6 марта 2017 года в городе Ноябрьск осудили четверых ребят. Сроки нешуточные – Верхошапов А.-6 лет общего режима, Викол Андрей - 5 лет общего режима, Викол Александр - 11 лет особого режима, Коробов В. - 10 лет строгого режима, а осенью 2016 года был осужден несовершеннолетний Ветлугин А. сроком на 5,1 лет. Осудили их по статье изнасилования.
Ситуация, знакомая в любом городе и населенном пункте. Девушка не очень высокой социальной ответственности с соответствующей репутацией, по своей воле едет к знакомому, также, ей хорошо известно, что помимо него, в квартире присутствует несколько парней. Выпивает, смеется, флиртует, периодически выходит курить в подъезд, развлекается.
Утром езжает – не домой, а к подруге. К подруге, которая год назад посадила парня за изнасилование, а также, получила денег. Подруга советует не теряться, ведь на «модной» ситуации можно подзаработать.
На утро пятерых (!) ребят из этой компании вызывают в милицию. После долгих «задушевных» бесед с представителями власти, оказывается, что эти пятеро – насильники. Со слов совершеннолетней Лебедевой Дианы, в ночь с 5 на 6 декабря 2015 года парни ее насиловали на протяжении нескольких часов.
Заявление ушло в работу, парней задержали. Задержали не до выяснения обстоятельств, а как заведомо виновных. В милиции их избивали так, что родным приходилось ежедневно приносить в СИЗО чистую одежду, так как та была рваная и в крови. Параллельно в столице округа проводили экспертизу. Искали доказательства того, что в ту ночь могло произойти групповое изнасилование. Доказательств не нашли. Экспертиза, которая была проведена в Салехарде показала (провела М.А.Васеничева), что контакт у Дианы в эту ночь был. Но – только с одним парнем, и – по обоюдному согласию. Собственно, молодой человек и не скрывал этого.
Правоохранителей не устроил такой результат экспертизы, анализы направили на еще одну – в этот раз в столицу соседнего округа – в Ханты-Мансийск. Через несколько месяцев пришел ответ. Вторая экспертиза подтвердила результаты первой – изнасилования не было, половой акт был один, девушка не сопротивлялась.
В мае 2016 года одного из парней отпустили под домашний арест, в июне – еще одного под подписку о невыезде. После – под домашний арест отпустили еще двоих. А осенью – сняли аресты.
Диану такой расклад не устроил. Дело пошло дальше, допросы – повторились. Вот только изменились факты, теперь девушка рассказывала о том, как ее насиловали прошлым летом. И зимой тоже. Личность девушки в городе знакома многим. Несколькими годами ранее, всем Ноябрьском искали «несовершеннолетнюю, которая ушла из дома и не вернулась». Несовершеннолетняя домой в итоге вернулась, и впоследствии даже родила ребенка, (чьим воспитанием занимался отец этого ребенка), и продолжила устраивать свою личную жизнь. Причем продолжила активно, с переписками сексуального характера, фотографиями «ню» в социальных сетях и на сайтах знакомств. С пьяными вечеринками в кабаках города и с дядечками за «…дцать».
Возвращаясь к делу, важно отметить, что парни, которых оклеветала Диана – действительно не святые. Диана грамотно выбрала «жертв» - за спинами парней судимости, и в УВД их не особо жалуют. Тем не менее, за ошибки прошлого парни уже ответили по закону. Прошлое – не повод считать людей «пожизненно во всем виновными», и мы в этом убеждены. Ну и презумпцию невиновности еще в нашей стране не отменили. Хотя о ней мало кто помнит, особенно, когда речь идет о неугодных для милиции людях.
В итоге, приговор вынесли со слов «потерпевшей». Не смотря на две (!) генетические экспертизы, сбивчивые показания лже-потерпевшей и свидетельства соседей и очевидцев происшествия, парни получили реальные сроки.
Суд цинично проигнорировал следующие факты:
Две генетические экспертизы, показали, что из пятерых осужденных у Дианы был контакт с одним. Да и тот по обоюдному согласию.
В квартире находились еще люди, которые свидетельствовали, что изнасилования не было.
Соседи по лестничной клетке, куда Диана периодически веселая выходила курить, подтверждают – криков, стонов, звуков борьбы из квартиры и открытых окон квартиры не доносилось. Но зато доносился задорный и радостный женский смех. Почти всю ночь.
На протяжении предварительного и судебного следствий, Диана давала противоречивые показания. Показания, которые давала Диана следователю, сильно отличаются от тех, которые она давала на суде. Значительные расхождения в датах всего произошедшего вообще не укладываются в голове. Сначала девушка утверждала о насилии зимой, после – внезапно вспомнила о летнем «изнасиловании».
Диана была хорошо знакома с так называемыми насильниками. Уже будучи беременной (в 17 лет), девушка писала одному из осужденных сообщения интимного характера, слала фотографии «ню», и утверждала, что невинна. Может быть, таким образом, она подыскивала новоиспеченного отца еще не родившемуся ребенку. Или просто развлекалась, кому как удобнее думать.
В ситуации еще множество деталей и нюансов, которые не вяжутся не только с фактами, но и со здравым смыслом. У двоих осужденных ребят маленькие сыновья, и допустить даже на минуту, что они стали бы рисковать своим здоровьем и здоровьем своих семей и «насиловать» девушку с такой репутацией и таким послужным списком – как минимум глупо.
Впрочем, догадки и подозрения – одно, а вот факты – другое. ДВЕ генетические экспертизы показали, что парни и пальцем не трогали эту девушку. Так почему же суд решил их посадить, да на такие сроки? Может быть, потому что суд в России не состязательный, и оправдательные приговоры – невыгодны правоохранителям?
Открытых вопросов остается много. А тем временем, парни сидят за решеткой. Диана – развлекается с мужчинами в кабаках. Матери парней – плачут и не знают, что делать, ведь денег откупиться у них нет.
Страшно, что правоохранители не желают разбираться по закону, и игнорируют доказательства невиновности людей. Страшно, что из-за жажды наживы одной особы, ломаются судьбы нескольких семей.
О том, что приговор несправедлив, говорят факты и документы. Мы призываем общественность для того, чтобы дело было рассмотрено в суде повторно. Мы просим помощи у правозащитников, у юристов, и у всех, кто может хоть как-то помочь.
