Сегодня. Россияне массово прощаются с работодателями

Новым точкам роста не хватает свободы капитала

Вызванная пандемией смена приоритетов привела в странах к перенаправлению потоков капитала, появлению новых точек роста с учетом меняющегося спроса. Одна из иллюстраций – «великая миграция» на рынках труда. Только за сентябрь в США уволились рекордные 4,4 млн человек, люди меняли работу. Другая иллюстрация из США – трансформация спроса на жилье, в том числе модульное. В России тоже пик увольнений по собственному желанию – их доля, по оценкам HeadHunter (HH), около 60%. Масштабы перетока рабочей силы в РФ – 2–3 млн человек за квартал. Но, по оценкам экспертов, в стране пока не созданы достаточные условия для свободного движения капиталов: сказываются инертность финансовой системы и косность структуры экономики.

Во втором и третьем кварталах этого года в России зафиксирован пик увольнений по собственному желанию, сообщили в своем обзоре специалисты платформы онлайн-рекрутинга HeadHunter. Имеются в виду увольнения из-за личной неудовлетворенности уровнем зарплаты, атмосферой в коллективе, руководством и т.д. Анализ составлен на основе ежеквартальных опросов настроений работников на рынке труда, в которых принимают участие не менее 20 тыс. респондентов.

В частности, доля увольнений по собственному желанию составила 61% во втором квартале текущего года и 59% в третьем квартале, что стало рекордом «за всю историю наблюдений» начиная с 2015 года. «За год доля этой причины увольнений выросла на 13 процентных пунктов», – добавили исследователи.

Как сообщили в HH, лидерами по увольнениям по собственному желанию осенью 2021 года стали работники, занятые в сфере продаж (68%), а также на производстве, в автомобильном бизнесе, туризме и общепите – по 64% в каждой профобласти.

На увольнения по сокращению штатов по итогам третьего квартала приходилось около 7% – это «минимальное значение за все время наблюдений». Число увольнений в связи с реорганизацией компании составило осенью 2021-го примерно 6%. Доля увольнений за нарушение трудовой дисциплины, невыполнение плана и рабочих задач находится на уровне 1%. Наконец, доля увольнений по необозначенным причинам составила в третьем квартале 2021-го 27%.

Несмотря на всплеск увольнений, безработица сейчас снижается. В целом по России «уровень занятости превысил допандемические значения», сообщил секретариат вице-премьера Татьяны Голиковой.

Аналитическая служба международной аудиторско-консалтинговой сети FinExpertiza ранее указала на «аномальную мобильность» на российском рынке труда. Как сообщили эксперты, проанализировав данные официальной статистики, во втором квартале 2021-го российские крупные и средние предприятия покинули 2,66 млн работников, что превысило квартальные показатели коронакризисного 2020 года. При этом если рассматривать именно период с апреля по июнь, то «во втором квартале 2021-го количество увольнений оказалось рекордным как минимум с 2013 года включительно».

«Волна увольнений, однако, была компенсирована высокими темпами найма. Предприятия приняли на работу 2,35 млн человек, что также является сезонным рекордом – такой рекрутинговой активности в апреле–июне не отмечалось за последние восемь лет», – сообщили в FinExpertiza.

«В России существует условный «социальный запрет» на увольнения, и работодатели зачастую предпочитают сохранять рабочие места ценой оптимизации зарплатного фонда... Между тем слишком низкая доля увольнений в экономике часто связана с застойными явлениями, не позволяет в достаточной мере повышать зарплаты и является оборотной стороной низкой производительности труда», – пояснила президент FinExpertiza Global Елена Трубникова. Поэтому, как она отметила, рост увольнений не всегда можно трактовать только как негативный тренд.

«Скачкообразное увеличение количества вакансий на рынке не связано с увеличением бизнеса компаний в таком объеме, в каком растет количество открытых позиций. А оно выросло по сравнению с началом года уже на 40%, – сообщил «НГ» вице-президент по операционному управлению группы компаний ANCOR Алексей Миронов. – Это связано именно с тем, что сотрудники на выходе из пандемии из-за переосмысления ценностей и своего карьерного развития решили поменять работу».

К тому же в России очень усилилась за последние годы межотраслевая конкуренция, считает эксперт. «Около 10 лет назад отрасли были достаточно закрытыми, и профессионалы развивались внутри своего направления. Хороший пример – банковская сфера, – говорит Миронов. – Раньше финансовые сотрудники строили свою карьеру в этой нише, а сейчас банки в большом количестве нанимают специалистов из самых разных отраслей, и не только IT-специалистов. Так что один из драйверов массовой смены работы – межотраслевые переходы».

