— Либо твой хахаль берется за ремонт моего дома, либо все достанется соседке, выбирай - скомандовала мать

— Мама, ты с ума сошла? Какой ремонт? Какая соседка? — воскликнула Алина, не веря своим ушам.

— Я все сказала. Либо твой Игорек берется за дело, либо Зинаида Петровна получит мой дом, — отрезала Валентина Сергеевна, поправляя седые волосы.

— Но ведь ты знаешь, что у нас сейчас нет денег даже на еду! Откуда нам взять на ремонт? — Алина в отчаянии заламывала руки.

— Меня это не волнует. Решайте сами. У вас месяц, — мать захлопнула дверь перед носом дочери.

Алина стояла в оцепенении, не в силах поверить в происходящее. Всего пару лет назад они с матерью были так близки, а теперь... Она вспомнила, как в детстве они вместе пекли пироги, и мама учила ее заплетать косички. Куда все это ушло?

Девушка медленно спустилась по лестнице, погруженная в воспоминания. Вот она, маленькая, бежит по этим ступенькам, а мама ловит ее внизу. А здесь, на площадке второго этажа, она впервые поцеловалась с Игорем. Тогда мать была в восторге от ее выбора.

— Игорь, нам нужно поговорить, — Алина набрала номер мужа, как только вышла из подъезда.

— Что случилось, милая? У меня важная встреча через полчаса, — голос Игоря звучал напряженно.

— Мама... Она требует, чтобы мы сделали ремонт в ее доме, иначе все отдаст соседке, — выпалила Алина.

— Что за бред? Она в своем уме? — возмутился Игорь. — Мы едва концы с концами сводим, какой ремонт?

— Я знаю, но она не хочет слушать. Дала нам месяц на решение.

— Блин! Ладно, вечером обсудим. Мне пора.

Алина брела по улице, не замечая прохожих. Она вспоминала, как три года назад они с Игорем поженились. Мать тогда была счастлива, подарила им старинные часы — семейную реликвию. А теперь готова все отдать какой-то Зинаиде Петровне?

Вечером, когда Игорь вернулся домой, они долго обсуждали ситуацию.

— Может, попробовать взять кредит? — предложила Алина.

— Ты с ума сошла? Мы и так по уши в долгах! — Игорь нервно ходил по комнате. — Нет, нужно что-то другое придумать.

— А если продать машину? — робко спросила Алина.

— И как я буду на работу ездить? Пешком за 20 километров? — огрызнулся муж.

Несколько дней они ломали голову над решением проблемы. Алина пыталась поговорить с матерью, но та была непреклонна.

— Мама, пойми, у нас правда нет денег! — умоляла Алина.

— А у меня есть? Я всю жизнь на вас горбатилась, а теперь что? Живу в развалюхе? — парировала Валентина Сергеевна.

— Но ведь ты знаешь, что у Игоря сократили зарплату, а я в декрете...

— Меня это не касается. Я свое решение озвучила.

Прошло две недели. Игорь все чаще стал задерживаться на работе, приходил домой раздраженный. Алина чувствовала, что их отношения трещат по швам.

— Ты где был? Уже полночь! — встретила она мужа очередным вечером.

— Работал, ясное дело. Думаешь, деньги с неба падают? — огрызнулся Игорь.

— Да? А почему от тебя спиртным несет?

— Отстань! Я с ума схожу от этого всего!

Еще через неделю Алина заметила, что обручальное кольцо Игоря исчезло с его пальца.

— Где твое кольцо? — спросила она, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

— А? Да в ванной, наверное, снял когда руки мыл, — небрежно ответил муж, не глядя ей в глаза.

Алина не поверила. Она стала следить за Игорем и вскоре убедилась в своих подозрениях — у него появилась любовница.

— Как ты мог? — рыдала она, кричав мужа. — После всего, что мы пережили вместе!

— А что ты хотела? — закричал Игорь. — Я устал от вечных проблем! От твоей истеричной матери, от безденежья, от всего этого дер.ьма!

— Убирайся! — Алина швырнула в него вазу. — Я не хочу тебя больше видеть!

Игорь ушел, хлопнув дверью. Алина осталась одна, не зная, что делать дальше. До дедлайна, поставленного матерью, оставалось три дня.

В отчаянии она решила пойти к соседке, той самой Зинаиде Петровне.

— Здравствуйте, — робко начала Алина. — Я хотела поговорить с вами о доме моей матери...

— А, так ты дочка Валентины? — прищурилась старушка. — Проходи, чаю попьем.

За чаем Алина рассказала всю историю. Зинаида Петровна внимательно слушала, иногда кивая.

— Знаешь, девонька, — сказала она наконец. — А ведь твоя мать-то не в своем уме.

— Что? — опешила Алина.

— Да-да. Я давно за ней наблюдаю. То она кричит на кого-то в пустой комнате, то вещи раскидывает. А намедни видела, как она кошку соседскую пыталась в мешок запихнуть.

Алина была в шоке. Как она могла не заметить?

— Но что же делать? — спросила она растерянно.

— А вот что, — хитро прищурилась старушка. — Давай-ка мы с тобой сделку заключим...

На следующий день Алина пришла к матери.

— Мама, я все устроила. Игорь согласился сделать ремонт, — сказала она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Вот и славно, — удовлетворенно кивнула Валентина Сергеевна. — А то ведь я не шутила насчет соседки.

— Знаю, мама. Знаю.

Через неделю в дом Валентины Сергеевны въехала бригада рабочих. Но это были не ремонтники, а санитары психиатрической клиники. Зинаида Петровна, оказавшаяся бывшим врачом-психиатром, помогла Алине оформить документы о недееспособности матери.

— Прости, мама, — шептала Алина, глядя вслед машине скорой помощи. — Но ты сама сделала свой выбор.

Она медленно поднялась по ступенькам в опустевший дом. Теперь он принадлежал ей — таково было условие сделки с Зинаидой Петровной. Старушка получила щедрое вознаграждение за помощь, а Алина — крышу над головой и шанс начать жизнь заново.

Стоя посреди гостиной, Алина вдруг рассмеялась. Истерически, до слез. Она вспомнила слова матери: "Либо твой хахаль берется за ремонт моего дома, либо все достанется соседке". Как же она была права. Только вот хахаль сбежал, ремонт делать некому, а дом... Дом достался ей самой.

Алина подошла к старинным часам — той самой семейной реликвии. Сняла их со стены и с размаху разбила об пол.

— Время новой жизни, — сказала она в пустоту. — Без прошлого. Без сожалений. Без любви.