Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации» установлено, что Российская Федерация, выступая за соблюдение договорных и обычных норм, подтверждает свою приверженность основополагающему принципу международного права — принципу добросовестного выполнения международных обязательств.
Согласно Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года «каждый действующий договор обязателен для его участников и должен ими добросовестно выполняться». В статьях 26 и 27 данной Конвенции закрепляется положение о том, что ее участник не может ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения договора (см. Апелляционное определение Московского городского суда от 08.11.2017 года по делу № 33 а-4953/2017).
В соответствии с ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.
Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.
Исходя из этого, а также из положений ч. 4 ст. 15, ч. 1 ст. 17, ст. 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и международным договорам Российской Федерации, являются непосредственно действующими в пределах юрисдикции Российской Федерации. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
Аналогичные разъяснения содержатся и в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации".
Учитывая изложенные выше положения о месте и роли международно-правовых актов в правовой системе Российской Федерации, можно сделать вывод о том, что, включив эти акты в свою правовую систему, Российская Федерация тем самым наделила содержащиеся в них нормы способностью оказывать регулирующее воздействие на применение положений своего внутреннего законодательства.
Отсюда следует, что решение вопроса о возможности применения ограничений, по поводу которых и возник данный спор, должно осуществляться с учетом не только норм национального законодательства, действующего в этой сфере, но и актов международного права, участником которых является Российская Федерация» (см. Апелляционное определение Московского городского суда от 08.11.2017 года по делу № 33 а-4953/2017).
Статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной в г. Риме 4 ноября 1950 года, установлено, что каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.
В пунктах 68 - 70 Постановления ЕСПЧ от 27 сентября 2011 года "Дело "Алим (Alim) против Российской Федерации" (жалоба N 39417/07) Европейский Суд указал на следующее.
Европейский суд напоминает, во-первых, что статья 8 Конвенции защищает право на установление и развитие отношений с иными людьми и окружающим миром и иногда может затрагивать вопросы социальной идентичности лица.
Совокупность социальных связей между оседлыми мигрантами и обществом, в котором они проживают, частично составляет понятие "личной жизни" в значении статьи 8 Конвенции.
Несмотря на наличие или отсутствие "семейной жизни", выдворение оседлого мигранта, таким образом, приводит к нарушению его права на уважение "частной жизни".
От обстоятельств конкретного дела зависит, на каком аспекте Европейскому Суду будет необходимо сосредоточить свое внимание: "семейной жизни" или "личной жизни" (Постановление Большой Палаты по делу "Юнер против Нидерландов" Uner v. Netherlands), жалоба N 46410/99, § 59, ECHR 2006-XII).
Что касается понятия "семейной жизни", Европейский Суд напоминает, что согласно его прецедентной практике понятие семьи в значении статьи 8 Конвенции включает в себя не только зарегистрированные супружеские отношения, но и другие "семейные" связи, которые предусматривают, что их участники живут совместно вне законного брака (Постановление Европейского Суда по делу "Шальк и Копф против Австрии" (Schalk and Kopf v. Austria), жалоба N 30141/04, § 94, ECHR 2010-... и Постановление Европейского Суда от 26 мая 1994 года по делу "Киган против Ирландии" (Keegan v. Ireland), § 44, Series A, N 290).
Во-вторых, что касается малолетних детей, Европейский Суд также напоминает, что ребенок, рожденный от брачных отношений, в силу самого закона является частью этой "семьи" с момента его рождения и в связи с ним (Постановление Европейского Суда от 21 июня 1988 года по делу "Беррехаб против Нидерландов" (Berrehab v. Netherlands), § 21, Series A, N 138).
Наличие или отсутствие "семейной жизни" - по существу вопрос факта, зависящий от реального существования на практике близких личных связей, например, проявляемый интерес и признание отцом ребенка до и после рождения (Постановление Европейского Суда по делу "Леббинк против Нидерландов" (Lebbink v. Netherlands), жалоба N 45582/99, § 36, ECHR 2004-IV).
Системное толкование приведенных положений национального законодательства, международных правовых актов и практики их применения, позволяет сделать вывод о том, что при наличии должных доказательств оспариваемое решение, нося формально законный характер, за счет чрезмерного умаления прав административного истца является незаконным по своей сути (см. Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 01.11.2016 N 33 а-21278/2016 по делу N 2 а-1769/2016).
Для рассматриваемого спора с Управлением по делам миграции ГУМ МВД России юридическое значение имеют только такие обстоятельства, которые сложились с течением определенного временного периода, предшествующего принятию оспариваемого решения, позволяющие, исходя из гуманитарных принципов, преодолеть формальную правильность оспариваемого решения (см. Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 01.11.2016 N 33 а-21278/2016 по делу N 2 а-1769/2016).
