Становление тележурналистики после 90-х годов

Социальный феномен любого рода, для которого характерно стремление к прогрессу, является феноменом с размытыми границами. Не является случайным тот факт, что отечественное телевидение перешло на новый этап в то же время, когда произошел распад СССР в 1991 году. Вместе с тем, в рамках этого периода телевидение само делится на две части, где первому характерен поиск других структур и форм, а также дезинтеграцией в постсоветское время. Те изменения, которые произошли в отечественном телевидении на фоне суверенизации и перехода к рыночным отношениям, только при первом приближении могут показаться неординарными. На самом деле же, они выступили лишь фактором ускорения этих процессов в телевидении. Такого рода события привели к беловежским соглашениям декабря 1991 года, когда в Беловежской пуще президенты России, Украины и Белоруссии обсуждали проблемы дальнейшего функционирования отечественного телевидения. Единое экономическое пространство имело призрачные возможности сохранить жизнь, в отличие от пространства информационного, которое сильнее не представлялось делимым. Тем не менее, следующее после событий деление общей собственности, повлекло за собой, не совсем предсказуемое, но необходимое сегментирование общего телевидения.

Гостелерадио СССР прекращает свое существование вместе с распадом СССР в 1991 году, Центральное телевидение становится государственной телерадиокомпанией «Останкино», которая, в конечном итоге стала московской компанией, а не каналом стран СНГ. Для бывших союзных республик автономная от Москвы работа не стала неожиданностью.

Общность информационного пространства по инерции после 1991 года еще сохранялась на протяжении какого-то времени, и контекст существования отечественного телевидения был еще такой, какой был сформирован на протяжении десятков лет. Трансформация первыми коснулась содержания программ и структуру организаций национальных телекомпаний. Но вместе с тем и Москва, ставшая центром республики РФ, закономерным образом потеряла свою роль координатора по отношению к Украине, Казахстану, Прибалтике и Средней Азии. Последующее развитие телекомпаний республик пошло своими путями, основанными на законодательстве и объективных факторов существования каждого отдельного государства. Очевидно, что производство новых технических инструментов вещания, гораздо более тяжелый и дорогой процесс, чем перераспределение уже имеющейся телевизионной собственности. Соответствуя принятым конституциям этих стран и другими нормативно-правовыми актами, местные телецентры, и всякая другая коммуникационная техника перешли в полное подчинение к национальным телекомпаниям.

Пользование правом перекоммутации каналов было вопросом времени, а потом и вовсе государства отказались полностью от трансляции московских программ, которым так и не суждено было стать транснациональными. Конечно, на этом отрезке пути проблема состояла не только лишь в содержании московских телепрограмм, множество передач от новостей до телесериалов, от спортивных репортажей до телеигр, всем этим контентом национальная аудитория была удовлетворена. А русский язык, должно быть, навеки будет средством межнациональной коммуникации на постсоветском пространстве. Распад общего телевизионного контекста проходил согласно причинам идеологического и экономического типа. К фактам идеологии можно отнести нежелательность политических акцентов при освещении актуальных событий в телевизионных программах Москвы, желание усилить влияние для формирования новой национально-государственной политики, и стремление улучшить поле употребления национального языка, которая еще не так давно была довольно узка.

Противоречия экономического характера начались с желания национальных телекомпаний заиметь часть рекламной прибыли, поскольку трансляция телепрограмм Российской Федерации на территорию постсоветских стран была заманчива для рекламодателей бывших общесоюзных телеканалов. После этого, государства, уже приобретшие автономность, решили продолжать трансляции из Москвы только в том случае, если Россия будет их оплачивать. В возникших в то время процессах дезинтеграции происходило много не совсем разумного, хоть и не совсем случайно. Со временем телекомпаниям удалось разработать гораздо более взаимовыгодные основы коммуникации.