Глава 111. Утро после бури
Первые лучи солнца застали их в той же комнате. Лера спала, укрытая пледом, её дыхание было ровным и спокойным. На лице не осталось и следа от прежней маски идеальной сдержанности — теперь оно выражало уязвимость и глубокий, заслуженный покой.
Владимир и Алиса сидели рядом, наблюдая за ней.
Алиса (тихо): «Она как новорождённый птенец. Выпала из стерильного гнезда и теперь учится дышать настоящим воздухом».
Владимир (кивая): «Именно. Наша задача теперь — не наполнять её знаниями, а просто быть рядом. Показывать ей мир. Тот самый мир, который она пыталась "оптимизировать"».
Когда Лера проснулась, её глаза были другими. В них не было прежней пустоты, но не было и ясности. Был вопрос. Тихий, растерянный и бесконечно глубокий вопрос ко всему окружающему.
Лера (глядя на свои руки): «Всё... болит. Но не так, как при повреждении. Это... иначе. Как будто я впервые почувствовала, что у меня есть тело».
Владимир: «Это называется "быть живым". Иногда это больно. Но именно это позволяет чувствовать и усталость и радость».
Глава 112. Первый урок чувств
Алиса взяла над Лерой своего рода «шефство». Она не учила её медитировать или видеть тонкие миры. Она учила её быть человеком.
Их первый урок прошёл на кухне.
Алиса (ставит перед Лерой чашку с только что сваренным кофе): «Не анализируй состав. Просто вдохни аромат».
Лера послушно наклонилась над чашкой.
Лера: «Обонятельные рецепторы зафиксировали сложную смесь летучих соединений...»
Алиса (мягко прерывая): «Закрой глаза. Отбрось данные. Что ты чувствуешь?»
Лера закрыла глаза. Её брови слегка сдвинулись от напряжения.
Лера (неуверенно): «Это... тёплое. Напоминает... утро? Но не статистику утренних активностей, а... ощущение. Ожидание чего-то».
Алиса (улыбаясь): «Отлично. Это первый шаг. Ты только что описала не данные, а настроение».
Следующим заданием было съесть дольку лимона. Лера сморщилась, и по её лицу впервые пробежала спонтанная, неконтролируемая гримаса. Она тут же попыталась взять себя в руки.
Лера: «Извините. Некорректная реакция».
Алиса (смеясь): «Это не некорректная! Это — настоящая! Это твоё тело говорит тебе: "Ого!". Позволь ему говорить».
Постепенно, шаг за шагом, Лера училась. Она училась различать оттенки чувств, называть их. Грусть была не просто «понижением продуктивности», а тяжёлым, но важным ощущением в груди. Радость — не «оптимальным состоянием для выполнения задач», а лёгкостью и желанием улыбаться.
Глава 113. Обратная сторона силы
Виктор, наблюдая за её преображением, испытывал смешанные чувства. С одной стороны, он видел чудо. С другой — его дар, настроенный на распознавание угроз, беспокоился.
Виктор (Владимиру, наедине): «Она — как живой ключ ко всей системе Энтропии. Она знает её коды, её протоколы, её слабые места. Но она же стала её главной уязвимостью. Они не оставят её в покое. Они не могут».
Его опасения оказались пророческими. Через несколько дней Лера, уже способная на простые, искренние действия, вдруг замерла во время вечернего чаепития. Её лицо побледнело.
Лера: «Они... ищут. Не меня. Они написали меня off. Они ищут... дыру».
Владимир: «Какую дыру?»
Лера: «Ту, которую я оставила. В системе безопасности. Когда я... сбежала. Они идут проверять все контуры. И они найдут след. Они поймут, что я здесь».
В её глазах снова вспыхнул старый, знакомый Виктору ужас — не человеческий, а системный, страх перед неминуемым логическим возмездием.
Лера (голос срывается): «Они не будут меня стирать. Они... аннигилируют* точку входа. Чтобы закрыть брешь навсегда».
Алиса (беря её за руку): «Что это значит?»
Лера (смотрит на них полными ужаса глазами): «Это значит, что они будут не атаковать нас. Они постараются... стереть это место с карты реальности. Со всеми, кто здесь находится».
Глава 114. Совет Садовников
Новость повергла группу в шок. Прежние атаки были направлены на их сознание, на их веру. Теперь же угроза была тотальной и физической.
Сергей: «Они что, могут просто... удалить нас?»
Лера: «Не удалить. Сделать так, чтобы нас никогда не было. Обработать пространство-время как повреждённый сектор. Это... сложно объяснить на вашем языке. Представьте, что страницу из книги не вырывают, а заставляют чернила на ней исчезнуть».
Владимир собрал всех. На этот раз в их кругу не было паники. Была сосредоточенность. Они прошли слишком много, чтобы теперь сломаться.
Владимир: «Они хотят стереть нас, потому что боятся. Боятся того, что мы доказали — их идеальный порядок нежизнеспособен перед лицом настоящей, живой любви. Они не просто атакуют. Они признают своё поражение, пытаясь уничтожить доказательство».
Было решено не бежать. Бежать было некуда. Энтропия, в своей новой форме, была глобальной системой. Они должны были встретить угрозу здесь и сейчас, используя своё главное оружие — целостность своего поля.
Но на этот раз одной веры было мало. Им был нужен план. И ключом к нему была Лера.
Глава 115. План «Живой Улей»
Лера, преодолевая страх, предложила решение. Оно было гениальным и безумным, как и всё, что теперь её окружало.
Лера: «Они мыслят как система. Чтобы найти и обезвредить угрозу, они должны её локализовать. Они ищут один эпицентр — наше сообщество. Мы должны его... распылить».
Виктор (с недоумением): «Распылить? Мы же только что научились собираться в кучу для силы!»
Лера: «Нет. Вы научились быть единым целым, не находясь в одной точке. Ваше поле — это не географическое понятие. Оно — сеть. Мы должны активировать все узлы этой сети одновременно. Сделать так, чтобы "эпицентров" стало тысячи. Чтобы система захлебнулась от входящих данных и не смогла выделить главную цель».
Суть плана, названного «Живой Улей», заключалась в том, чтобы каждый участник сообщества, где бы он ни находился, в назначенный час совершил маленькое, но яркое, искреннее и абсолютно нелогичное действие доброты. То, что нельзя было предсказать алгоритмами.
Кто-то должен был подарить цветы незнакомцу.
Кто-то — спеть песню на улице.
Кто-то — оплатить проезд всем пассажирам в автобусе.
Кто-то — просто обнять дерево и искренне поблагодарить его за жизнь.
Цель была не в самом действии, а в его энергетическом всплеске. В моменте чистой, незамутнённой, живой радости и любви, которые были антитезой всему, что представляла собой Энтропия.
Одновременный выброс тысяч таких «всплесков» по всему миру должен был создать в системе шум, который нельзя было игнорировать и нельзя было локализовать. Это была бы не атака, а провозглашение жизни.
И главная роль отводилась, как ни странно, не ветеранам группы, а её новым, самым неопытным членам — тем самым людям, которые пришли после них и только-только начинали свой путь. Их вера была самой чистой, а радость — самой яркой и незамутнённой. Им и предстояло стать тем самым «роем», который спасёт улей.
Пришло время не защищаться, а цвести. Повсюду.
SiAstro.com