Будущее у пенсионной реформы в России

В старости россиянам придется жить на то, что накопили самостоятельно, или работать до самой смерти. Нынешние пенсии должны быть заменены социальным пособием по старости, привязанным к прожиточному минимуму.

На пленарном заседании 19 января Дума оперативно отклонила несколько законопроектов разных фракций об индексации пенсий работающим пенсионерам. Судьба законопроектов была предрешена: в прошлом году правительство дало им негативную оценку, как обычно указав на недостаток финансирования. В ноябре 2022 года Пенсионный фонд России оценил дополнительные расходы на индексацию пенсий работающим пенсионерам в размере около 0,5 трлн руб., которые придется взять из федерального бюджета. Это был далеко не первый случай отклонения такого предложения: индексацию пенсий работающим пенсионерам остановили еще в 2016 году, а с тех пор Дума каждый год отклоняет законопроекты о возобновлении практики.

До войны это можно было списать на безденежье. Страна падала в «демографическую яму», поскольку малочисленное поколение 1990-х годов вступало в ряды рабочей силы, а относительно многочисленное поколение 1950-х и 1960-х годов уходило на пенсию, причем нагрузка на рабочих увеличивалась с каждым годом. Правительство откладывало деньги на поддержку ускоренной модернизации и «технологических прорывов» во всех сферах, которые могли бы радикально повысить производительность и решить проблему старения населения. Правда, уже тогда было не совсем понятно, почему люди, проработавшие 30-40 лет, поддерживающие как государство, так и предыдущие поколения пенсионеров, должны нести на себе всю тяжесть этой политики. Они честно заработали свои пенсии, а дальше они будут работать или уйдут на пенсию, это их личное дело.

Более того, в предыдущие годы правительство нашло деньги, например, для распределения перед выборами. В 2020 году это было приурочено к «референдуму» о поправках в Конституцию, а в 2021-м деньгам не доверяли в преддверии очередных думских выборов. Сейчас, в начале 2023 года, риторика о том, что «денег нет», выглядит совсем неубедительно. Если Минфину удалось потратить на 7 трлн рублей, чем изначально было заложено в прошлом году (в основном за счет увеличения военных расходов), а государство щеголяет крепостью российской экономики, и дело не в том, что денег нет, а в том, что их нет конкретно для работающих пенсионеров.

Переход к «социально неприемлемому» уровню

Позиция правительства в целом и Минфина в частности легко объяснима. Внезапно (для экономического блока правительства) взлетевшие до небес военные расходы,, предложенная министром обороны Сергеем Шойгу масштабная реформа армии, на которую потребуются еще миллиарды и миллиарды, — все это решения, которые были сделано не в Минфине и даже не в кабинете премьер-министра. Из кремлевской администрации в правительство направлена ​​директива о выделении средств, и сделать ничего нельзя. Вы отдаете честь и молча выполняете приказ.

Между тем еще до начала сво демографическая ситуация в России стала едва ли не главным тормозом экономического роста. В начале текущего десятилетия самое малочисленное поколение конца 1990-х стало выходить на рынок труда, поскольку многие бэби-бумеры 1960-х начали выходить на пенсию. Об этой « демографическойдыре» известно уже более 20 лет. И все это время российские чиновники искали способ решить проблему старения населения и растущей нагрузки на трудящихся по финансированию пенсионной системы, которая давно перестала быть самоокупаемой и требует постоянно растущих дотаций со стороны государства. федеральный бюджет.

Если все оставить как есть, пенсии упадут до «социально неприемлемого» уровня,предупреждают ученые Юрий Горлин и Виктор Ляшок из Российской академии народного хозяйства и государственной службы (РАНХиГС) в исследовании на основе математической модели, которое было опубликовано в декабре 2022 года. В качестве основного критерия было взято соотношение средней пенсии и средней заработной платы «социальной приемлемости». В последние годы она неуклонно снижается. В 2018 году в России средняя пенсия составляла 35% от средней зарплаты. Уже тогда правительство подвергалось критике за это. Напомним, Россия присоединилась к конвенции Международной организации труда, рекомендующей, чтобы пенсия замещала не менее 40% утраченного заработка.

