Нефтяные санкции

С тех пор как 24 февраля Россия начала свое полномасштабное вторжение, Запад отключил некоторые российские банки от сети обмена сообщениями SWIFT, запретил экспорт высоких технологий в Россию и заморозил российские валютные резервы на 300 миллиардов долларов.

Последний удар по российской экономике — беспрецедентный пакет санкций против российской нефти.

США и Великобритания запретили импорт российской нефти в марте, а ЕС последовал его примеру 5 декабря.

ЕС также с 5 февраля начнет вводить эмбарго на российские нефтепродукты.

Эмбарго на нефтепродукты будет крайне болезненным для России, потому что она не сможет поставлять их в Китай и Индию, которые являются экспортерами, а не импортерами нефтепродуктов, считает Михаил Крутихин, российский нефтегазовый аналитик из Швеции. , — рассказала в декабре украинский политический блогер Елена Кирик.

5 декабря «Большая семерка» и ЕС начали вводить ограничение цены на российскую нефть в размере 60 долларов за баррель.

Поскольку ЕС, Великобритания и США ранее запретили импорт российской морской нефти, ценовой потолок в основном распространяется на другие страны, которые все еще покупают российскую нефть. Страховщикам нефтяного рынка, базирующимся в основном на Западе, запрещено иметь дело с российской нефтью по цене выше предельной.

В Европе несколько стран, не имеющих выхода к морю – Чехия, Венгрия и Словакия – также продолжают закупать российскую нефть, поставляемую по трубопроводам.

Украинский нефтегазовый аналитик Александр Харченко заявил Kyiv Independent, что Китай и Индия не смогут компенсировать падение поставок российской нефти в Европу, поскольку транспортные расходы на доставку нефти в Азию будут намного выше.

Российский диктатор Владимир Путин еще больше выстрелил себе в ногу, издав 27 декабря указ о запрете экспорта нефти и нефтепродуктов в страны, которые соблюдают ценовой потолок. Однако неясно, насколько строго будет применяться запрет, поскольку формулировка указа позволяет Кремлю предоставлять лазейки и исключения.

Андрей Мовчан, экономист российского происхождения, проживающий в Лондоне, сказал Kyiv Independent, что, по его мнению, российский запрет — это всего лишь мера по спасению лица, которая не будет применяться на практике и не повлияет на экспорт нефти.