Владислав Иноземцев: Послушаем Путина через шесть лет

Как изменится страна за последнюю шестилетку президента Путина, станет ли эта шестилетка действительно последней – объясняет экономист и социолог Владислав Иноземцев.
-Владислав Леонидович, народ высказался за стабильность. Что-то начнёт меняться в стране с новым президентом Путиным?
– Меняться, безусловно, начнёт, вопрос – в какую сторону. Я бы сказал, что для внутренней политики это очень серьёзный знак к тому, что преград нет никаких. Такой «референдум» означает: население признаёт Путина вечным правителем. Когда вы даёте человеку право руководить страной 25 лет, то дальше уже вопрос о его сменяемости на повестке дня не стоит. Поэтому основная перемена, мне кажется, будет связана с тем, что сейчас начнут изобретать какие-то варианты продления его полномочий и после 2024 года.
-Каким образом? В какой форме это можно сделать?
– Вариантов существует много. Жириновский говорит про создание Госсовета и фактическую передачу полномочий ему. По моему мнению, возможен вариант с усилением роли парламента и правительства и превращением России в республику только номинально президентскую. Это можно сделать даже без особых изменений в Конституции. Президент будет править, но не управлять, а основной центр принятия решений перейдёт в правительство. Мне кажется, они начнут думать о каком-то механизме буквально сразу. Путин говорит, что не будет баллотироваться в 2024 году, и я думаю, что действительно не будет. Если он не нарушал этот принцип один раз, то не будет нарушать и во второй. Но в любом случае перемена конфигурации в политике должна произойти, чтобы Путин оставался у власти пожизненно.
-Это будет вариант наподобие четырёх лет Медведева, только дольше – и с разными «медведевыми»?
– Нет, это будет, скорее всего, вариант нынешней Армении: когда президент отбыл два срока, после этого парламент принял законы об изменении системы в сторону парламентской республики, уже до истечения срока полномочий действующего президента парламентом выбран новый – и этот новый после вступления в должность назначит предыдущего премьер-министром. А премьер-министр может занимать должность бессчётное число раз, удерживая контроль над законодательными органами власти, вот и всё.
-Вариант Жириновского – чтобы страной управлял Госсовет: что это за форма правления? Она как называется?
– Понятия не имею. Вопрос в том, как он формируется. И кто в него входит. Но я и не распространяю эту точку зрения. Я считаю, что это достаточно сложно сделать. Даже в такой недемократичной стране как Китай система выстроена более-менее по западному образцу. Поэтому вариант с парламентской системой я рассматриваю как более вероятный.
-Когда эти перемены начнут воплощать в жизнь? Под конец срока или уже скоро? При Медведеве срок президентских полномочий продлили в первый же год, то есть уже в 2008-м можно было понять, кто начнёт править с 2012-го.
– Когда Медведев пришёл к власти, ситуация была проще. Потому что при действующем президенте надо было провести изменения, которые вступят в силу только со следующей каденции. Здесь же, если изменения коснутся полномочий Думы и кабинета министров, то их должна проводить в жизнь именно нынешняя Дума. Чтобы они вступили в силу в 2024 году. А эту Думу переизберут в 2021-м. То есть на всё про всё у них три года с небольшим. Поэтому я думаю, что начнут они тоже быстро.
-И вот они это сделают, предположим, через несколько месяцев, по их поправкам президент утратит часть полномочий, а это ведь всё ещё будет Путин. Они его, что ли, полномочий лишат?
– Нет-нет, не так. И как раз будет очень хорошо, что Путин всё ещё президент. Это ещё один очень важный аргумент в пользу варианта, о котором я говорю. Если такие изменения не утверждены, то получается, что Путин через шесть лет уходит – и здесь возникает тот самый эффект «хромой утки». Начинаются всевозможные ненужные кривотолки в обществе, в элитах: кто будет, как, что – и так далее. А если изменения уже есть, то все понимают: Путин уйдёт с поста президента, но всё подготовлено к тому, чтобы он реально остался во главе государства или правительства, так или иначе – in charge, в ответе за всё управление. И «хромая утка» сразу исчезает. В этом отношении всё нужно сделать оперативно, не затягивая.
-Мы получили, что весь мир уже действительно против нас.
– Да, но этот результат можно истолковать двояко. Если Путин действительно хотел его добиться, то, возможно, мобилизация уже и не нужна так, как она была нужна перед выборами. Поэтому идея о том, что теперь Путин сосредоточится на внутренней политике, может быть, имеет определённые основания. Проблема в том, что уже Запад не пойдёт теперь ни на какие мировые. Поэтому Путин действительно может сосредоточиться на внутренней политике.
-Вы сказали, что Путин «всегда считался сильным игроком во внешней политике». Какие его достижения во внешней политике вы можете вспомнить?
– Я сказал, что он был таковым до середины 2000-х годов, когда действительно шла большая политическая игра, в которую была включена Россия. И мы помним его заигрывание с Америкой и создание антитеррористической коалиции, мы помним союз с Францией и Германией против войны в Ираке. Но после этого я не вижу российской внешней политики как таковой. Есть ситуационные альянсы и взаимодействия с отдельными странами, но реального единого и понятного вектора и постоянной работы внутри этого вектора я не вижу.
-Россия встала с колен, заставила себя уважать…
– Никто не стал Россию уважать, разве что в представлении самого Владимира Владимировича. Россию боятся, не любят, думают о ней как о стране сумасшедшей. В чём здесь уважение?
-Всё, о чём вы говорите, не могут не осознавать на Западе. Они могут сделать первый шаг навстречу Путину? И как он на такой шаг ответит?
– Думаю, что шаг навстречу Путину на Западе невозможен. Я был бы очень рад, если бы были сделаны шаги навстречу стране. Условно говоря – были бы предложены инициативы, способные что-то поменять. Например, собирается сессия Совета НАТО – и приглашает Россию вступить. Или ещё немного фантастики: Европейский союз предлагает России подписать договор о вступлении.
Подробнее Подробнее ➤