Горлин и Ляшок не ограничились простым анализом демографических данных — они также прописали стране то, что они назвали «горьким лекарством». Тем не менее, предложения не были новаторскими. К ним относятся избавление от пособий, позволяющих досрочно выйти на пенсию; удвоение минимального срока, в течение которого человек должен работать, чтобы иметь право на получение пенсии; отмена льгот для работодателей по взносам на пенсионное страхование; повышение налогов; и привязка размера пенсий работающих пенсионеров к их зарплате (если у вас низкая зарплата, государство будет щедро; если у вас высокая зарплата, то можно обойтись и без пенсии). Авторы, конечно, рекомендовали бы и повышение пенсионного возраста, хотя и признают, что это невозможно. По крайней мере, для мужчин средняя продолжительность (65,5 лет) практически соответствует целевому возрасту выхода на пенсию, принятому в 2018 году (65 лет). В общем, Горлин и Ляшок предлагают набор крайне непопулярных полумер, способных лишь подлатать фасад разваливающегося под собственным весом здания.

Внутри правительства такой вариант если и рассматривают, то только как запасной. На данный момент господствует совершенно иная концепция «окончательного решения» пенсионной проблемы.

Накопите сами, а мы поможем

В декабре Минфин обнародовал программу поощрения долгосрочных сбережений, которая включает в себя налоговые вычеты и даже софинансирование со стороны государства. Проект плана был рассмотрен 9 декабря на Общественном совете министерства.

Словосочетание «пенсионные накопления» в пресс-релизе министерства не фигурирует, хотя нет сомнений, что это очередное воплощение многострадальной пенсионной реформы, которую финансовые власти пытаются реализовать в той или иной форме с 2018 года». Граждане получают доступ к инструменту, позволяющему откладывать дополнительные средства на будущее (не только на пенсию, но и на случай возникновения особых жизненных ситуаций). Кроме того, люди получат необходимую защиту для сохранности своих накопленных средств, а также дополнительную финансовую поддержку со стороны государства», — заявили в Минфине. Таким образом, речь идет о чем-то среднем между добровольной пенсионной системой и накопительным страхованием.

Вышеупомянутые долгосрочные накопления люди будут накапливать сами, но помимо добровольных взносов добавятся так называемый материнский капитал и средства, накопленные на индивидуальных пенсионных счетах до 2014 года. Со своей стороны, государство обещает предоставить налоговый вычет до 52 000 рублей в год (максимальный вычет могут подать те, кто вносит 400 000 рублей в накопительную схему) и софинансировать долгосрочные сбережения, внося до 36 000 рублей на человека. год. И это еще не все. Деньги будут вложены. Правда, не самими людьми, а ЦБ, с непосредственным управлением, возложенным на «операторов». Судя по всему, это управляющие компании, которые уже распоряжаются деньгами негосударственных пенсионных фондов. Кроме того, для долгосрочных сбережений будет действовать схема страхования, аналогичная системе страхования банковских вкладов.

На первый взгляд предложение выглядит заманчивым. Россияне получают возможность инвестировать 400 000 рублей без риска и с гарантированной доходностью 22% (13% — налоговый вычет и 9% — софинансирование). Они могут вложить материнский капитал с какой-то отдачей, так как он не всегда тратился по назначению на улучшение жилищных условий и погашение ипотеки.

Но рядом с «пряниками» Минфина сложно не заметить «кнута».

Уже сейчас Пенсионный фонд настаивает именно на таком подходе, продвигая идею о том, что «целевое назначение страховых пенсий — обеспечение средств к существованию гражданина, который в силу… старости и инвалидности не может работать и потерял заработок». ». Когда пенсии окончательно превратятся в пособия, их размер перестанет (или почти перестанет) зависеть от того, сколько человек проработал и сколько подоходных и социальных отчислений он платил в процентах от заработка. Вот тогда и понадобятся долгосрочные сбережения, которые Минфин готов софинансировать.

