Несовершенство существующих нормативно-правовых источников ведет к невозможности их применения на практике, существующие до недавнего времени положения ст. 164.1 УПК РФ не являются исключением.
Рассматривая особенности правоприменительной практики в области проведения следственных действий, а именно: исследования информационных источников с целью расследования преступлений, при которых, следователям и оперативным работникам зачастую приходилось изымать колоссальные количества информационных носителей таких как: системные блоки, компьютеры, ноутбуки и иные электронные средства необходимо признавать тот факт, что эти действия вызывали огромные трудности при транспортировке, эксплуатации и хранении, как вещественных доказательств таковых. Поскольку, ст. 164.1 УПК РФ по своей сущности ранее не предусматривала возможности исследования электронных доказательств без первоначального носителя этих данных.
Такое проявление было неудобно не только для следователей, но и для субъектов правоотношений, в силу того, что в случае, если уголовное преследование субъекта прекращалось, то информационные носители могли становиться неработоспобными в связи с неправильным хранением, перевозкой, порядком выдачи вещественных доказательств или, собственно, производством самих следственных действий. Все эти действия по смыслу могли тормозить нормальную деятельность организации, если уголовное преследование велось в отношении генерального директора организации или же, попросту, помешать эксплуатации электронного носителя физического лица, в отношении которого велось уголовное преследование.
Наиболее объективным вариантом для обеих сторон была бы возможность копирования всей информации, имеющейся на электронном устройстве на съемный носитель при производстве следственных действий.
Теперь, в соответствии с ч. 6 ст. 2 Федерального закона от 27.12.2018 N 533-ФЗ «О внесении изменений в статьи 76.1 и 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации»
«следователь в ходе производства следственного действия вправе осуществить копирование информации, содержащейся на электронном носителе информации. В протоколе следственного действия должны быть указаны технические средства, примененные при осуществлении копирования информации, порядок их применения, электронные носители информации, к которым эти средства были применены, и полученные результаты. К протоколу прилагаются электронные носители информации, содержащие информацию, скопированную с других электронных носителей информации в ходе производства следственного действия».
На мой взгляд, внесение таких изменений в существующее законодательство кардинальным способом отразится на следственном производстве, ускоряя этот процесс, с одной стороны, и упрощая его, с другой стороны. Но остается вопрос: не будут ли следственные органы злоупотреблять данной нормой права?
Кроме того, по-моему субъективному мнению, по аналогии закона, этими нормами можно пользоваться и в гражданском процессе при представлении доказательств в суд или при актировании осмотра доказательств нотариусом, но здесь, опять же, правоприменительной практики пока нет. Следовательно возникает вопрос: есть ли потребность в этом? И как в будущем будет происходить процесс осмотра электронных доказательств в гражданском процессе?
