Стояние Зои Карнауховой. Каменная Зоя – правда или миф? Окаменевшая девушка Замерла с иконой в руках. Часть 2.

Часть 2.

О чуде мгновенно узнает весь город, и в этом сходятся все версии легенды. Уже на следующий день у дома собирается огромная толпа любопытных, до тысячи человек, и люди все прибывают. Они пытаются проникнуть в дом и увидеть каменную девушку своими глазами. Власти города выставляют заграждение из конной милиции и тем самым только подогревают интерес.

Церковь и партия признают, что горожане стали проявлять больший интерес к вере. Рассказывают даже о дефиците нательных крестов. Власти реагируют на это созывом областной партконференции. Первый секретарь Куйбышевского обкома КПСС Михаил Ефремов произносит следующую речь: «Да, произошло это чудо - позорное для нас, коммунистов, руководителей парторганов. Какая-то старушка шла и сказала: вот в этом доме танцевала молодежь, и одна охальница стала танцевать с иконой и окаменела. После этого стали говорить: окаменела, одеревенела - и пошло. Начал собираться народ, потому что неумело поступили руководители милицейских органов. Видно, и еще кто-то приложил к этому руку. Тут же поставили милицейский пост, а где милиция, туда и глаза. Мало оказалось милиции, так как народ все прибывал, выставили конную милицию. А народ, раз так, - все туда. Некоторые даже додумались до того, что вносили предложение послать туда попов для ликвидации этого позорного явления…»

По результатам партконференции в газете «Волжская коммуна» от 24 января 1956 года выходит статья «Дикий случай», в ней говорится: «Случай на Чкаловской улице - дикий, позорный случай. Он служит упреком в адрес пропагандистских работников горкома и райкомов КПСС. Пусть же уродливая гримаса старого быта, которую многие из нас видели в те дни, станет для них уроком и предостережением». После этого в Куйбышеве о чуде узнают абсолютно все.

Легенда обрастает новыми подробностями о поседевшем от страха милиционере и врачах «скорой», ломавших иглы о каменную кожу Зои. Кроме того, на партконференции принято решение усилить антирелигиозную пропаганду. Количество атеистических лекций в Куйбышеве за 1956 год переваливает за несколько тысяч. Это, разумеется, только подогревает религиозный ажиотаж. Как церковь, так и партия признают, что горожане стали проявлять больший интерес к вере. Рассказывают даже о дефиците нательных крестов.Легенда, как и положено, обрастает новыми подробностями о поседевшем от страха милиционере, стоявшем в оцеплении, и врачах «скорой», ломавших иглы о каменную кожу Зои. Безымянные священники также не в силах помочь окаменевшей, и тогда в истории появляется иеромонах Серафим. Ему удается извлечь икону из рук Зои. Он же говорит, что ее стояние продлится сто двадцать восемь дней - до Пасхи. В церковных источниках говорится, что после этого отца Серафима посадили на три года. В дальнейшем его многократно спрашивали о стоянии Зои, но ни одно его высказывание не опровергает и не подтверждает истинность чуда.

Тем временем Зоя стоит четыре месяца. 4 мая 1956 года в Куйбышеве по адресу: ул. Чкалова, 84, появляется сам Николай Угодник. Он дважды пытается попасть к каменной Зое, но милиция не дает ему войти. На третий день охрана его, наконец, пропускает. «Ну что, устала стоять?», - обращается Святитель Николай к девушке, и исчезает. Стояние Зои заканчивается. Девушка оживает и просит всех молиться. Жизнь свою она заканчивает в монастыре.

В более приземленной, но не менее мистической версии для скептиков, через сто двадцать восемь дней каменную Зою вырезают вместе с куском пола и помещают в спецлечебницу КГБ, где ее также возвращают к жизни, но навсегда оставляют в заточении.

В мае 2012 года около дома на Чкалова, 84 установлена скульптура святого Николая Чудотворца. 12 мая 2014 года дом сгорел, но легенда продолжает обрастать новыми подробностями и свидетелями и в наше время.Один из главных доводов сторонников чуда - неоспоримый факт всенародного интереса в дни стояния Зои. Но сила слухов - это мощная вещь, и Самара своей недавней историей демонстрирует, как город может сойти с ума за один день, и, например.

Другой вопрос: как мог появиться этот почти библейский сюжет в советском промышленном городе середины XX века? Косвенный ответ можно найти в демографии. Город менялся, менялись поколения его жителей, а вместе с ними и легенды.

Тихая Самара 1918 года, ставшая , насчитывала около ста сорока пяти тысяч человек. Во время стояния Зои, в 1956 году, горожан было уже семьсот шестьдесят тысяч. Такой огромный прирост населения дали работники авиационных заводов, люди, приехавшие из деревень и столкнувшиеся с новой для них городской жизнью. Во многих источниках Зою называют «комсомолкой» без всякой на то причины. Работница «трубочного завода», оторвавшаяся от корней, - это самая логичная фигура для подобной легенды. Через четырнадцать лет перепись 1970 года, когда на улицах Куйбышева появится маньяк « », впервые объявит город «миллиоником». И Самара по численности окончательно станет большой деревней, такой, какой знаем ее мы.

Это чрезвычайное и загадочное событие как утверждается произошло 31 декабря 1956 года в доме 84 по улице Чкалова. В нём жила обычная женщина Клавдия Болонкина, сын которой надумал пригласить в новогоднюю ночь своих друзей. Среди приглашённых была девушка Зоя, с которой Николай незадолго до этого начал встречаться.

Все подруги — с кавалерами, а Зоя всё сидела одна, Коля задерживался. Когда начались танцы, она заявила: «Если нет моего Николая, буду с Николой Угодником танцевать!» И направилась к углу, где висели иконы. Друзья ужаснулись: «Зоя, это грех», но она сказала: «Если есть Бог, пусть он меня накажет!» Взяла икону, прижала к груди. Вошла в круг танцующих и вдруг застыла, словно вросла в пол. Её невозможно было сдвинуть с места, а икону нельзя было взять из рук — она будто приклеилась намертво.

Внешних признаков жизни девушка не подавала. Но в области сердца был слышен едва уловимый стук.

Продолжение следует...