После майских праздников 2021 года в Москве резко ускорился рост числа госпитализированных с осложнениями коронавируса и внебольничными пневмониями. В конце апреля в больницы попадали в среднем около тысячи человек в день, а в последнюю неделю — больше 1200. 13 и 14 мая были госпитализированы по 1324 человека, сообщил оперштаб по борьбе с коронавирусом. Число ежедневно поступающих в ковидные отделения подбирается к январским пикам. Власти столицы называют ситуацию «напряженной», но «не катастрофической», однако правильнее было бы назвать ее угрожающе-неопределенной. Даже более медленное, чем прошлой весной и осенью, распространение заболевания может привести к новому всплеску смертности от коронавируса, которая и без того в России была одной из самых высоких в мире.
НАСКОЛЬКО «НАПРЯЖЕНА» ОБСТАНОВКА В МОСКВЕ? И НАСКОЛЬКО ОНА ДАЛЕКА ОТ «КАТАСТРАФИЧЕСКОЙ»?
Критерии оценки, которыми пользовались чиновники мэрии, неизвестны. Важно и то, что сам термин «третья волна», скорее, бытовой, а не научный. Что известно точно — это темпы, с которыми растет число госпитализаций в Москве и нескольких других регионах. Эту метрику можно считать самым надежным из всех относительно оперативных показателей распространения вируса.
Что не так с другими?
Число госпитализаций в Москве растет с 20-х чисел марта (после двухмесячного спада, за время которого закрылись многие временные коронавирусные отделения московских больниц, открытые во время осенней «второй волны» эпидемии).
До начала мая рост был медленным: почти за 40 дней число людей, ежедневно попадающих в больницы, даже не удвоилось (если бы рост продолжался тем же темпом, то удвоение по сравнению с началом марта случилось бы через 55-60 дней, то есть к концу мая). Новая «волна» роста выглядела намного менее мощной, чем в сентябре, когда начался прошлый всплеск эпидемии — тогда число ежедневных госпитализаций удвоилось примерно за 20 дней.
В начале мая рост резко ускорился; если темпы сохранятся, среднее число госпитализированных за день с этого момента удвоится через 17-20 дней — то есть рост теперь похож на начало второй волны эпидемии в сентябре.
Однако пока нельзя с уверенностью сказать, является ли этот всплеск предвестником катастрофы, похожей на прошлую осень, когда в Москве от осложнений коронавируса умерли десятки тысяч человек, а по всей России — сотни тысяч. Эпидемиологическая ситуация в мае 2021 года радикально отличается от той, что была в сентябре.
В чем отличие?
Во время первой и особенно второй осенней волны эпидемии в Москве заражение перенесли около половины жителей — а, значит, они получили иммунитет.
ОТКУДА ЭТО ИЗВЕСТНО?
Еще около 10% горожан до середины мая получили хотя бы одну дозу вакцины. Это значит, что иммунитет к вирусу получили 50-60% граждан. Правда, неизвестно, насколько иммунитет, полученный при болезни весной и осенью 2020 года, защищает весной 2021-го и насколько часты повторные заражения среди таких людей.
Но, в любом случае, можно сказать, что у вируса сейчас намного меньше «доступных целей», чем было в начале сентября, когда привитых почти не было, а перенесших инфекцию (при том же IFR 0,65--0,75%) было 10-12 миллионов или меньше 10% населения.
И ЧТО ЭТИ РАЗЛИЧИЯ ОЗНАЧАЮТ НА ПРАКТИКЕ? ТРЕТЬЕЙ ВОЛНЫ НЕ БУДЕТ?
К сожалению, нельзя сказать точно, какова доля членов популяции, которая должна приобрести иммунитет, чтобы эпидемия была надежно остановлена. На то есть несколько причин:
В реальности крайне сложно подсчитать точную долю переболевших. Все методы подсчета дают лишь грубые оценки; но часто речь идет не просто о неточности, а о радикальных ошибках.
Точно так же сложно рассчитать, какой должна быть доля получивших иммунитет (так называемая концепция коллективного иммунитета), чтобы остановить эпидемию — в каждой стране, регионе и городе эта граница будет отличаться. Но даже для того, чтобы грубо посчитать «среднее по миру», данных недостаточно. Оценки отличаются на десятки процентных пунктов — от 50 и до 100%.
