Главный "злодей" советского кино.

29 августа 120 летие, необыкновенно одаренного человека в различных областях, Андрея Андреевича Файта. Сын знаменитых народников, некогда решивших, что организация революции важнее врачебной практики, оставил огромный след в истории советского кинематографа. Он начал сниматься, когда еще не было звука. А последние 2 картины вышли уже после похорон. Обладая эффектной внешностью, почти сразу получил амплуа - иностранец. Например, князь Мухранский в "Золотом запасе", в "Ледяном доме" - сторонник Бирона, Гроснот, "Первопечатник Иван Федоров" - Арнольф Линдсей, в "Встрече на Эльбе" - офицер абвера Шранк, "Композитор Глинка" - Джакомо Мейербер, "Москва - Генуя" - король Италии Виктор-Эммануил 3, "Крушение эмирата" - английский шпион Пейли, "Конец "Сатурна""-генерал вермахта. Т.е., роли в большей части, отрицательных персонажей. Также, как и в экранизациях сказок: в "Королевстве кривых зеркал" - главнейший министр Нушрок, "Волшебная лампа Аладдина" - колдун из Магриба, "Огонь, вода и… медные трубы" - черный колдун. Лишь под конец жизни стали предлагать иное: продавец лотерейных билетов в "Бриллиантовой руке", лакей в "Старом доме", купец Игнатий Ляховский в "Приваловских миллионах". А ведь начинал он, как литератор. Знаменитый до революции представитель тогдашней "золотой молодежи" Вадим Шершеневич, что лично знал Бальмонта, Андрея Белого, Брюсова, Бурлюка, Блока, Маяковского, увидев на одной из вечеринок, тогда еще 19 летнего Файта, пригласил поучаствовать в конкурсе молодых авторов. Андрей Андреевич дошел до финала, где его соперником оказался Есенин. Главным судьей тогда выбрали Мариенгофа, присудившего победу Файту. Правда, многие авторы требовали переигровки, потому как Анатолий Борисович и Андрей Андреевич оказались уроженцами Нижнего Новгорода. А судья и победитель подружились, сохраняя прекрасные отношения до 1962 (год смерти Мариенгофа). Кроме того, Файт научился управлять аэропланом и самостоятельно его ремонтировать. Сумел стать мастером спорта по гимнастике и конному многоборью, что потом пригодилось в кино. Выполнял трюки без дублеров. Великолепно рисовал, играл на фортепьяно и мог даже сочинить небольшую пьеску. Но попав по случаю, на Московскую фабрику по производству фильмов, выбрал "великую иллюзию", оставив остальное, как хобби. Закончил Государственную школу кинематографии, ставшую впоследствии, легендарным ВГИКом. А сразу после Великой Отечественной был одним из создателей Театра-студии киноактера.