Правовое регулирование факторинга

Дискуссии о месте факторинга в системе инструментов торгового финансирования продолжаются и по сей день, и, пожалуй, однозначно разграничить некоторые виды факторинга и кредитования с особым обеспечением действительно бывает достаточно сложно. Надеюсь, более подробное рассмотрение отношений в данной статье поможет понять природу факторинга и существующие проблемы в правовом регулировании.

Рассмотрим вопрос о субъектном составе правоотношений. В факторинговых операциях участвуют, как правило, три стороны: клиент (поставщик товаров/услуг на условиях отсрочки платежа, нуждающийся в финансировании), покупатель и фактор.

Никаких требований ни к клиенту, ни к покупателю законодательством не предусмотрено, хотя, на мои взгляд, можно было бы ограничить субъектный состав лицами, действующими в целях извлечения прибыли, чтобы не смешивать факторинг с коллекторскими услугами, где «покупателем» выступают, как правило, физические лица, которые приобрели товар для личного пользования.

Что же касается факторов, то в соответствии с действующей редакцией главы 43 в качестве финансового агента (фактора) могут выступать любые коммерческие организации.

Первоначальная редакция статьи 825 ГК РФ предписывала следующее: «В качестве финансового агента договоры финансирования под уступку денежного требования могут заключать банки и иные кредитные организации, а также другие коммерческие организации, имеющие разрешение (лицензию) на осуществление деятельности такого вида».

Норма статьи 825 ГК РФ, являясь общей, требовала для своей реализации установления порядка лицензирования данной деятельности и передачи функций по его осуществлению уполномоченному государственному органу.

Между тем ни того, ни другого на рынке факторинговых услуг сделано не было. Согласно статье 10 Федерального закона от 26 января 1996 г. № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» до установления условий лицензирования деятельности финансовых агентов сохранялся существовавший порядок осуществления их деятельности, т.е. без лицензии. Федеральным законом от 8 августа 2001 г. № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» не предусмотрено лицензирование деятельности по оказанию услуг финансовыми агентами.

Сложившаяся ситуация осложнялась отсутствием единообразной арбитражной практики.

Таким образом, существовавшая долгое время коллизия в правовом регулировании привела к тому, что факторинговые операции стали осуществляться преимущественно кредитными организациями.

Точка в данном вопросе была поставлена только в апреле 2009 г., когда Президентом РФ был подписан Федеральный закон № 56-ФЗ «О внесении изменения в статью 825 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившей силу статьи 10 Федерального закона «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» и в действие вступила существующая ныне редакция.

Казалось бы, вопрос о требованиях к факторам решен.

Однако в июле 2011 г. в ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота алкогольной продукции» № 218-ФЗ 14 внесена поправка, которая запрещает уступку в данной сфере.

Данная поправка была принята, чтобы убрать с рынка серые схемы, позволяющие уклоняться от уплаты акцизов. Но в итоге пострадали добросовестные участники рынка, использующие в работе факторинговые схемы.

Крупные сетевые гипермаркеты немедленно отказались оплачивать поставки, права требования по которым были уступлены факторам. Отмена факторинговой схемы работы уже привела к увеличению общезаводских затрат в алкогольной отрасли более чем на 3%.

В октябре 2011 г. была предпринята попытка исправить формулировку закона, чтобы вернуть факторинг на рынок алкогольной продукции.

Однако в тексте законопроекта, умышленно или случайно, была допущена ошибка. Текст запрета уступки требований дополняется следующим: «за исключением договоров финансирования под уступку денежного требования, финансовым агентом по которым является кредитная организация». Данная поправка могла бы решить проблему факторинга, однако решит ее, в случае принятия законопроекта Государственной Думой в мае 2012 г., только для кредитных организаций. Данное ограничение ведет к прямому нарушению конкуренции между факторами. Среди специалистов по факторингу существует мнение, что данное ограничение продиктовано тем, что факторы, являющиеся кредитными организациями, находятся под контролем Центрального банка, а для некредитных организаций - факторов никаких требований действующим законодательством не установлено, для соблюдения баланса интересов всех участников отношений и исключения мошенничества возможно введение определённых требований для коммерческих организаций - факторов. Как показывает европейский опыт, контроль над какой-либо финансовой отраслью целесообразен тогда, когда возможно наступление неблагоприятных последствий для широкого круга лиц (например, для вкладчиков банков). Все участники операций по факторингу являются профессиональными участниками рынка, действующими в целях извлечения прибыли.

Такими требованиями, в частности, могут быть:

1) введение минимального размера уставного капитала для фактора либо

2) участие в саморегулируемой организации (СРО) факторинговых компаний.

Данное изменение продиктовано также международной практикой ведения бизнеса. Например, минимальный размер уставного капитала для компаний - членов Международной ассоциации факторинговых компаний (Factors Chain International) установлен в размере 2 миллионов долларов США, в рублевом эквиваленте - 62 миллиона рублей.

Однако введение данных ограничений осложняется практической невозможностью урегулирования данного вопроса на уровне Гражданского кодекса.