Ошибки юристов 4. Когда нельзя ссылаться на 51 ст. Конституции РФ

В публикациях вы можете получить следующую юридическую консультацию, жирный шрифт в цитате – мой, в цитате говорится об отказе от показаний со ссылкой на ст. 51 Конституции РФ:

Отказ фиксируется, после чего, начинается выявление причины, по которой был заявлен отказ. И, если ответом должно было быть свидетельствование против себя, значит лицо признало себя соучастником по делу.

В данном случае речь чаще всего на мой взгляд идет о заблуждении юриста, порожденном его длительным умилением от работы не очень добросовестного следователя.

Добросовестный юрист обязан поведать, что право подозреваемого отказаться от показаний, закрепленное в пункте 2 части 4 статьи 46 УПК РФ, обеспечено правилом:

При согласии подозреваемого дать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу

А в соответствии с частью 2 статьи 11 УПК РФ:

В случае согласия лиц, обладающих свидетельским иммунитетом, дать показания дознаватель, следователь, прокурор и суд обязаны предупредить указанных лиц о том, что их показания могут использоваться в качестве доказательств в ходе дальнейшего производства по уголовному делу.

Иными словами, недобросовестный юрист будет исходить из совсем другого обыкновения, где доказательства вины добываются исключительно допросом подозреваемого или свидетеля.

В таком обыкновении само упоминание изложенных положений УПК РФ равно богохульству в божьем храме, если следователь или дознаватель будет еще и это соблюдать, то он вообще никогда и ничего не раскроет, то есть после НКВД мы не очень далеко ушли, и недобросовестный юрист уже давно в пучине этой системы вытаскивания вины из показаний при допросе.

Тогда как есть случаи, когда юрист порой ссылается на статью 51 Конституции, когда считает себя потерпевшим и отказывается отвечать на вопрос о своем месте работы, в данном случае он работает в достойном учреждении, но притормаживает сотрудника в том, что форма протокола давно не соответствует закону, когда в сведениях о потерпевшем МВД РФ решило что кроме ФИО и места жительства им обязательно надо знать где потерпевший работает, юрист решает что им достаточно только ФИО и адреса.

Следуя логике ошибочной консультации сотрудник тут же обязан сделать вывод "значит лицо признало себя соучастником по делу".

Это изначально совсем другая система рассуждений, где отказываются от показаний якобы только те кто совершил противоправное деяние, если мол ничего не совершал, то дескать нет ни одной причины отказываться видеть в следователе пастыря во время исповеди, и поэтому необходимо полностью раскрыть ему свою душу, рассказав самым подробным образом всю свою жизнь от начала и до допроса.

В добросовестной юридической консультации должна быть оговорка, что в некоторых случаях соглашаться на показания, отказываясь от права статьи 51 Конституции РФ, смысл имеет.

Самый главный вопрос, судьбоносный, это личное отношение получившего подозрение в совершении преступления к факту такого подозрения, если человек понимает, что следствие изначально идет по пути добросовестного заблуждения, то есть человек твердо знает, что он этого не совершал, то это ровно тот случай, когда необходимо отказаться от показаний со ссылкой на статью 51 Конституции РФ.

Иные возразят, мол как раз в этом случае и надо как можно скорее убедить следствие что оно идет по ложному пути, а поскольку время идет, то "играть в игры", это лишь помогать фактическому преступнику.

Нет, именно в добросовестной консультации тут нет и не может быть доверия тем кто расследует наспех.

И совсем другое дело, когда человек понимает, что подозрение - не на пустом месте.

Вот это ровно тот случай, когда есть определенные выгоды в том, чтобы помочь следствию, следя за тем чтобы такая помощь процессуально фиксировалась.

Тут тоже не без развилки, можно еще рассуждать что мол поводы для предположений у следствия есть, но доказать они ничего не смогут, но это уже очень опасная игра, где чаще всего подозреваемые недооценивают потенциал следствия.