Наш деда живучий…

Тогда, в сорок третьем, он приехал в отпуск. «Кукурузник» приземлился на пригорке, возле хутора. Молодой, худощавый военный в сапогах и хрустящей портупее упруго спрыгнул на землю. К самолету со всех ног бежали хуторские мальчишки. Наверное, в то время Клава, пятнадцатилетняя девчонка – подросток глянула и поняла: это он. Единственный. На всю жизнь. В сорок пятом, когда он вернулся с войны раненый, с палочкой, она не изменила своему чувству.

Ранение в позвоночник сделали его ноги непослушными. Но он не унывает. И считает, что физически здоров.

В День Победы он рассказывает школьникам о войне. Возвращается из школы с цветами в руках.

Внукам он часто помогает готовиться к урокам и экзаменам.

«Дедоча, да откуда ты столько знаешь?» - удивляется внучка.

Газеты он прочитывает залпом. Книги – раздумчиво. Память, как губка впитывает дни рождения президентов, глубины озер, население городов мира. Зачем ему это? Жизнь интересна. И многогранна. Она не должна замыкаться на домашнем хозяйстве, на мирке четырех стен.

Убеждать он умеет спокойно, без крика, без надрыва. Пришел как-то в поликлинику сделать снимок легких. « Но Вы же не из нашей области» - удивился врач.

« Дорогой Генрих Абрамович-тихо и даже как-то меланхолично проговорил Виктор Тихонович – я освобождал и Воронежскую и Ворошиловградскую область».

« Ну ладно, ладно».

Однажды ему пророчили смерть. Похудевший, с затемненными легкими на рентгеновском снимке, лежал он в больнице негласно приговоренный врачами.

-Они думают, что у меня рак, - сказал он дочери, приехавшей проведать его, - черта с два. На ноги я встану».

Кто ему посоветовал пить прополис на спирту? Или он нашел этот рецепт в литературе? Но уже через месяц легкие были чистыми.

Вызвал его врач в кабинет. Один на один.

«Ну, чем же Вы лечились?»

« Да ведь Вы сами меня вылечили. Вам видней».

А сам катал меж пальцев шарик прополиса. . …

…«Помирать выписали» - гутарили хуторяне, когда худущий он вернулся домой.

Но здоровье по каплям входило в тело. Срабатывали защитные силы организма. Свежий воздух, привычный уклад жизни делали свое дело….

Умер брат. Уходит в мир иной кровная родня. Остался только один брат в Невинномысске, Иваном зовут.

-Деда, сколько твоему брату лет было?, - спросила внучка

-Шестьдесят один.

-А тебе сейчас?

-Шестьдесят пять.

-Наш деда живучий…..

….На его юбилей, в семьдесят, собрались родственники, знакомые.

-Ничего,-раздумчиво, словно ни к кому не обращаясь, - говорит Виктор Тихонович, - лет десять еще проживу и то хорошо».

После второй рюмки добавляет еще десяток.

-Знаешь, Тихонович, - вставляет кто-то из друзей,-чего мелочиться, живи до ста. Будешь первым долгожителем на хуторе». …

Он умер через шесть лет. Убежденный атеист, религию он не жаловал. И деревянный крест, который поставили на могиле, рассохся и растрескался в первую же неделю.

Его заменили памятником под гранит с пятиконечной красной звездой.