Все репрессированные жители Свердловска получили 27419 лет лагерей. Исследование музея истории

В Музее истории Екатеринбурга прошла презентация исследования «Цифры памяти: репрессированный Свердловск». Его авторы в течение года анализировали 10 томов «Книги памяти жертв политических репрессий Свердловской области» и вывели статистику о репрессированных с 1930 по 1950 год жителях Свердловска. К каким выводам пришли исследователи — в материале Znak.com.

«Эта цифра не окончательная»

По словам одного из авторов исследования, научного сотрудника Музея истории Екатеринбурга Елены Шушариной, за время работы было найдено 6976 горожан, подвергнутых репрессиям во время «Большого террора». Эта цифра не окончательная. Она основана на открытых и официальных данных, поэтому реальное число репрессированных может быть гораздо больше.

В «Книгу памяти» вошли не все: часть людей — из-за того, что они скончались во время следствия, не дождавшись приговора, часть была арестована вне города или успела выйти на свободу.

Другая часть засекреченных данных все еще хранится в ФСБ. Одна из слушательниц лекции во время мероприятия вспомнила историю экс-сотрудника УФСБ по Свердловской области Леонида Плотникова, который занимался реабилитацией осужденных с начала 1990-х. Он покончил с собой в 2013 году у мемориала жертвам политических репрессий на Московском тракте. В своей предсмертной записке Плотников попросил прощения за репрессии и призвал людей «беречь друг друга».

Процедура реабилитации какое-то время проходила только с инициации родственников. «Очень много писали Климу Ворошилову. Когда читаешь эти письма, становится странно, что они писали ему в извинительном тоне, мол, от вас наша семья пострадала, так еще и извините, что мы пишем об этом. Вызывались коллеги, у которых спрашивали, ругал ли осужденный власть. У всех был один ответ, что они не помнят текста протокола и просто подписывали его. В 1950–1960 годы, если были живы свидетели, то их вызывали и допрашивали. Когда дело было групповое и родных у человека не было, то его автоматически реабилитировали, если были реабилитированы фигуранты дела. В 1980–1990 годы была реабилитация тех, у кого вообще не было родных», — рассказала Шушарина.

Почти половину из арестованных мужчин — 2755 человек — расстреляли. К высшей мере наказания также приговорили 192 женщин. Самые массовые расстрелы были 9 декабря 1937 года (21 человек), 13 декабря 1937 года (13 человек) и 7 января 1938 года (28 человек).

3707 человек отправили в исправительно-трудовой лагерь (ИТЛ).

Сумма всех сроков репрессированных в годы «Большого террора» жителей Свердловска — 27419 лет.

Людей спасало, если удавалось тянуть время. Если они переживали 1937–1938 годы, то шанс избежать расстрела возрастал. Например, Христофор и Жан Берланды оба себя оговорили. Жан потом отказался от слов, сказав следователю, что показания были добыты через издевательства. Христофора расстреляли, а Жана — нет. Были в том числе сталинские расстрельные списки. Давали разнарядку. На севере Свердловской области, к примеру, было очень много финнов, которые валили здесь лес. Их многих расстреливали», — добавила Шушарина.

Среди репрессированных — более 46 национальностей. В основном — русские

Среди репрессированных в Свердловске были люди 46 национальностей. Большая часть из них — русские, затем шли украинцы, евреи, белорусы, поляки и немцы. Были и французы, греки, австрийцы, венгры, болгары, китайцы, литовцы, ассирийцы, сербы и другие. Порой исследователям было сложно определить точную национальность осужденного, так как в процессе либо НКВД «подгоняли» по разнарядке нужную нацию, либо осужденные вписывали в анкету другое гражданство. Отец актера, уроженца Свердловска Альберта Филозова вписал в документ, что он еврей, хотя и из польского города Лодзь. В этом городе, где нацисты сделали гетто для евреев, проживало более 200 тыс. людей с израильскими корнями.

Самым молодым осужденным был 15-летний Иван Плешивых, ученик шестой группы школы № 29. Он получил срок в виде 5 лет трудовой колонии за то, что в школе признался в ненависти к советской власти, которая отправила его отца Алексея на 10 лет в ИТЛ.

Самой пожилой осужденной — 80 лет. Феонию Беляеву отправили в ссылку в Казахстан на 3 года, где она и умерла. Беляева была последней настоятельницей Ново-Тихвинского монастыря. После закрытия монастыря монахини создавали общины и тайно молились. На них написали донос.

Основное число репрессированных — обычные рабочие

«Очень часто говорят, что наверняка арестовывали только начальников и, наверное, было за что. Но огромная цифра по сравнению с другими категориями — 514 репрессированных — составляют грузчики, вахтеры и разнорабочие. Половина из них была расстреляна», — сказала Шушарина.

По статистике, репрессировали 544 работника Российской железной дороги, 642 бухгалтера и экономиста, 359 студентов (236 из них приговорены к расстрелу), 156 портных, швей, сапожников, 180 учителей и воспитателей, 173 военнослужащих, часть из которых по старым законам призывалась на обязательную службу в армию адмирала Александра Колчака, 136 работников Верх-Исетского завода, 48 священнослужителей и старообрядцев (среди были жители поселка Шарташ), 70 медработников, 30 журналистов и литработников, 23 актера и режиссера и многих других.

Как рассказала Шушарина, в дальнейшем работа по поиску репрессированных будет продолжена.

Авторы исследования: научный сотрудник Музея истории Екатеринбурга Елена Шушарина, студенты Екатеринбургской академии современного искусства Дмитрий Писцов и Полина Шураева и старший преподаватель кафедры прикладной информатики Наталья Сероштанова.

Оригинал статьи

(Сканируй код и открывай в смартфоне!)