Дочь пациента взыскала с больницы стоимость лекарств

Дочь пациента взыскала с больницы стоимость лекарств,

которые попросил купить лечащий врач

14 февраля 2019

Суд взыскал с больницы стоимость лекарств (мексидол, цераксон, актовегин, цитофлавин), которые были приобретены по просьбе лечащего врача для пациента с инфарктом мозга: именно этих препаратов в больнице не было, хотя имелись их аналоги. Суд счел эту просьбу нарушением Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее – Закон № 323-ФЗ), а расходы дочери пациента на их приобретение – убытками. В качестве доказательств суд опирался на даты назначений (в медкарте) и даты покупок лекарств (по чекам).

Пациент попал в ЦРБ с инфарктом мозга в начале марта, но через три недели скончался в той же больнице, в кардиологическом отделении. Его дочь практически сразу же обратилась к больнице с требованием возместить ей стоимость приобретенных для отца препаратов, но получила официальный отказ. В отказном письме ЦРБ также сообщалось, что:

экспертиза медкарты стационарного больного на имя ее отца показала, что лечение было проведено в соответствии со стандартом специализированной медпомощи при инфаркте мозга;

в период проведения стационарного лечения ЦРБ располагало набором лекарств для оказания необходимой медицинской помощи больному с церебро-васкулярным заболеванием и нарушением мозгового кровообращения согласно стандарту, включая психостимуляторы, ноотропы, статины, гипотензивные, антиаритмические препараты и антиагреганты;

хотя при этом в аптеке ЦРБ отсутствовали препараты: цитофлавин, цераксон, мексидол, которые были приобретены дочерью умершего пациента за собственные средства, но врач не вправе был инициировать и одобрить покупку данных лекарств, так как имелись в наличии их аналоги;

исходя из вышесказанного, ЦРБ сама порекомендовала дочери пациента обратиться в суд за взысканием убытков.

Дама не только воспользовалась этим советом, но и пожаловалась в страховую компанию.

В свою очередь, СМО провела МЭЭ, которая выявила нарушение, ограничивающее доступность медицинской помощи, а именно – приобретение лицом, действовавшим в интересах пациента, лекарственных препаратов, включенных в Перечень ЖНВЛП, в период пребывания в стационаре, по назначению врача, на основании стандартов медицинской помощи (определение Николаевский-на-Амуре городского суда Хабаровского края от 18 декабря 2018 г. по делу № 11-41/2018).

Затем женщина обратилась в мировой суд с иском к ЦРБ о взыскании убытков и возмещении морального вреда (сумма иска, даже с учетом морального вреда, была немногим более 30 тыс. руб.).

ЦРБ возражала против иска: врач предупредил пациента, что – хотя в больнице и имеются недорогие аналоги, – но в аптеке можно купить лекарство с более выраженным лечебным эффектом, пациенты зачастую сами просят назначить им эффективное средство, даже если за него придется платить самим. Кроме того, ЦРБ лечила конкретного пациента, а с требованием об убытках обратился не он, а его дочь, с которой больница не состоит в отношениях, то есть третье лицо. Наконец, чеки на лекарства доказывают лишь факт приобретения этих лекарств. А вот кому именно и для чего именно они предназначались – неизвестно.

Суд, однако, удовлетворил иск, исходя из следующего:

каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой госгарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (ч. 2 ст. 19 Закона № 323-ФЗ);

при этом, при оказании медпомощи в рамках программы госгарантий её бесплатного не подлежит оплате за счет личных средств граждан применение лекарственных препаратов, включенных в перечень ЖНВЛП, по медицинским показаниям в соответствии со стандартами медпомощи (п. 1 ч. 3 ст. 80 Закона № 323-ФЗ);

лечащий врач, рекомендуя пациенту препарат, обязан информировать его о возможности получения им соответствующих лекарственного препарата без взимания платы в соответствии с законодательством РФ (ч. 4 ст. 70 Закона № 323-ФЗ);

пока отец истицы находился на стационарном лечении в ЦРБ, там имелся набор препаратов для оказания необходимой медпомощи в соответствии со стандартом.

Хотя в аптеке ЦРБ и не было именно спорных препаратов, купленных истицей за личные средства, но врач не вправе был инициировать и одобрить их покупку, так как располагал их аналогами, а также должен был рассказать пациенту о том, что можно пролечиться и аналогами;

следовательно, лечащий врач фактически неправомерно понудил истицу к приобретению спорных препаратов;

доводы ЦРБ о том, что правоотношения в сфере оказания медпомощи у ответчика непосредственно с истицей не возникли, не может быть принят во внимание.

Ибо пациент с диагнозом инфаркт мозга весь период с поступления по день своей смерти находился на стационарном лечении с постельным режимом. Следовательно, он не мог самостоятельно, без посторонней помощи, приобрести себе лекарства, назначенные ему лечащим врачом. А истица в период нахождения отца в больнице находилась там вместе с ним, осуществляла уход за ним, общалась с лечащим врачом, по рекомендации которого в интересах пациента за собственный счет приобрела спорные средства.

Таким образом, отсутствие правоотношений в сфере оказания медпомощи и охраны здоровья между ответчиком и истицей само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении иска;

тот факт, что спорные лекарства приобретались именно для отца истицы, доказывается тем, что даты их покупок, указанные в товарных чеках, совпадают с датами, когда эти лекарства были назначены лечащим врачом, в совокупности с наличием родственной связи между пациентом и истицей и её постоянным нахождением в больнице во время лечения ее отца. А вот доказательств обратного ответчик не представил;

согласно ст. 15, ст. 1064, ст. 1068 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, под коими понимаются расходы, которые произвело лицо, чье право нарушено, а юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В итоге мировой суд взыскал стоимость лекарств и даже присудил компенсацию морального вреда в 20 тыс. руб. Апелляционная инстанция изменила решение частично: с ЦРБ взыскана стоимость лекарств, а в возмещении морального вреда отказано, так как моральный вред, причиненный истице, нарушил лишь ее имущественные права. А в таких случаях, согласно п. 2 ст. 1099 ГК РФ, моральный вред компенсируется лишь в случаях, прямо предусмотренных законом.