«Он определял своим творчеством нашу эпоху»

В Москве простились с музыкантом Александром Градским

В среду в Москве простились с композитором Александром Градским, который ушел из жизни в ночь на 28 ноября в возрасте 72 лет. В сентябре он перенес COVID-19 и с тех пор плохо себя чувствовал, но продолжал трудиться. Коллегам так и не удалось убедить его отдохнуть: в этом и был весь Градский, говорили они на прощании.

Прощание с Александром Градским проходило в театре, который носит его имя, «Градский Холл». С утра из переполненных вагонов на станции метро «Добрынинская» выходили люди с букетами цветов, поднимались с ними по эскалатору и несли в театр через заснеженную улицу. У ворот собрались тысячи поклонников Градского. Медленной вереницей они проходили в вестибюль, а оттуда в зал. На панихиде не было слышно щелчков фотокамер: по просьбе семьи журналистов с аппаратурой в зал не пускали.

На сцене стоял гроб с телом музыканта. Он был окружен венками, а по краям, как солдаты, в черной одежде стояли артисты театра — воспитанники знаменитого композитора. Известный своим взрывным темпераментом Александр Градский умиротворенно лежал в окружении венков и цветов; его белые волосы рассыпались по подушке, а глаза прикрывали неизменные затемненные очки.

Как вспоминали на прощании друзья композитора, в советские годы ни одно влиятельное лицо из органов культуры так и не смогло заставить Градского избавиться от «неформатной» прически и щегольских очков.

Им приходилось мириться с его «западным» имиджем, признавая выдающийся талант. Так же и его окружению приходилось смиряться с непростым характером композитора; работать с таким человеком — уже награда. На прощание с Градским пришла вся Москва: известные артисты и деятели шоу-бизнеса терялись на фоне самых обычных людей — слушателей, зрителей, поклонников… На фоне публики.

О заслугах «одного из самых живых людей» рассказал директор «Первого канала» Константин Эрнст. «Все его деяния останутся после него,— говорил господин Эрнст в тишине.— Это человек, который предъявлял к себе, к окружающим самые высокие требования. Собственно, неживым он не является и не будет никогда».

Слова об отце произнесли дети композитора Мария и Даниил. «Он был со сложным взрывным характером, но с бесконечно огромным сердцем. У него было потрясающее чувство юмора, он был невероятно ироничный. Всегда стоял на своем, воевать с ним было трудно всем, и воевали до последнего… Сейчас мы увидели, сколько людей пришли с ним попрощаться, увидели, что мы не одни. Спасибо всем, кто пришел, подумал, помолился. Спасибо от нашей семьи»,— говорила Мария. Они с братом попросили поддержать артистов театра, за создание которого Градский «боролся с 1991 года и всего шесть лет успел в нем поработать». «Он любил отдавать, всегда говорил — отдай больше, потом вернется,— вспоминал Даниил.— Мы не знаем, сможем ли сохранить уникальную труппу. Артисты театра — тоже дети нашего отца, и они сейчас осиротели, они в горе, как и мы».

Каждый из молодых артистов театра «Градский Холл» произнес теплые слова о своем наставнике. Который, как они утверждали, был для них чем-то большим, чем руководитель.

Всю церемонию прощания из колонок звучали песни Александра Градского — и только теперь вдруг стало очевидно, как много в его творчестве было размышлений о смерти, о следе, который оставляет человек. Но также — и о новой жизни.