Беда.

Алиса боялась ночных звонков, поэтому всегда ставила телефон в беззвучный режим. В ту ночь ее разбудил Михаил.

— Алиса, твои родители…

— Что, что с ними, не молчи же.

— Похоже, дом сгорел.

— А мама и папа?

— Они живы, звонил Андрей Николаевич.

— Поехали.

Поселок в предрассветных зимних сумерках казался местом театральной декорации — клубы сизого дыма скрывали место, где раньше стояли добротные дома, росли деревья и гуляли люди. Что-то трещало, фонтаны оранжевых искр взлетали к равнодушному небу.

— Мишка, что это?

Но муж не ответил, он набирал номер родителей жены.

— Они у Воронцовых, я знаю, где это.

Не подъезжая близко к дымящемуся поселку, мужчина свернул на боковую дорогу. Все время, пока они ехали, Алиса молчала, смотрела невидящими глазами на освещенную фарами трассу и молчала. Мама выбежала к машине зятя, укутанная в какой-то плед.

— Мама, давай в машину, здесь тепло, — открыла дверцу Алиса. – Что произошло?

— Не знаю, доченька, — сдерживала рыдания Валентина Олеговна. – Дом наш… нет у нас больше дома.

— Главное, вы целы, где папа?

— Он на пожаре, боюсь за него.

— Пойду к Дмитрию Васильевичу, посмотрю, может, помочь чем.

— Миша, ты бы привел его, он второй час на морозе.

— Да, Миша, если согласится, родителей бы к нам увезти.

— Нет, я никуда не поеду, пока не увижу, что стало с нашим домом.

— Хорошо, подождем. Так что случилось?

— Мы спали, когда в окно постучали, ты же знаешь, у нас к дому не подойти, забор кругом… был. Митька подскочил и крикнул, что горим. Ну я заметалась, хорошо, хоть одеться успела. Мы к двери, а там уже полыхает. Не знаю, доченька, похоже, что поджог, одновременно сразу пять домов полыхнули.

— А как же вы выбрались? Через заднюю дверь и огород?

— Да, смотрим, соседи с двух сторон горят, мы огородами. Митька, было, бросился к Петровым, куда там, у них уже и задняя терраса занялась. А дальше, Алиса, я почти ничего не помню. Рыдала сидела, меня вот к себе Даша Воронцова увела. Мы там почти все у нее, погорельцы, — женщина заплакала. – Как мы теперь без дома-то?

— Как это без дома? Будете жить у нас, что-нибудь придумаем.

— Вам и без нас тесно.

— Ничего, справимся, главное, что живы-здоровы.

Потушили только к обеду, но на пепелище еще не пускали, работала следственная бригада, да и опасно было подходить близко, но и без того было понятно, что ничего не уцелело – сгорело или обуглилась настолько, что пользоваться этим нельзя.

Алиса и Михаил уговорили родителей ехать только вечером, когда те убедились, что спасать больше нечего. Добрались домой почти ночью. Алиса отправилась на кухню, а Михаил пошел в гараж за старой кроватью. После ужина все разошлись, но никому не спалось. Под утро все собрались на кухне.

— Не спится, — словно оправдываясь, произнес Дмитрий Васильевич.

— Вы бы шли, вам ведь завтра на работу, – добавила Валентина Олеговна.

— Да мы тоже уснуть не можем.

— Что же нам делать, не можем же мы у вас оставаться?

— Почему не можете? Да это и временно, — вдруг сказал Михаил.

— Почему временно? – удивилась Алиса.

— Получим страховку, приобретем все новое.

— Какую страховку? Мы не страховали дом.

— Застраховали мы с Алисой, ведь дом оформлен на нее. И потом, зять у вас кто? Правильно, страховщик, я привык думать о рисках.

— И сколько получим по страховке?

— Достаточно, мы добавим, если что… Я сегодня же, — Михаил посмотрел на часы, — займусь страховкой, а вы отдыхайте, вам еще документы восстанавливать, а потом и жилье искать.

Новый дом они приобрели через десять месяцев, к тому времени человек, устроивший поджоги, был задержан, им оказался сильно пьющий бывший муж их соседки. Он плохо помнил, зачем поджигал соседние дома, лишь твердил, что, наверное, за дело, соседи всегда его осуждали.

источник