В Постановлениях ЕСПЧ от 26.06.2014 по делу "Лабассе (Labassee) против Франции" (жалоба N 65941/11), по делу "Маннессон (Mennesson) против Франции" (жалоба N 65192/11) обжаловался отказ в правовом признании во Франции правоотношений родителей и детей, установленных в США между детьми, рожденными вследствие суррогатного материнства, и парами, использовавшими этот метод. Европейский Суд пришел к выводу: «Ввиду последствий, которые это серьезное ограничение имело для идентичности детей-заявителей и их права на уважение личной жизни, Европейский Суд установил, что, препятствуя признанию и установлению во внутригосударственном законодательстве связи между детьми и их биологическими отцами, государство-ответчик вышло за допустимые пределы усмотрения. С учетом значения, которое должно придаваться наилучшим интересам ребенка, имело место нарушение права детей-заявителей на уважение их личной жизни». По делам допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции.
Согласно ст.9 Конвенции ООН «О правах ребенка» государства-участники конвенции "обеспечивают, чтобы ребенок не разлучался со своими родителями вопреки их желанию, за исключением случаев, когда компетентные органы, согласно судебному решению, определяют в соответствии с применимым законом и процедурами, когда такое разлучение необходимо в наилучших интересах ребенка». Таким образом, презюмируется принцип единства семьи, недопустимости вмешательства государства в осуществление права на личную и семейную жизнь.
При совместном проживании гражданских супругов (то что российские суды считают "сожительством" и супругов "сожителями") со своими детьми в отсутствие регистрации брака Европейский Суд по правам человека обычно считает их семьей, обращая внимание на устойчивый характер взаимоотношений и тот факт, что они не отличались от семьи, основанной на браке. См.: Постановление Европейского суда по правам человека от 18 декабря 1986 г. по делу "Джонстон и другие против Ирландии" (Johnston и Others v. Ireland) // Европейский суд по правам человека. Избранные решения. В 2 т. Т. 1. М., 2000. С. 228.
В Постановлениях ЕСПЧ от 26.06.2014 по делу "Лабассе (Labassee) против Франции" (жалоба N 65941/11), по делу "Маннессон (Mennesson) против Франции" (жалоба N 65192/11) обжаловался отказ в правовом признании во Франции правоотношений родителей и детей, установленных в США между детьми, рожденными вследствие суррогатного материнства, и парами, использовавшими этот метод. Европейский Суд пришел к выводу: «Ввиду последствий, которые это серьезное ограничение имело для идентичности детей-заявителей и их права на уважение личной жизни, Европейский Суд установил, что, препятствуя признанию и установлению во внутригосударственном законодательстве связи между детьми и их биологическими отцами, государство-ответчик вышло за допустимые пределы усмотрения. С учетом значения, которое должно придаваться наилучшим интересам ребенка, имело место нарушение права детей-заявителей на уважение их личной жизни». По делам допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции.
Европейский Суд по правам человека (ЕСПЧ) выработал устойчивую правовую позицию, что право на отказ иностранному гражданину во въезде в страну имеет любое государство. Только данное решение должно быть разумным и необходимым в демократическом обществе. (Об этом подробнее см. Постановление ЕСПЧ от 06.02.2003 г. по делу «Якупович (Jakupovic) против Австрии»). В параграфе 24 указано, что Европейский суд напомнил, что право иностранца на въезд или проживание в какой-либо стране как таковое не гарантируется Конвенцией. Тем не менее, высылка лица из страны, в которой проживают близкие члены его семьи, может нарушать право на уважение семейной жизни, гарантированное пунктом 1 статьи 8 Конвенции (Постановление Европейского суда по делу "Мустаким против Бельгии" (Moustaquim v. Belgium) от 18 февраля 1991 г., Series A, N 193, p. 18, § 36). В параграфе 25 указано, что на Договаривающиеся государства возлагается обязанность поддерживать общественный порядок, в частности, осуществляя свое право на регулирование порядка въезда и проживания иностранцев, которое основано на международном праве и международных договорных обязательствах. Для этой цели Договаривающиеся государства располагают правом депортировать со своей территории иностранцев, осужденных за совершение уголовного преступления. Но ввиду того, что их решения по этому вопросу могут вмешиваться в право, защищаемое пунктом 1 статьи 8 Конвенции, данная мера должна быть необходимой в демократическом обществе, то есть оправданной крайней необходимостью для общества и, в особенности, соразмерной преследуемой законной цели (см. Постановление Европейского суда по делу "Далиа против Франции" (Dalia v. France) от 19 февраля 1998 г., Reports of Judgments and Decisions 1998-I, p. 91, § 52; Постановление Европейского суда по делу "Мееми против Франции" (Mehemi v. France) от 26 сентября 1997 г., Reports 1997-VI, p. 1971, § 34; Постановление Европейского суда по делу "Бултиф против Швейцарии" (Boultif v. Switzerland) от 2 ноября 2001 г., жалоба N 54273/00, § 46).
