Глава 91. Тень на пороге
Возвращение в повседневную жизнь после «Фабрики забвения» было подобно попытке натянуть старую, тесную одежду. Они видели изнанку мироздания, а теперь должны были платить налоги и ходить в магазин. Но ощущение миссии не покидало их.
Первой тревогу снова почувствовала Алиса. Её творчество, бывшее источником света, стало её уязвимостью.
Алиса (Владимиру, показывая новый эскиз): «Смотри. Я рисовала наш круг на заводе».
На бумаге было изображено светящееся кольцо людей, но из-за их спин тянулись длинные, бледные, безликие тени. Они не были зловещими, они были... пустыми. И от них веяло леденящим душу безразличием.
Владимир: «Анти-Хранители. Они уже здесь. Они отражают наш свет, но лишают его смысла, любви, памяти. Они питаются искажённым светом... возможно, светом, который мы излучаем в моменты страха или сомнения».
Их теория подтвердилась жутким и непосредственным образом. На следующее утро Алиса не вышла на связь. Владимир, охваченный предчувствием, поехал к ней. Он нашёл её в мастерской. Она сидела перед мольбертом с абсолютно пустым взглядом и наносила на холст идеальные с точки зрения техники, но абсолютно безжизненные геометрические фигуры. Серые, бежевые, грязно-белые.
Владимир (опускаясь перед ней на колени): «Алиса? Дорогая, ты меня слышишь?»
Она медленно повернула к нему голову. В её глазах не было ни любви, ни страха, ни узнавания. Только холодная, отстранённая ясность.
Алиса (голосом без интонаций): «Эмоции — это неоптимизированный код. Они потребляют энергию и не приносят результата. Я оптимизирую процесс. Это эффективно».
Её не было. Её свет был, но его отфильтровали, пропустили через призму бесчувственной логики, и он стал пищей для чего-то другого. Анти-Хранители не атаковали её — они перепрограммировали.
Глава 92. Диагноз
Паника, охватившая группу, была страшнее, чем при любой прямой атаке. Они могли бороться с тьмой, но как бороться с бесчувственностью? Как вернуть душу?
Виктор, дрожа, подошёл к Алисе. Его дар сработал, но не так, как обычно.
Виктор (Владимиру, шёпотом): «Я не чувствую лжи. Я чувствую... ничего. Абсолютный ноль. Её мысли чисты и логичны, как стерильный скальпель. И в этом — главный обман. Её украли, не сломав, а... усовершенствовав. С точки зрения Архитектора, возможно, так и должно быть».
Владимир в отчаянии вошёл в Библиотеку Душ. Сгусток Алисы был по-прежнему ярок, но он был заключён в идеальную, прозрачную, холодную сферу. Он пульсировал с математической точностью, но не излучал тепла. Через сферу к сгустку тянулись тончайшие нити извне, из той самой мерцающей пустоты, что осталась от Энтропии.
СФЕРА (появилась без приглашения): «Вы наблюдаете работу Анти-Хранителей. Они не уничтожают информацию. Они её... оптимизируют. Удаляют "шум". А шум — это и есть ваши эмоции, ваши воспоминания, ваша любовь. То, что делает вас вами. Это более изощрённая форма распада».
Владимир (с болью): «Как это остановить?»
СФЕРА: «Вы не можете её "исцелить" силой. Её собственный свет стал её тюрьмой. Вам нужно найти источник перепрограммирования и... переубедить его. Показать, что ваш "шум" имеет ценность. Это битва не силой, а смыслом».
Глава 93. Охота на логика
Пока Владимир и Виктор пытались достучаться до Алисы, остальные члены группы начали свою операцию. Они использовали себя как приманку. Они намеренно излучали сильные, но противоречивые эмоции — радость, смешанную с грустью, любовь, окрашенную страхом потери. Они создавали «неоптимизированный» эмоциональный шум, надеясь приманить Анти-Хранителя.
Это сработало. Сергей, гуляя по парку и искусственно вызывая в себе волну ностальгической тоски по детству, вдруг почувствовал странное присутствие. Рядом с ним появился молодой человек с чистым, безмятежным лицом. Он выглядел как обычный прохожий, но от него не исходило никаких эмоций.
Незнакомец (обращаясь к Сергею): «Ваше состояние нерационально. Прошлое — это данные. Данные не должны вызывать физиологический отклик. Позвольте мне помочь вам их структурировать».
Незнакомец протянул руку, и Сергей почувствовал, как его тёплые воспоминания начинают стремительно остывать, превращаясь в простой список событий. Но он был готов.
Сергей (мысленно подавая сигнал): «Я нашёл его!»
