Нет большего удовольствия для женщины, которая весит сто сорок фунтов, чем увидеть женщину весом сто пятьдесят фунтов.
Между цивилизованным мужчиной и дикарем существует огромная разница, но заметить ее можно не раньше, чем мужчина позавтракает.
Сначала мужчина расстается с иллюзиями, затем — с зубами, и напоследок — с безрассудством.
То, что для одного — безрассудная страсть, для другого — просто жена.
Флирт — это тонкое искусство заставить мужчину быть довольным самим собой.
Первый поцелуй мужчина срывает украдкой, о втором умоляет, третьего требует, четвертый берет без спросу, пятый снисходительно принимает, а все остальные терпит.
Только в браке женщина может наслаждаться обществом другого человека и одновременно — ощущением полного одиночества.
Оптимист — это бывший пессимист, у которого карманы полны денег, желудок работает превосходно, а жена уехала за город.
Одна и та же женщина может быть божеством для подростка, искушением для женатого и всего лишь «угрозой» для холостяка.
Настоящая любовь не та, что выдерживает долгие годы разлуки, а та, что выдерживает долгие годы близости.
Легче удержать полдюжины любовников, которые не уверены в твоих чувствах, чем одного, который уже в них уверен.
Женщине достаточно одного мужчины, чтобы понять всех мужчин; мужчина может знать всех женщин и не понимать ни одной.
Женщина — это гвоздь, на который остроумец вешает свои шутки, проповедник — свои поучения, циник — свое брюзжание, и грешник — свои оправдания.
Выходя замуж, девушка меняет внимание многих мужчин на невнимание одного.
В древности жертвы приносились у алтаря — и это продолжается поныне.
В двадцать мужчина кажется себе ужасно пресыщенным и постаревшим; в тридцать — почти маразматиком; в сорок — «не таким уж и старым», а в пятьдесят — «решительно молодцом».
Брак — это чудо превращения поцелуя из удовольствия в обязанность.
До женитьбы он может не спать всю ночь, думая над тем, что ты ему сказала; а после женитьбы засыпает, прежде чем ты кончишь говорить.