Нет сомнений, что министр финансов Антон Силуанов приложит все усилия, чтобы поспешно протолкнуть новую пенсионную реформу. Если до войны это был способ разрубить запутавшийся с годами «гордиев узел», то теперь это жизненная необходимость, дающая шанс решить, главное, насущные проблемы. Отметим, что добровольные пенсионные накопления можно расходовать только по достижении пенсионного возраста. Кроме того, львиная доля денег, отложенных людьми, скорее всего, будет вложена в государственный долг. Если вы переведете «настоящие» 400 000 рублей в этом году в свою индивидуальную «коробку», вы действительно продлите кредит Минфину, а взамен получите налоговый вычет в размере 52 000 рублей в следующем году, плюс «виртуальные» 36 000 рублей проценты на остаток по вашему счету.

Чтобы обменять 400 000 рублей, которые вы можете потратить в любой момент, на 52 000 рублей только через год вместе с долговой распиской на 436 000 рублей через 20-30 лет (в зависимости от того, сколько вам осталось до пенсии), нужно обладать оптимизмом, граничащим с безумием. Особенно сейчас, в условиях войны и международных санкций, когда политические и экономические риски в России резко возросли, а горизонт планирования у людей составляет месяцы, если не дни.

СВО все изменила

Пенсионная реформа, которую пытаются запустить Минфин и ЦБ, ничего кардинально не изменит. Время было потрачено впустую. И проблема не столько в непредсказуемости результатов даже среднесрочных вложений, без которых вся схема не имеет смысла.

В начале года РОССТАТ раскрыл последнию перепись населения , которая проводилась в 2021 году, до войны. Согласно данным, около 13% населения — примерно 19 млн человек — отказались указывать источник дохода, на который они живут, в соответствии с оценками размеров теневой экономики. Еще 45% (около 58 миллионов) заявили, что живут на зарплату. Треть отметили среди своих источников дохода социальные выплаты от государства, т.е. пенсии и пособия. Это более 42 миллионов человек. При этом для 31 миллиона из них социальные выплаты были основным источником дохода. Если добавить сюда около 30 миллионов иждивенцев (включая несовершеннолетних), баланс уже не в пользу рабочих.

Официальных данных о потерях российских военных в Украине пока нет. Так же как нет и статистики о том, сколько россиян покинуло страну после начала войны и объявления частичной мобилизации. Однако не вызывает сомнений, что в обоих случаях это были в основном мужчины трудоспособного возраста, в том числе из самого малочисленного поколения – мужчины сейчас 20-24 лет. До войны демографический кризис сглаживали мигранты. Потоки, замедлившиеся во время пандемии, в прошлом году снова выросли. Однако приток беженцев из новых регионов не оживил российский рынок труда, так как большинство из них — пенсионеры и женщины с детьми. Та

Напомним, предыдущая попытка перейти от распределительной к накопительной пенсионной системе, предпринятая командой реформаторов еще в 2001 году, в совершенно иной демографической ситуации, не удалась. Власти объяснили неудачу непосильным бременем для «переходного» поколения, которому придется копить на собственные пенсии, а также обеспечивать предыдущие поколения. Таким образом, люди не смогли сформировать реальные индивидуальные пенсионные накопления, несмотря на бурный рост экономики в 2000-е годы.

В 2014 году, после присоеденения Крыма, правительству срочно понадобились деньги, и индивидуальные пенсионные накопления за год (как и за все последующие годы) были по сути конфискованы. Это был конец реформы. Шансы на успех нынешней попытки пенсионной реформы гораздо ниже.

Есть еще одна серьезная проблема, делающая бессмысленной очередную попытку реформ: нынешняя структура российской экономики. Рабочие бывают разные: есть те, кто производит вещи и обеспечивает бюджет налогами, должны содержать не только детей и пенсионеров, а есть депутаты, чиновники, армия, правоохранительные органы и еще много бюджетников, включая шпионов и институтов и финансовых рынков, доля государственного управления в ВВП за 2000-2020 годы увеличилась более чем в два раза, с 7,1% до 14,6%, а государственный сектор в целом превысил 50% российской экономики в 2018 году. означало не только многократное увеличение военных расходов и оборонных заказов, но и острую нехватку рабочей силы в экономике.

Принципиальное отличие состоит в том, что нынешняя демографическая ситуация намного хуже, чем в позднесоветский период, а международные ограничения гораздо серьезнее. Это приближает Россию к черте, за которой скрывается экономическая, социальная и политическая катастрофа.