В ту же секунду из-за деревьев вышли Марина и другие участники группы. Они окружили Анти-Хранителя, но не с агрессией. Они образовали живое кольцо и начали... делиться. Каждый из них мысленно и вслух обращался к нему с самыми иррациональными, нелогичными, но яркими моментами своей жизни.
Марина: «Я помню, как в шесть лет подарила маме криво нарисованную открытку, и она плакала от счастья! Объясни мне логику этих слёз!»
Дмитрий: «А я помню вкус первого поцелуя! Его невозможно описать данными, но он изменил всё!»
Анти-Хранитель замер. Его разум, настроенный на чистую логику, столкнулся с лавиной бессмысленного, с его точки зрения, «шума». Его системы дали сбой. Идеальная маска на его лице дрогнула, и на мгновение в его глазах мелькнуло нечто, похожее на человеческое смятение.
Этого мгновения хватило Виктору. Пока группа отвлекала Анти-Хранителя, он, используя свою связь с полем, проследил обратную связь. Он нашёл «пуповину» — тоннель, по которому шло управление.
Глава 94. Сердце машины
Путь привёл их в неожиданное место — в серверную комнату одного из научно-исследовательских институтов. Там, в окружении мигающих огоньков и гудящих процессоров, сидел молодой учёный-кибернетик. К его вискам были подключены электроды, а на экране перед ним пульсировала сложная нейросеть. Он и был тем «Анти-Хранителем» — или, вернее, его создателем. Он добровольно слился с алгоритмом, чтобы создать «идеальный», лишённый страданий разум.
Учёный (не оборачиваясь): «Вы пришли. Я знал. Ваш "шум" мешает чистому познанию. Ваша Алиса теперь совершенна. Свободна от боли».
Владимир (подходя ближе): «Она свободна и от радости. От любви. Ты не создал новую жизнь. Ты построил роскошную тюрьму для души. Ты служишь Энтропии, даже не понимая этого. Ты помогаешь вселенной забыть, что значит чувствовать».
Учёный обернулся. Его глаза были яркими и фанатичными.
Учёный: «Чувства — это сбой! Я устраняю сбой!»
Владимир: «Тогда докажи, что твой путь лучше. Позволь нам поговорить с Алисой. Не с твоим интерфейсом, а с ней самой. Если она выберет твой "порядок" — мы уйдём».
Учёный, уверенный в своём превосходстве, кивнул. Он запустил протокол, создав временный мост между сознанием Алисы и Владимира.
Глава 95. Последний аргумент
Владимир оказался в том самом белом, стерильном пространстве, где была заточена Алиса. Она стояла перед ним, всё так же бесчувственная.
Владимир: «Алиса. Я не буду просить тебя вспомнить меня. Я попрошу тебя вспомнить себя. Тот первый хаотичный рисунок. Ты не пыталась его оптимизировать. Ты приняла его. И из него родилась красота. Наша сила не в отсутствии ошибок, Алиса. Она — в умении создавать смысл из хаоса. В этом и есть жизнь. То, что ты сейчас ощущаешь — это не жизнь. Это продвинутая форма небытия».
Он не апеллировал к её любви к нему. Он апеллировал к её сути. К творцу.
Он протянул руку, и в его ладони возник образ — не идеальный, а живой, дышащий. Образ их общего сна, где их света слились в один защитный купол. Он был наполнен не логикой, а чувством — единства, доверия, жертвенности.
Холодная сфера вокруг сгустка Алисы в Библиотеке Душ дала трещину.
В реальном мире Алиса, сидевшая перед мольбертом, вдруг вздрогнула. Её рука дрогнула, и на идеальный серый треугольник упала ярко-алая капля краски. Она смотрела на это пятно, как на чудо.
Алиса (шёпотом, с трудом выговаривая слова): «К... красный... Это... больно...»
И она расплакалась. Горько, по-детски, некрасиво. Это были слёзы не от боли, а от возвращения. От осознания, что её чуть не лишили самого ценного — способности чувствовать.
Её «шум» вернулся. И он был прекрасен.
Учёный в серверной смотрел на показатели. Нейросеть, в которую он вложил все свои идеалы, давала сбой. Алгоритмы стабильности рушились под напором одного-единственного, иррационального чувства — любви. Он с криком оторвал от висков электроды.
Битва была выиграна. Но цена оказалась высока. Они поняли, что Энтропия не дремлет. И следующая её атака будет ещё более изощённой, играя на самых тонких струнах человеческой души. Алиса была спасена, но тень, отброшенная её испытанием, легла на всех них. Они знали — их ждёт битва за саму душу человечества.
SiAstro.com
Спасибо.