«Роскосмос» и будущее космонавтики.

Финансовые и технологические проблемы предприятий «Роскосмоса» давно никого не удивляют. В декабре 2017 года помощник президента России Андрей Белоусов назвал госкорпорацию «ни фига не зарабатывающей». А в начале 2019 года премьер-министр Дмитрий Медведев призвал «Роскосмос» прекратить «болтать, куда мы полетим в 2030 году», меньше говорить и больше делать. После прихода Рогозина незавидные перспективы российской космонавтики на лицо.

Производственные мощности располагались в России и на Украине, а в Казахстане находился космодром Байконур. Несмотря на экономические трудности, сотрудничество с США, странами ЕС и впоследствии Южной Кореей позволило России хотя бы частично поддерживать потенциал советской космонавтики. Например, участие в программе Международной космической станции (МКС) дало возможность сохранить пилотируемую космонавтику (космические корабли серий «Союз» и «Прогресс»), продажа ракетных силовых установок (прежде всего РД-180) — ракетное двигателестроение, а услуги по запуску — ракетостроение (ракеты семейств «Протон» и «Союз»).

Столь интенсивное взаимодействие между странами должно было бы обеспечить не только поддержку, но и развитие космической отрасли. Однако этого, к сожалению, не произошло. Российские компании не смогли предложить США и ЕС принципиально новых технологий, а после присоединения Крыма и конфликта на юго-востоке Украины западные страны постепенно сворачивают сотрудничество с Россией. Например, во второй половине 2014 года американские компании, в том числе Blue Origin, предложили ULA (United Launch Alliance) проекты своих двигателей в качестве альтернативы российским РД-180, а SpaceX регулярно запускала к МКС космические грузовики Dragon.