У разных вариантов вируса граница коллективного иммунитета может серьезно отличаться: чем заразнее вирус, тем большую долю популяции он может заразить, пока не иссякнут доступные ему «цели» и эпидемия не закончится. Дело осложняется тем, что в России недостаточно отслеживают распространение таких более заразных вариантов. Можно ориентироваться лишь на отрывочные данные о немногочисленных исследованных геномах вирусов и на косвенные данные. Так, нынешняя вспышка началась в Москве. В начале мая был зарегистрирован рост госпитализаций и в Санкт-Петербурге. В других регионах из тех, что публикуют данные о госпитализациях, роста пока нет. Это может означать, что вспышка в Москве (крупнейшем международном транспортном хабе в стране) вызвана завозными вариантами вируса, например более заразным британским, который ранее стал виновником очередной волны эпидемии в странах Европы.
Не до конца ясно, отличается ли иммунитет, полученный в результате заражения и вакцинации разными препаратами, как быстро он ослабевает у разных людей и от чего это зависит.
Но главная проблема в том, что сама концепция коллективного иммунитета — серьезное упрощение. В классическом виде она для простоты изучает популяции, в которых все члены имеют одинаковый шанс «проконтактировать» с любым другим. В реальной жизни, разумеется, такие популяции людей не встречаются: в каждом городе, районе и стране существуют разные группы с разной частотой контактов между членами и с представителями других групп.
На разных этапах эпидемии вирус распространялся в разных группах. В первые недели после попадания в Россию — среди тех, кто вернулся из-за границы, их родственников, друзей и коллег (в основном в Москве, Санкт-Петербурге, соседних областях и на Кавказе); затем — среди врачей, социальных работников и прочих «социально активных групп», которые не усадили на общий для страны карантин. К началу второй волны вирус распространился по всей России и затронул более широкие социальные группы, в том числе учащихся школ и вузов.
Вероятно, те, кто не переболели весной, осенью и зимой, принадлежат к наименее социально активным группам (например, к тем, кто год провел на удаленной работе и мало контактировал с людьми вне собственного дома). Часть членов этих групп может быть затронута новой вспышкой. При этом темпы роста заражений могут быть ниже, чем были осенью, из-за того, что люди из до сих пор «не охваченных» вирусом групп до сих пор имеют мало опасных контактов.
Сложно предсказать, как долго будет распространяться вирус в этих группах; проблема в том, что для статистики вспышка в этих группах как раз будет выглядеть как «напряженная, но не катастрофическая ситуация». Она, как сообщают СМИ со ссылкой на источники во власти, не требует введения жестких ограничений. В реальности, пока вакцинация идет крайне медленно, даже вялотекущая вспышка может привести к десяткам тысяч новых смертей.
Москвичи, это другая каста населения в нашей стране. Им всё нипочём. Наодтыхались в Турции? Вот и результат. И на майских праздниках, как и в прошлом году по всей России опять развезли эту заразу.
А кроме москвичей никто в Турции не отдыхает?! Бред не несите. Пока москвичи прошлой весной сидели по домам, в других городах и деревнях народ вселился в местных барах/клубах, прибавьте туда тот факт, что там на коронавирус всех подряд не тестируют, как, например, в Москве. Знаю случай, когда школьный учитель заболел (температура, потеря обоняния, кашель), сообщирюла на работу, там сказали выходи, у нас работать некому, и она вышла! Вот кому "всё нипочём"!
Да отдыхают, но, у абсолютного большинства населения России, за исключением москвичей нет загородных домов, дач в центральной части России. Я тоже могу привести десятки примеров, как в прошлом году москвичи открывались... В итоге, уехали в Москву, а во всех районах провинциальных городов был всплеск короны. В этом году как только объявили о закрытии Турции, только Москва летела до последнего дня на отдых, плевав на всё и всех.
А я думаю, что вакцинация не спасет от короны. Ведь природный иммунитет сильнее, чем полученный от вакцины. Вакцина же наоборот убивает природный иммунитет.