Климат: Большое Алиби
«На первый взгляд, пандемия и окружающая среда могут показаться дальними родственниками, но они гораздо ближе и более взаимосвязаны, чем мы думаем. […] Они по природе глобальны, и поэтому к ним можно подходить надлежащим образом только в глобальном масштабе».
«Если некоторые из привычек, которые мы вынуждены были принять во время пандемии, приведут к структурным изменениям в поведении, то климатические последствия могут быть иными».
Беспрецедентный и драконовский локдаун трети населения мира, проживающей в своих домах более месяца, не является жизнеспособной стратегией декарбонизации, поскольку, несмотря на это, мировая экономика продолжает выбрасывать в больших объёмах углекислый газ. […] Мы находимся только в начале длительного и болезненного восстановления, и для многих из нас мысль об устойчивости может показаться роскошью; но когда всё начнёт улучшаться, мы дружно вспомним, что существует причинно‑следственная связь между загрязнением воздуха и COVID-19. Тогда устойчивость перестанет быть вторичной, а изменение климата (столь тесно связанное с загрязнением воздуха) выйдет на первый план. То, что социологи называют «поведенческое заражение» (то, как отношение, идеи и поведение распространяются среди населения), могло бы оказать магическое воздействие!
«Правительства просвещённых лидеров подчинят свои планы стимулирования обязательствам по охране окружающей среды. Они будут, например, предлагать более щедрые финансовые условия компаниям с низкоуглеродными бизнес-моделями».
Примечания
Первое. Главная недоговорка Great Reset – это её по сути мальтузианский характер, «планетарная граница», оцениваемая немецким климатологом Гансом Иоахимом Шельнхубером в один миллиард жителей: «Это триумф для науки, потому что, по крайней мере, нам удалось что-то стабилизировать: а именно, оценить вместимость планеты, то есть один миллиард человек. Какой триумф! С другой стороны, мы ведь хотим попасть в это число? Я думаю, мы можем сделать мир намного лучше!» – с восторгом вещал он в 2009 году на конференции в Копенгагене, которую организовал совместно с принцем Чарльзом. В 1988 году отец последнего, принц Филипп, объяснил: «В случае реинкарнации я хотел бы вернуться как смертельный вирус, чтобы помочь решить проблему перенаселённости» (цитируется Deutsche Presse-Agentur).
Второе. Неудивительно, что ссылка, цитируемая в «COVID-19: Great Reset», укладывается в логику «Рокфеллеровских фондов», сформулированных экономистом Николасом Штерном, автором доклада 2006 года для британского правительства об «экономике изменения климата», в котором все согласны с «грубым манипулированием экономической методологией», лежащей в его основе. В качестве справочного документа приводятся также «Цели устойчивого развития» (SDGS), принятые ООН в 2015 году и собранные в «Повестке-2030» (Agenda-2030), в которых глобализм опускается на 17 пунктов в рейтинге доверия.
Третье. В качестве примеров реализации этой политики не только Европейская комиссия и её «зелёная сделка», но и демократический губернатор Нью-Йорка Эндрю Куомо (кстати, партнёр Джеффри Эпштейна) и британский банкир Марк Карни.
Карни – бывший губернатор Банка Англии, специальный посланник ООН по климатическому финансированию, назначенный на эту должность в декабре 2019 года. Его назначение произошло вскоре после того, как он призывал центральные банки на симпозиуме Джексона Хоула в августе 2019 года отказаться от доллара в качестве резервной валюты и принять новую синтетическую гегемоническую валюту, такую как Libra (проект криптовалюты Facebook****).
Марк Карни, член G30, совета Всемирного экономического форума и Бильдербергской группы, как и большинство игроков в операции «Covid‑19: Great Reset» (Билл Гейтс, Рокфеллеры, Майкл Блумберг, британская королевская семья и т.д.), цитируется в деле Эпштейна вместе со своей женой Дианой Фокс, которая также является послом Всемирного фонда дикой природы (WWF).
Четвёртое. Напомним, что на последнем Всемирном экономическом форуме было объявлено о решении Комиссии ООН по правам человека рассматривать в качестве полноправных «беженцев» тех, кто ссылается на глобальное потепление: «Мы должны подготовиться к резкому увеличению их числа […]. Я не осмелюсь привести точные цифры […], но это, вероятно, несколько миллионов» (Филиппо Гранди, Верховный комиссар ООН по делам беженцев, цитируется агентством «Рейтер», 21 января 2020 года).
За фальшивыми деньгами и долговым рабством – искусственный интеллект, контролируемый BlackRock
«Решительные, масштабные и оперативные меры реагирования на пандемию в области бюджетно-финансовой и кредитно-денежной политики».
