Как больных заключенных в РФ оставляют умирать в колониях.

Вопреки постановлению правительства РФ, неизлечимо больных заключенных не выпускают на волю. По данным правозащитников, две трети запросов об освобождении уголовников, заболевших раком, СПИДом и туберкулезом, отклоняются.

Пять лет назад, в феврале 2004 года, в России было издано постановление правительства, в котором говорится, что тяжелобольных заключенных следует отпускать на свободу. В этом же постановлении приводится перечень заболеваний, являющихся веской причиной для освобождения из-под стражи. Однако до сих пор постановление это действует избирательно, и это стоит жизни тысячам людей.

Тюремная смертность в России растет с каждым годом

Правозащитники приводят такие цифры: в 2007 году в России в заключении умерли 4462 человека, а в 2008-м уже 4630 человек. Эти данные приводятся с оговоркой, что среди скончавшихся заключенных в тюрьме не все страдали опасными заболеваниями, но тенденция налицо. Тысячи людей погибают по вине судей и чиновников системы исполнения наказания, говорят российские правозащитники.

Есть и еще одна цифра. В среднем по России число отказов в освобождении из-под стражи по состоянию здоровья превышает 50 процентов. Как сказал председатель Комитета за гражданские права Андрей Бабушкин, сводных данных по России никто не имеет, но по той статистике, что ведут правозащитники, в некоторых тюрьмах и колониях каждое третье такое дело заканчивается решением не в пользу заключенного, а в некоторых - удовлетворяется лишь один из трех запросов.

ФСИН здоровье заключенных не интересует

В Волгоградской области, где правозащитники недавно были с инспекцией, за год прошение об освобождении из-под стражи по состоянию здоровья подали 95 человек. До суда дошли 63 дела. Остальные, по словам председателя Фонда \"Социальное партнерство" Валерия Борщева, возглавлявшего комиссию правозащитников, \"были срезаны" на этапе подачи заявления. Не исключено, что заключенные просто не смогли предоставить полный пакет документов, подтверждающих их болезнь, из-за того, что находились в тюрьме.

Показательной, по мнению правозащитников, является другая цифра. Из 63 рассмотренных дел удовлетворены были лишь 26. Гази-Магомет Мусаев - один из тех заключенных, что просили об освобождении по состоянию здоровья, но остались в тюрьме. Он был переведен в Волгоград из дагестанской тюрьмы, рассказывает Валерий Борщев. Одна из причин этого заключалась в том, что у заключенного Мусаева обнаружили рак, но республиканские тюремные власти отказались признать документы из больницы, подтверждающих страшный диагноз.

Буквоеды или преступники?

После дополнительного обследования, которое было проведено в центральной онкологической больнице Волгограда, диагноз был подтвержден. Однако следователи местной прокуратуры, так же, как и их дагестанские коллеги, высказали подозрения насчет адекватности диагноза. На допрос были вызваны врачи больницы, где проводилось обследование. Со слов правозащитников, медики жаловались на следователей, которые, по их утверждению, оказывали сильнейшее психологическое давление и требовали пересмотреть диагноз.

Несмотря на то, что врачи от своего заключения не отказались и продолжают настаивать на диагнозе \"рак легкого в четвертой степени\", Гази-Магомет Мусаев по-прежнему находится в тюрьме. Более того, он не получает вообще никакого лечения. Врачи, которые отвели Мусаеву не более пяти лет жизни, считают, что при таком подходе он умрет раньше, то есть в тюрьме.

Карьерный рост как мотив преступления

Почему чиновники службы исполнения наказаний и прокурорские следователи ведут себя по отношению к заключенным столь негуманно, к тому же нарушая закон, правозащитники понять не могут. Валерий Борщев высказал одно предположение, объясняющее подобное поведение. Виной всему, по мнению правозащитника, коррумпированность органов и службы исполнения наказания. Хотя, как действует эта схема в данном случае, остается непонятным.

Андрей Бабушкин заявил, что нередко мотивом может стать стремление служащих низшего звена к продвижению по карьерной лестнице. Правозащитник привел в пример случай, когда молодой следователь прокуратуры взял одно из дел, по которому было ранее принято положительное решение и провел собственное расследование. Заключенный, страдавший от рака, был возвращен в колонию, а вместе с ним на скамье подсудимых оказались врач, поставивший диагноз, и судья, удовлетворивший просьбу об освобождении. Через полгода дело закончилось оправданием всех трех участников этого процесса, но молодой следователь за это время ушел на повышение в Генеральную прокуратуру, где и служит до сих пор.

Приговор, равносильный смертной казни

В качестве одной из возможных причин антигуманного отношения к тяжело больным заключенным правозащитники называют \"защиту мундира\". По мнению Валерия Борщева, в случае с Мусаевым волгоградские следователи, возможно, просто решили поддержать коллег из Дагестана.

Во многих случаях на весах, с одной стороны, оказывается закон об освобождении тяжелобольных, а с другой приговор, вынесенный по серьезной статье, например, за убийство. В результате часто перевешивает желание оставить преступника в тюрьме. И мало кто думает о том, что такое решение равносильно вынесению смертного приговора, ведь неизлечимо больные умирают в заключении долгой и мучительной смертью.