Свидетель суровой эпохи.

17 января - день памяти известного советского литератора, который, впрочем, себя таковым не считал, Варлама Тихоновича Шаламова. Но умер в пансионате для инвалидов, принадлежащем Литфонду СССР в 1982 году. Неистовый старик, каковым он запомнился многим журналистам и общественным деятелям в 60-80-х 20 века, бравшим интервью, либо разговаривавшим на различные темы, не был человеком полумер. Если он кого-то, как Солженицына, возненавидел, то навсегда. Уставали от внимания и заботы, понравившиеся ему женщины и знакомые, кому симпатизировал. Остался в памяти, знавших его, несмотря на тяжелые недуги последних лет, несгибаемым оппозиционером, считавшим, что Сталин и его группа, победившие во фракционной борьбе в 30-х, как повели страну не туда, так всё и идет. Честно признавал, что провел 20 лет в заключении справедливо, ибо придерживался взглядов сторонников Троцкого, а они проиграли. Но, наотрез отказался подписывать бумаги, где признает свои заблуждения и ошибки, а за это его освободили бы еще в 1954, и претензии к государству, в отличие от подписавших, имеет. Был крайне недоволен тем, что в самиздате периодически появлялись его рассказы, сделавшие культовой фигурой, потому, что авторов этих изданий считал антисоветчиками, желавшими показать Шаламова единомышленником, а он всегда считал себя коммунистом. А также категорически не желал выступать в роли знамени и жертвы, полагая, что не имеет на это морального права, так как большую часть срока на Колыме работал фельдшером, испытав, только малую долю страданий заключенных, не переживших "исправления" суровым климатом и тяжким трудом. Его, литературно оформленные свидетельства, поражают не менее, чем величие строек первых пятилеток, являясь оборотной стороной той суровой эпохи.