«Барьер, который делает монетарные и фискальные власти независимыми друг от друга, в настоящее время демонтирован».
«Сюда приходит современная монетарная теория (ММТ) и «вертолётные» деньги: при нулевых процентных ставках центральные банки не могут стимулировать экономику традиционными монетарными инструментами, то есть снижением процентных ставок, если только они не решат пойти на глубоко отрицательные процентные ставки».
«Эти меры приведут к очень большому бюджетному дефициту, при этом отношение долга к ВВП в богатых странах, скорее всего, вырастет на 30%. На глобальном уровне общее стимулирование государственных расходов, вероятно, превысит 20% мирового ВВП в 2020 году».
Статус [доллара] в качестве резервной валюты не может длиться дольше, чем иностранная вера в способность держателя выполнять свои платежи. […] Есть ли жизнеспособные альтернативы? США остаются грозным мировым финансовым гегемоном… но верно и то, что многие страны хотели бы бросить вызов мировому господству доллара. […] Эта «непомерная привилегия» неразрывно связана с мировой властью, восприятием Соединённых Штатов как надёжного партнёра и их ролью в функционировании многосторонних учреждений.
«Что касается Соединённых Штатов, то их чрезмерная задолженность рано или поздно приведёт к ограничению расходов после восстановления, поскольку существует постоянная опасность того, что нынешний экономический кризис перерастёт в системный финансовый кризис».
Примечание
В дополнение к тонко завуалированной угрозе в адрес Дональда Трампа Давосский форум таким образом признаёт, что COVID-19 позволил применить современную монетарную теорию («вертолётные» деньги), продвигаемую центральными банками на Симпозиуме Джексона Хоула компанией BlackRock в августе 2019 года, чтобы отменить границу между монетарной и фискальной политикой.
Таким образом, центральные банки будут поддерживать «постоянный чрезвычайный фискальный механизм», который будет действовать, когда манипулирование процентными ставками перестанет работать, во избежание дефляции. Механизм, введённый «независимым экспертом», назначенным центральными банками.
А в марте 2020 года BlackRock получила этот мандат от Федеральной резервной системы (ФРС) – беспрепятственный контракт в соответствии с «законом о помощи в борьбе с коронавирусом, облегчении бремени и экономической безопасности» (известным как CARES) на развёртывание серой кассы, созданной казначейством в партнёрстве с ФРС, на сумму 454 миллиарда долларов США.
BlackRock была создана в 1988 году Ларри Финком и изначально являлась дочерней компанией Blackstone – инвестиционного фонда, основанного Стивеном Шварцманом (ранее Lehman Brothers) и бывшим министром торговли США Питером Г. Петерсоном (и кстати, президентом Совета по международным отношениям до самой его смерти в 2007 году). Впервые BlackRock увеличила свой баланс в 1990-х и 2000-х годах за счёт продвижения ипотечных ценных бумаг (MBS), что привело к резкому падению экономики в 2008 году.
Основываясь на своих знаниях в области ипотеки, FED уполномочило компанию BlackRock управлять «машинами специального назначения», используемыми для покупки «токсичных» активов у Bear Stearns и American Insurance Group (AIG), на что FED не имела юридических полномочий. Своей экспансией BlackRock обязана биржевым фондам (Exchange-Traded Funds, ETF) – экспоненциально растущему сектору, сконцентрированному в руках «Большой тройки» (BlackRock, Vanguard и State Street). К 2017 году «Большая тройка» стала акционером почти 90% компаний S&P 500 [фондовый индекс. – Ред.] и владела крупными пакетами акций мегабанков, крупных СМИ, Big Pharma и веб-гигантов.
В 2018 году расследование Investigate Europe «BlackRock – компания, которая владеет миром?» показало, что та «подрывает конкуренцию, удерживая акции конкурирующих компаний, и стирает границы между прямыми инвестициями и государственными делами, работая в тесном сотрудничестве с регулирующими органами».
Управление активами BlackRock осуществляется с помощью искусственного интеллекта через программное обеспечение Alladin, на которое возложена задача распределения средств Федерального резерва через одиннадцать «машин специального назначения», созданных в соответствии с законом о CARES.
Эти машины были разработаны для того, чтобы позволить ФРС финансировать покупку более рискованных активов на рынке, в основном ETF. Как объясняет Райан Клементс (Университет Дьюка): «ETF находятся в центре финансового кризиса COVID‑19».
В дополнение, чтобы спасти сектор ETF от краха, BlackRock взяла, по сути, бразды правления FED и поднялась на вершину системы, которую проектирует Great Reset.
Оригинальный материал без перевода можно прочесть здесь: https://faitsetdocuments.com/#abonnez
Источник: xnewsq.net
