Трагедия и (или) триумф.

635 лет назад в окрестностях современной Приштины состоялось сражение, оставшееся в истории, как битва на Косовом поле, где личной гвардии сербских князей, усиленной албанским и валашским ополчением (часть нынешнего румынского этноса, само название которого появилось только в 19 веке, когда сложились предпосылки для независимого государства) и добровольцами из числа рыцарей-госпитальеров противостояло войско турок-османов с отрядами, из покоренных теми народов. Как часто случалось: тяжелая и неповоротливая европейская конница была рассеяна и поэтапно почти уничтожена легкой азиатской, крайне мобильной и имевшей луки. Та же участь постигла и отчаянно сопротивлявшихся пехотинцев. Сербам не помогло, даже то, что в начале побоища, Милош Обилич, впоследствии, причисленный к лику святых, зарезал, возглавлявшего захватчиков, Мурада Первого, называвшего себя султаном. Оставшиеся в живых, были вынуждены спасаться бегством. Это поражение, воспринятое, как национальная трагедия, воспетая в легендах, сыграла важную роль в самосознании, некогда крупнейшего народа Балкан. Но, как часто, в последнее время, случается с восточноевропейскими нациями, сербы, наравне с венграми и поляками, испытавшими, некогда период величия, захотели взять реванш у Истории. После того, как с карты исчезла, созданная Тито и его окружением Югославия, в Белграде решили, что печальный итог необходимо переписать. Так как, турки и их союзники отступили, ввиду того, что новый султан Баязид, потерявший отца, и приказавший, по ставшей потом традицией, удавить, как конкурента на трон, младшего брата Якуба, опасался смуты на покоренных территориях, то пользуясь теорией, использованной Наполеоном после Бородинского сражения: раз русские ушли, оставив старую столицу, то, значит, признали поражение. Кстати пришлись и грамоты, отправленные выжившими воеводами в Византию и итальянские города, что турки ими остановлены. Сербские историки, не были бы достойными представителями Балкан, если бы не обвиняли князей, уклонившихся от сражения, в измене. А соседние народы, к которым всегда имели претензии различного рода, из-за нежелания помочь, в трусости: мол, только сербы ценой своих жизней прикрывали Европу.