Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) созвала экстренное совещание из-за нового штамма коронавируса. Его обнаружили на юге Африки и в Гонконге.
Новому штамму присвоили греческую букву омикрон (O). Эксперты пришли к выводу, что вирус B.1.1.529 после целой серии мутаций может влиять на содержание протеина организма. Проблема в том, что существующие сейчас вакцины могут быть не столь эффективны при таком изменении.
Потенциально «Омикрон» может быть опаснее всех других вариантов COVID-19, включая «Дельту». При этом «Дельта» AY.4.2 вызывает озабоченность вирусологов всего мира. Правда в России она пока, слава богу, не сильно распространяется — рассказали «Известиям» в ЦНИИ эпидемиологии «Роспотребнадзора». С момента обнаружения у нас по-прежнему «зафиксированы только единичные заражения».
За последние недели новый штамм вируса был выявлен в Ботсване, Бельгии, Израиле и Гонконге. Доберется ли он до России, и готова ли к этому наше здравоохранение?
Доктор медицинских наук, врач-эпидемиолог Игорь Гундаров предполагает, что теоретически можно создавать «центры по выявлению новых мутаций» по всей территории планеты, которые будут постоянно отслеживать появление всех новинок:
— И тогда мы вдруг обнаружим всевозможные мутации: Владивостокскую, Хабаровскую, Читинскую, Краснодарскую. А так же мутацию деревни Булатово, где у меня дача. Природа вируса как раз и заключается в том, чтобы мутировать. Сейчас таких исследовательских лабораторий не так уж много и поэтому появляющиеся открытия воспринимаются так сенсационно.
Неосведомленность о природе вируса заставляет нас с ужасом следить за появлением новых мутаций. А может быть, это делается сознательно? Но мутации — это суть вируса. Он так приспосабливается к окружающим условиям. Условно говоря «заметает следы», чтобы его не настигли вредные для него факторы, в том числе вирус уходит от той опасности, которую ему создают люди с помощью лекарств. А он меняет свою структуру, и для него становится не опасным то, от чего вирус вчера погибал.
— Значит, ничего исключительного в мутациях нет?
— Они порой перечеркивают уверенность в своей правоте некоторых наших организаторов здравоохранения. Помните, что Александр Гинцбург говорил в прошлом году: «Мы создали вакцину, которая будет действовать два года!» Он обещал ее эффективность, чуть ли не против всех штаммов. Но прошло несколько месяцев, и — появились другие мутации. Оказалось, что эффективность вакцины в реальности… раза в три меньше чем планировали. Утверждали, что ее эффективность чуть ли не 95%, но в реальности — не больше 80%. А теперь стало 25%. Что это за вакцина, которая эффективна только на четверть? Возникает вопрос: почему вы вкалываете населению такую вакцину, ведь ее эффективность столь незначительна?
Так что появление новых штаммов — процесс естественный. На мой взгляд, дело в другом: жаль что Роспотребнадзор не говорит о превышении эпидемиологических порогов. Нужно сообщать про это, а не говорить про тесты: сколько протестировано и сколько выявлено вновь заболевших — не понятно, что это вообще такое? Они нам сообщают число выявленных. А оно зависит от количества проведенных тестов, которые сами по себе не слишком точные. Но чем больше будем делать тестов — тем больше выявим новых заболевших. И чем меньше тестов, тем меньше выявленных больных. Они могут вообще исчезнуть.
-Что же теперь делать, как бороться с заразой?
— Если все делать грамотно, по эпидемиологическим критериям, то нужно говорить: сколько выявлено заболевших на тысячу проведенных тестов. Это банальная статистика, но ее не просчитывают. Наверное, потому, что в этом случае станет труднее манипулировать людьми?
В принципе Роспотребнадзор отслеживает соответствие эпидемиологической ситуации пороговым значениям, которые меняются. Для каждого месяца — свои значения. Иногда говорят: пороговые значения не превышены или превышены в таких-то регионах.
Они перечисляют три-четыре основных циркулирующих вируса. Причем SarsCov-2 — никак не упомянут в структуре вирусной нагрузки. Я проследил десятки сообщений Роспотребнадзора. Нам внушили, что опасен только ковид, но ведь и другие вирусы никуда не делись.
Эпидемия — это как раз ситуация, когда наблюдается значительно превышение эпидемиологических порогов. Но нет цифр об этом превышении. А пандемия — это эпидемии во многих странах. Однако цифр превышения порогов нам не дают нигде.
Важно помнить, что всевозможные вирусы: стрептококки, стафилококки, пневмовирусы, риновирусы — существуют с нами постоянно. И коронавирус давно известен. Попытка его уничтожить — глупость, мы этого сделать не сможем. Нужно только следить за тем, чтобы уровень этих вирусов не превышал допустимого — это и называется эпидемиологическим порогом.
— Легко ли его рассчитать или это сложная задача, типа бинома Ньютона? Может быть, методика определения порога заболеваемости короновирусом еще не определена?
— Но есть же способы определения наличия острых респираторно вирусных инфекций (ОРВИ). Их пороги — меняются в зависимости от сезона. Летом — ниже, зимой — выше. Обычно объявляется, что распространенность вируса «не превышает установленный порог».
К определенным устойчивым вирусам, вроде кори или оспы, выработан такой четко фиксированный уровень. А в отношении сезонных вирусных инфекций наблюдается их взаимодействие. Например, увеличение заболеваемости гриппом ведет к снижению заболеваемости Covid-19 и наоборот. Следует их рассматривать не отдельно, а суммарно: весь набор острых респираторных заболеваний, вирусных инфекций ОРЗ/ОРВИ. И считать суммарно, включая короновирус.
— Следить за каждым из многочисленных вирусов в отдельности невозможно. И то же самое следить за всеми штаммами короновируса — глупость. Важна только суммарная величина всей вирусной нагрузки…
А пока вариант AY.4.2, активно захватывает Великобританию и другие европейские страны, но почему-то не очень распространяется в России. Руководитель группы геномики и постгеномных технологий ЦНИИ Эпидемиологии Роспотребнадзора Анна Сперанская рассказала журналистам, что количество выявленных геномов SARS-CoV-2 — не изменилось с момента обнаружения у нас страшной «Дельты». А это уже на протяжении пары месяцев. Данный штамм пока не распространяется — фиксируются лишь единичные случаи. Так в Москве и Подмосковье выявлены три случая заражения мутацией. Но это лишь один из сорока пяти подвидов коронавирусной «Дельты».
Самые характерные его мутации это Y145H и A222V. Они тоже спаивают белок в наших клетках. Но не так катастрофически. Нельзя сказать, что чуть что и «начнется цитокиновый шторм», просто заразность высокая. По мнению ученых из Института генетики Лондонского университета, самая заразная мутация из выявленных с начала пандемии — на 10−15% заразнее, чем предыдущие. Но по выводам, сделанным Национальным агентством здравоохранения Великобритании, разница в опасности попасть в больницу с острой формой ничтожна, на уровне статистической погрешности.
У нас, в отличие от чопорных британцев пока все как обычно. Но возможно в будущем — раскочегарится? Ведь всегда так: медленно запрягаем, но быстро едем, и вирусы у нас такие. Одна надежда на уровень личного и коллективного иммунитета.
Источник:
- https://svpressa.ru/health/article/317451/
