Написал Художник Жлобу письмо.

Советские деятели искусств первой половины 20 века знали, что если их в чем-то ущемляют, а собственные усилия выяснить причину этого не дают результата, то нужно обращаться на самый верх. Так что, письма Сталину, которого считали главным рецензентом, были привычным делом. И глава партии пытался оперативно отвечать на вопросы таких заинтересованных граждан: мог позвонить лично, передать ответ через нарочного или приглашал на беседу в Кремль, а бывало, и на одну из дач. Но новый Хозяин страны был человеком малообразованным и даже гордился этим, а по масштабности фигуры, никак не мог соперничать с тем, кого на 20 съезде КПСС сбросил с пьедестала. Однако, ему Борис Пастернак, устав от двухгодичной травли, когда, сначала в Италии, а потом еще в 20 странах был напечатан роман "Доктор Живаго", 31 октября 1958 года направил "письмо отчаяния", в котором пытался опровергнуть суть Постановления ЦК КПСС "О клеветническом романе...". В частности, Борис Леонидович писал, что роман не является пасквилем, оскверняющим Октябрьскую революцию, не позорит советский народ, а потому не может быть орудием в руках разжигателей "холодной войны". Известил Комитет в Стокгольме, что не примет Нобелевской премии, присужденной неделю назад и просит насильно не высылать его из СССР, как того требуют Суслов и Семичастный, перед этим, публично лишив наград и изгнав из Союза Писателей, ибо жизнь вне Родины для поэта невозможна. Ответа, естественно, он не получил, потому как Первый секретарь КПСС презирал интеллигенцию, особенно, дореволюционного воспитания, считая, несогласных с генеральной линией, отбросами общества. Партийным комитетам по всему СССР была направлена инструкция по шельмованию автора, которым занялись, прежде всего, передовики производства и орденоносцы, многие из которых, до этого, даже, и не подозревали о существовании Пастернака. Из их речей самым распространенным стало: "Пастернака не читал (а), но книгу осуждаю". Личную травлю организовал и Секретариат Союза Писателей, поместив фельетон в газете "Правда", откуда Борис Леонидович узнал, что в этой организации он больше не состоит. А слушатели Литературного института получили разрешение на демонстрацию с плакатом "Иуда, вон из СССР". После того, как Пастернак слег, от него временно отстали. Но в марте 1959 года на Западе вышел сборник стихов, написанных ранее, и команда "фас!" была дана снова. Но Борису Леонидовичу до этого уже не было дела. Он узнал, что у него онкология в последней стадии и умер 30 мая 1960 года.