Просто не могу отказать себе в удовольствии: как решали проблему вакцинации при эпидемиях в СССР.

В 18-м веке, от оспы в России умирал каждый седьмой ребенок. Оспины на лицах были и у дворян, и у крестьян, и у царей-государей. Умереть от оспы было самым обычным делом, она выкашивала целые деревни. Екатерина II издала указ об обязательном оспопрививании, однако о массовом распространении вакцинации можно говорить только начиная с октября 1801 года, когда в России стали применять метод Дженнера.

Однако, до Великой Октябрьской социалистической революции в России обязательной вакцинации не было. А вот в "демократической" Великобритании-была. В результате, в конце XIX века врач В. В. Святловский писал: «В Англии, где введены обязательные вакцинации и ревакцинация, умирает в среднем за год от этой болезни 1, и самое большее — 12 человек. Заметим — это во всей Англии; в Австрии же, не имеющей обязательного закона, в самые лучшие годы умирает от оспы не менее 5 тысяч человек за год. В одной Вене, или у нас в Варшаве, умирает от оспы ежегодно более, чем в целой Англии или даже в целой Германии».

Большевики "разобрались" с оспой быстро и решительно. 10 апреля 1919 года вышел декрет СНК РСФСР «Об обязательном оспопрививании», имевший всеобщий характер. В 1924 году был издан новый закон об обязательной вакцинации и ревакцинации. Для вакцинации привлекались чекисты и даже регулярные войска, если те, кого надо было вакцинировать, начинали пытаться бузить. И результаты были просто невероятные: в 1919 году в стране было зарегистрировано 186 000 больных натуральной оспой, в 1925 году — 25 000, в 1929 году — 6094, в 1935 году — 3177; к 1936 году натуральная оспа в СССР была ликвидирована. Прикончить такую страшную штуку, как оспа, за 17 лет-это потрясающий успех.

И ее не было в СССР аж до декабря 1959 года, когда какой-то художник, Алексей Кокорекин, привез ее из Индии, где был в "творческой командировке". Сам он быстро умер, потому что почти за 30 лет врачи уже и забыли, что такое оспа. Но перезаразить он успел кучу народу, и они начали тоже быстро умирать. Никто ничего не мог понять до 15 января 1960, когда академик М. А. Морозов под микроскопом обнаружил в препарате пациента Т. тельца Пашена — частицы вируса натуральной оспы.

Но ПОСЛЕ того, как стало ясно, что это такое и откуда оно пришло, советская система контроля показала себя в полном блеске. На борьбу с оспой были брошены силы КГБ, МВД, Советской армии, Минздрава и других ведомств.

Контакты больного были отслежены с момента его попадания на рейс «Аэрофлота» из Дели до последних дней. Были поимённо установлены не только друзья и знакомые, с которыми он был в контакте, но и таможенники встречавшей его смены, таксист, который вёз его домой, участковый врач и работники поликлиники. Одного из знакомых Кокорекина, отправившегося в Париж, решили снять с рейса «Аэрофлота», когда самолёт был в воздухе. Самолёт развернули, а опасного пассажира и всех, кто был на борту, отправили в карантин.

Одна из знакомых Кокорекина преподавала в институте и принимала экзамены у студентов, из этого вуза в карантин сразу отправили сотни человек. Подарки, привезённые из Индии для жены и любовницы, были реализованы через комиссионные магазины на Шаболовке и Ленинском проспекте. Уже через сутки все посетители магазинов и покупатели экзотики были установлены, помещены в карантин, а проданные индийские сувениры были сожжены.

Боткинская больница была закрыта на карантин вместе со всеми больными и медработниками. Для её снабжения из мобилизационных хранилищ Госрезерва были направлены грузовики с необходимыми продуктами и материалами.

Москву тоже закрыли на карантин, отменив железнодорожное и авиационное сообщение, перекрыв автодороги.

Круглосуточно медицинские бригады ездили по адресам выявленных контактов больного, забирая в инфекционные больницы вероятных носителей оспы.

К 15 января 1960 года оспа в стадии заболевания была выявлена у 19 человек. А в общей сложности неосмотрительность одного туриста затронула 9342 контактёра, из которых к первичным относилось около 1500. Эти люди с «первой линии» опасности были помещены на карантин в стационары Москвы и Московской области, остальных врачи наблюдали на дому, в течение 14 дней обследуя дважды в день.

Последний выявленный больной был зарегистрирован 3 февраля 1960 года

Массовая ОБЯЗАТЕЛЬНАЯ вакцинация

Правительство свой народ знало, и на его "сознательность" и разумность не очень рассчитывало. Поэтому было отдано распоряжение в экстренном порядке доставить оспенную вакцину для всеобщего прививания населения Москвы и Московской области. Какую вакцину? Какую вколют-та и будет. В течение трёх дней в распоряжение Московской городской санитарно-эпидемиологической станции было доставлено самолётами 10 млн доз противооспенной вакцины со всех концов страны.

Для вакцинации были мобилизованы 26 963 медработника, был открыт 3391 прививочный пункт и организованы 8522 прививочные бригады для работы в организациях и ЖЭКах.

Сеть была раскинута настолько густо, что даже самая маленькая и ушлая рыбешка не имела никаких шансов улизнуть.

К 25 января 1960 года были вакцинированы 5 559 670 москвичей и более 4 000 000 жителей Подмосковья. Это стало беспрецедентной в мире акцией по вакцинированию населения как по масштабам, так и по срокам. И оспу прикончили. Без всяких сюсюканий о "правах человеков", "свободе выбора" и прочего либерастного бреда.

С момента заноса инфекции в Москву до устранения вспышки прошло 44 дня, причём с начала организованной борьбы со вспышкой инфекции до её полной остановки — только 19 дней.

По итогам вспышки заболели оспой 45 человек, из которых скончались трое.

Противооспенные ОБЯЗАТЕЛЬНЫЕ прививки сохранялись в советском здравоохранении до начала 1980-х годов. И никому и в голову не приходило начинать рассказывать какой-то бред о "чипизации", "мировом заговоре", или обвинять Хрущева в том, что он вместе с Кеннеди вознамерился при помощи "какой-то жижи" извести "рассейский народ".

Много воли сразу нам дали при Путине. А часть населения оказалась к этому не готова ни психологически, ни интеллектуально.