Европейский Суд установил соответствующие принципы при оценке необходимости вмешательства в право на уважение "жилища" в своем Постановлении "Коннорс против Соединенного Королевства" (Connors v. United Kingdom) (от 27 мая 2004 г., жалоба N 66746/01, §§ 81 - 84), которое касалось вопроса выселения цыганской семьи из поселка домов-фургонов, стоявшего в разрешенном властями месте. Впоследствии в Постановлении Европейского Суда по делу "Макканн против Соединенного Королевства" (McCann v. United Kingdom) (жалоба N 19009/04, ECHR 2008, § 50) Европейский Суд постановил, что мотивировка по делу "Коннорс против Соединенного Королевства" (Connors v. United Kingdom) не ограничивается делами, касающимися выселения цыган или случаями, когда заявитель стремился оспаривать сам закон, а не его применение к своему конкретному делу, и далее утверждал следующее: "Потеря дома - самая крайняя форма вмешательства в право лица на уважение его жилища. Любое лицо, которое может потерять свое жилье, должно иметь доступ к независимому суду для определения соразмерности данной меры с учетом соответствующих принципов согласно статье 8 Конвенции, даже если согласно внутригосударственному законодательству его право пользования прекратилось". (см. п.31 Постановление ЕСПЧ от 25.07.2017 "Дело "Швидкие (Shvidkiye) против Российской Федерации" (жалоба N 69820/10)). По делам допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции.
"Личная жизнь" по смыслу положений статьи 8 Конвенции - это широкое понятие, которое распространяется на множество аспектов самоидентификации человека, например, на имя человека и его изображение, а кроме того, включает в себя его физическую и психическую целостность (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Фон Ганновер (принцесса Ганноверская) против Германии (N 2)" (Von Hannover v. Germany) (N 2), жалобы NN 40660/08 и 60641/08, § 95, ECHR 2012, где приводятся ссылки на другие постановления Европейского Суда по данному вопросу). Кроме того, Европейский Суд признавал, что репутация (см. Постановление Европейского Суда по делу "Пфайфер против Австрии" (Pfeifer v. Austria) от 15 ноября 2007 г., жалоба N 12556/03, § 35) и честь человека (см. Постановление Европейского Суда по делу "Санчес Карденас против Норвегии" (Sanchez Cardenas v. Norway) от 4 октября 2007 г., жалоба N 12148/03, § 38) являются частью его самоидентификации и психологической целостности, а значит, также охватываются понятием "личная" жизнь. Однако для того, чтобы можно было применить статью 8 Конвенции, посягательство на репутацию человека должно достигать определенного уровня серьезности и осуществляться таким образом, чтобы причинить ущерб реализации человеком права на уважение своей личной жизни (см. Постановление Европейского Суда по делу "A. против Норвегии" (A. v. Norway) от 9 апреля 2009 г., жалоба N 28070/06, § 64, а также Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Издательский дом "Аксель Шпингер АГ" против Германии" (Axel Springer AG v. Germany) от 7 февраля 2012 г., жалоба N 39954/08, § 83). (см. п. 51 Постановление ЕСПЧ от 20.06.2017 "Дело "Богомолова (Bogomolova) против Российской Федерации" (жалоба N 13812/09)"). По делам допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции.
Статья 41 Конвенции гласит: "Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
См., например: Постановление Европейского суда по правам человека от 28 мая 1985 г. по делу "Абдулазиз, Кабалес и Балкандали против Соединенного Королевства" (Abdulaziz, Cabales and Balkandali v. United Kingdom).
Высылка лица из страны, в которой проживают близкие члены его семьи, может нарушать право на уважение семейной жизни (См.: Постановление Европейского суда по правам человека от 18 февраля 1991 г. по делу "Мустаким против Бельгии" (Moustaquim v. Belgium) // СПС "КонсультантПлюс").
Также нарушение требований статьи 8 Конвенции было установлено в следующих судебных актах ЕСПЧ.
Постановления Европейского Суда по правам человека от 7 марта 2017 года «Полякова и другие против Российской Федерации» (Polyakova and Others v. Russia) (N 35090/09, 35845/11, 45694/13 и 59747/14)
Постановления Европейского Суда по правам человека от 7 марта 2017 года «Каменов против Российской Федерации» (Kamenov v. Russia) (N 17570/15)
Постановления ЕСПЧ от 26.06.2014 по делу "Лабассе (Labassee) против Франции" (жалоба N 65941/11), по делу "Маннессон (Mennesson) против Франции" (жалоба N 65192/11)
Постановления Европейского Суда по правам человека от 20 декабря 2016 года (вынесено Палатой III Секции) Юсупова против Российской Федерации (Yusupova v. Russia) (N 66157/14)
Постановления Европейского Суда по правам человека от 25 октября 2016 года (вынесено Палатой III Секции) Джураев и Шалькова против Российской Федерации (Dzhurayev and Shalkova v. Russia) (N 1056/15)
