напряженности и конфликтов между государствами с точки зрения признания неравномерности экономического и политического развития различных стран.

Разработчики логико-математических моделей и экспертов в теории игр попытались рассмотреть эти факторы, используя количественные показатели. Предотвращение международных конфликтов имеет ряд специфических особенностей. Они заключаются в следующем:

-поскольку непротиворечивого общества не бывает, трудно искусственно создать условия для бесконфликтного общественного развития;

-основные усилия по предотвращению конфликтов должны быть направлены на бесконфликтное решение проблем, возникающих в результате объективных противоречий.

Таким образом, никогда не может быть полной уверенности в том, что стратегическое моделирование международных конфликтов является истинным, но нельзя отрицать, что оно способно улучшить разрешение конфликта и его последствия.

С появлением международного конфликта остается важным преодоление разногласий при сохранении уважения к конфликтующим сторонам и третьим лицам. Необходимо прозрачное понимание позиций каждой из сторон и выстраивание взаимодействия, чтобы остановить нарастание напряженности и переломить негативные тенденции растущего конфликта. Долгосрочная и структурная природа конфликта и его трансформация в мирное русло становится ясной, когда после насильственного конфликта рассматриваются проблемы и различные аспекты примирения и восстановления. Эти два процесса взаимосвязаны и оказывают друг другу взаимную поддержку.

Поддержание стратегической стабильности в ближайшие десятилетия потребует пересмотра основ теории сдерживания в многополярном мире.

Неизбежно придется двигаться в сторону достижения международных договоренностей, регулирующих разработку и применение САС, чтобы иметь возможность контролировать сферы их применения и придерживаться гуманитарных принципов.

Международное сообщество может пойти двумя разными правотворческими и путями. Первый путь - это так называемое публичное законотворчество. В рамах этого подхода одно или несколько государств выдвигают законодательную инициативу, разрабатывают проект законодательного акта, а затем призывают другие страны присоединиться к предложенному договору. Примерами публичного законотворчества являются Конвенция о запрещении применения, накопления запасов, производства и передачи противопехотных наземных мин и их уничтожении (Оттавская конвенция) (Заключена в г. Осло 18 сентября 1997 г.) и подписанная в 2008 г. Конвенция по кассетным боеприпасам. Второй путь - это официальное законотворчество, т.е. подход, в котором ведущую роль играет ООН. Его примером является Конвенция о запрещении и ограничении применения конкретных видов обычного оружия от 10 октября 1980 г. По сравнению с публичным законотворчеством официальное обычно завершается подписанием более эффективных договоров, хотя для заключения таких договоров бывает сложнее заручиться всеобщей поддержкой и сделать их юридически обязывающими. Официальный путь занимает больше времени, но, с другой стороны, он имеет преимущества высокого статуса и влияния ООН. Его также может быть удобнее исполнять, поскольку его участниками являются суверенные государства. Официальное законотворчество является оптимальным выбором, поскольку контролировать выполнение обязательств в рамках таких договоров можно под эгидой ООН.

В любом случае необходимо попытаться сохранить значимый контроль человека над применением смертоносной силы в каждой конкретной атаке, что является важным фактором обеспечения прав человека. Боевым роботам ставится в вину неспособность испытывать сочувствие, то есть то человеческое чувство, которое нередко выступает сдерживающим фактором в отношении применения оружия.

Как отмечали два специальных докладчика ООН в феврале 2016 г.: "Там, где используется передовая технология, сотрудники силовых ведомств должны лично контролировать фактическое применение силы". Сохранение значимого человеческого контроля позволит избежать вакуума ответственности, который возникнет при использовании полностью автономного оружия. Это позволит гарантировать, что виновный за преступное деяние, вызванное использованием оружия, будет наказан. Юридическое требование соблюдения человеческого контроля обеспечит привлечение к уголовной ответственности командира за использование любого оружия без такого контроля [Боевые роботы: угрозы учтенные или непредвиденные // Индекс безопасности. 2016. № 3-4 (118-119). С. 79-96.].

Роботизированные технологии развиваются с огромной скоростью. Необходимы международные договоры, законы, правила и связанная с ними этика как гражданского, так и военного использования робототехники. Беспилотные летательные аппараты (БПЛА) занимают наше небо. Национальные, федеральные и международные авиационные администрации пытаются разработать адекватные правила управления беспилотниками в небе. Автономные автомобили тестируются на автомагистралях и дорогах. Мы еще не видели правил для автономных автомобилей. Социальные роботы входят в нашу жизнь. В данном исследовании мы определили комплекс руководящих принципов развития права роботизированного вооруженного конфликта.

В заключение предложим следующие прогнозные тезисы:

1. Международно-правовое регулирование в области военных действий с участием роботов должно основываться на международном консенсусе. Сложность его достижения заключается в том, что в настоящее время государства делятся на "отсталые" и государства с преимуществом в области роботизированных технологий. Последние, безусловно, будут использовать свое преимущество. Поэтому достижение взаимопонимания будет нелегким делом.

2. Международно-правовое регулирование в области военных действий с участием роботов не должно игнорировать этические нормы поведения военных роботов. Кроме того, они могут даже выступать в качестве морального агента. Профессор Аркин предполагает, что роботы могут быть не только лучшими солдатами в определенных обстоятельствах, но и более гуманными бойцами, чем люди на поле боя. Уже существуют исследования по управлению поведением роботов и внедрению им норм этики и морали [Arkin R.C. Ethical robots in warfare // IEEE Technology and Society Magazine. 2009. № 28 (1). Pр. 30-33.].

3. Хотя эра роботизированной войны представляет много опасностей для человечества, она также может представлять возможности. Может быть, не в ближайшем будущем, но позже появится возможность полностью вывести людей из категории комбатантов. Убийство людей на войне может быть запрещено навсегда.

4. Необходимо, чтобы роботы во время военных действий не наносили существенный ущерб окружающей среде.

Регулирование использования роботов-убийц будет сложной задачей и может занять много времени, прежде чем будет достигнут международный консенсус в отношении того, какими должны быть правила. До этого нам нужно больше исследований по использованию роботов в войне. Мы должны изучить, как правила "jus ad bellum" и "jus in bello" ["нормы права, регулирующие вступление в войну" (дословно с лат. "закон до войны") и "правила ведения войны" (дословно "закон ведения войны")] применяются к роботизированной войне. В эту новую эпоху нам необходимо разработать новое право вооруженных роботизированных конфликтов.

Источник информации: Юридическая концепция роботизации: Монография / Н.В. Антонова, С.Б. Бальхаева, Ж.А. Гаунова и др.; отв. ред. Ю.А. Тихомиров, С.Б. Нанба. М.: Проспект, 2019. 240 с.