Как ипотечники становятся жертвами многоходовых афер

Как ипотечники становятся жертвами многоходовых афер

Семья с двумя маленькими детьми из Пермского края рискует встретить Новый год на улице. Супруги Шипигузовы после долгих лет скитаний по арендованным квартирам приобрели свое жилье на вторичном рынке в ипотеку. Въехали в просторную двушку, сделали ремонт. А спустя четыре года узнали: недвижимость арестована и проходит по делу о мошенничестве. Прежний владелец заявил, что стал жертвой обмана, подал иск о возврате квартиры и выиграл дело.

Оказалось, что прежний хозяин получил жилплощадь в наследство от матери. Мужчина злоупотреблял спиртным и сдавал комнату другу детства.

Ольга Шипигузова: «Этот друг подсунул ему гендоверенность, что он может распоряжаться собственностью, и быстро продал эту квартиру. А после квартиру перепродавали несколько раз».

Собственник, которого обманул мошенник, подал иск о возврате квартиры, и суд встал на его сторону. Решение — вернуть квартиру номер 10 прежнему хозяину. Но куда идти родителям с детьми, которые все эти годы исправно вносили платежи по ипотечному кредиту, в решении не написано.

В вопросе юридической чистоты Шипигузовы, как и многие, положились на сотрудников банка и страховой компании. И об этом сильно пожалели. Зачастую эксперты проверяет лишь предыдущую сделку с квартирой. Логика такова: раз объект недвижимости прошел регистрацию и на нем нет обременений, значит, все законно. Но если мошенничество было совершено пять-шесть лет назад, до него просто могут не докопаться.

Так, в Самаре Джамиля Яфарова и ее дочь уже остались без крыши над головой. Их выселили из ипотечной квартиры в новостройке. Женщина стала жертвой двойных продаж. По документам на эту же недвижимость претендовал еще один человек. Он, как выяснилось, купил ее на семь лет раньше, но не поставил на учет в Росреестр.

Джамиля Яфарова: «Договор у них не был зарегистрирован. Номер дома был другой, номер квартиры тоже, площадь тоже другая. В суде они объясняли тем, что это были строительные чертежи проектные, а у меня уже фактические».

Банк, одобривший ей некогда ипотеку после проверки фирмы-продавца, не особо радел за права клиентки в суде. Однако первый процесс Джамиля выиграла. На руках был договор о покупке квартиры у застройщика, платежки за коммунальные услуги, чеки, подтверждающие расходы на ремонт. Но позже другая семья подала апелляцию, и областной суд признал право собственности за ней. К Джамиле пришли приставы, квартиру опечатали. Складывается совершенно абсурдная ситуация. Квартиры у человека нет, а ипотека есть. Причем банк еще и наложил на Яфарову штраф за пропущенные во время судебных разбирательств платежи — 200 тысяч рублей.

Как говорят эксперты, банки фактически не несут риски, связанные с оспариванием прав на квартиру, даже если проблемная недвижимость возвращается ко внезапно объявившемуся третьему лицу. Загнанным в угол оказывается заемщик — конечный добросовестный покупатель.

Денис Клюковский, независимый финансовый консультант: «Если человек берет квартиру в ипотеку, то риски все равно остаются. Обязательно нужно брать полную историю по квартире. Либо человек должен это делать сам, либо идти к профессионалам. Есть риелторы, которые профессионально этим занимаются и проверяют всю работу. Они за это и берут деньги. Банк этим не занимается».

Яфарову все же признали потерпевшей, дело возбудили в отношении фирмы-подрядчика. Только этот статус не освобождает от погашения ипотечного кредита.

В Общественной палате, где детально занимались изучением этой проблемы, признают: судебная практика за последние 15 лет сложилась не в пользу добросовестных приобретателей. Эксперты предложили ввести понятие «презумпция добросовестности». Новый закон поможет защитить граждан, которые, приобретая жилье, не знали о его «криминальном» прошлом. Он вступит в силу 1 января 2020 года.

Но как быть тем, кто попал в сложную ситуацию с квартирой до этого, пока не ясно. Авторы поправок считают, что новые правила должны распространяться на всех, и суды, вынося решение, тоже должны принимать это во внимание.