По словам эксперта, не нужно подозревать, что все уходы «по собственному…» на самом деле таковыми не являются, а оказываются увольнением под давлением работодателя. Хотя и такие вынужденные увольнения тоже случаются, но, судя по оценкам эксперта, они в меньшинстве.

«За последний год произошло явное доминирование потребностей и интересов кандидата. Причем это касается представителей всех массовых профессий», – обратил внимание управляющий директор «Авито Работы» Артем Кумпель.

Россия сейчас вписывается в тренд «великая миграция», который можно наблюдать на рынках труда и в других странах. Так, в США за один только сентябрь, по данным Министерства труда США, уволилось рекордное число американцев – около 4,4 млн человек. При этом, как сообщает Financial Times, экономисты считают, что у большинства уволившихся были на примете другие должности, потому что участие в рабочей силе остается стабильным с момента спада в 2020 году, сообщает издание.

Одновременно с этим видоизменяется спрос американцев на жилье. Как сообщает Wall Street Journal, по данным Бюро переписи населения, в этом году впервые с 2006 года промышленность планирует поставить более 100 тыс. новых модульных домов. Администрация Байдена указала на такое модульное, «промышленное» жилье как на одно из решений нехватки доступного жилья в условиях растущего спроса и подскочивших цен. Ведь сборные дома оказываются примерно в три-четыре раза дешевле обычных.

Фактически другие страны демонстрируют, что вызванная пандемией смена приоритетов приводит к перенаправлению потоков капитала, появлению новых точек роста и перспективных сегментов рынка, которые расцветают вслед за меняющимся спросом, а затем, возможно, опять-таки вслед за спросом «отмирают» или трансформируются во что-то новое.

В России же, по оценкам экспертов, вопреки тому, что она подвержена и глобальным тенденциям, для такой свободы капитала пока создано недостаточно условий. «Разные западные и условно западные экономики (Япония и Австралия) демонстрируют очень разную подвижность капитала – американская, наверное, самая подвижная, а германская или французская более косные. Это зависит от устройства банковских систем и рынка ценных бумаг», – пояснил «НГ» доцент департамента прикладной экономики факультета экономических наук НИУ ВШЭ Антон Табах. «На развитых рынках есть достаточно финансового капитала, чтобы поддержать любые новые инвестиции и развивать точки роста в новых отраслях», – продолжил директор центра исследования финансовых технологий и цифровой экономики «Сколково–РЭШ» Олег Шибанов.

Причем, как следует из пояснений экспертов, именно финансовая система играет здесь главенствующую роль, а даже не структура экономики. «В той же Австралии структура тоже довольно косная, но капитал крайне мобилен», – уточнил Табах. «Вопрос гибкости экономики скорее связан с тем, насколько легко или сложно привлекать капитал и строить новые компании в условиях большого финансового и банковского сектора, как в США, или меньшего по объемам финансового сектора, как во многих развивающихся странах, – отметил Шибанов. – Вероятно, развитым странам легче привлекать средства для инвестиций, и из-за этого проще построить и новые отрасли».

В экономике РФ предпосылки для подобной свободы для капитала увидели не все эксперты. «У нас банковская система и рынок ценных бумаг сильно зависят от государства и его политики, в том числе бюджетных средств, а уровень свободно обращающихся средств заметно ниже, чем даже в довольно косных европейских экономиках, высокие реальные процентные ставки также ограничивают мобильность», – пояснил Табах. Проблема это для России или нет – вопрос, по мнению эксперта, сложный: «В кризис инертная экономика лучше справляется, но в мирное время она хуже растет».

Хотя, как уточнил исполнительный директор департамента компании «Универ Капитал» Артем Тузов, «в России нет проблемы как с перетоком капитала внутри страны, так и с бизнес-проектами», но есть трудности из-за «зависимости крупного капитала от чиновников на местах, которые могут как значительно упростить жизнь бизнесу, так и ограничить конкуренцию».

Мобильность рабочей силы, по его мнению, так же имеет большое значение: «Реализация строительных проектов на Дальнем востоке сталкивается с отсутствием персонала. Не все проекты достаточно рентабельны, чтобы завозить рабочую силу из центральных регионов России». «У нас дорогое жилье – главный тормоз для свободного перетока рабочей силы. И косная структура экономики – это скорее не причина, а следствие: без жилья на новое предприятие не пойдешь, а на жилье не накопишь», – добавил к этому научный руководитель Института региональных проблем Дмитрий Журавлев.

Как ранее сообщал руководитель направления Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования Дмитрий Белоусов, «у нас огромное количество людей получают минимальную зарплату, работая на низкопроизводительных местах». А ведь этим кадровым потенциалом можно было бы воспользоваться, будь в стране развитая система профессионального переобучения, социального страхования, дешевый рынок жилья, возможности для мобильности граждан между отраслями и регионами, будь выше инвестиционная активность бизнеса.

Источник новости