Забытое письмо из неоткуда

Моя бабушка была собирательница, и после её смерти мне достался дом, забитый доверху антиквариатом, старыми книгами и, что самое главное, бесчисленными коробками с бумагами. Разбирать этот архив было делом на многие месяцы. Именно в одной из таких коробок, помеченной "Разное", я и нашел его – старое, пожелтевшее письмо.

Оно было запечатано красным сургучом, но на нем не было ни обратного адреса, ни имени отправителя, ни почтового штемпеля. Просто обрывок какого-то древнего символа, выдавленного на сургуче. От письма исходил слабый, едва уловимый запах старой бумаги, пыли и чего-то сладковатого, словно увядших цветов. Оно выглядело так, словно пролежало в темноте сотню лет.

Любопытство взяло верх. Я осторожно распечатал письмо. Оно было написано мелким, витиеватым почерком, который, казалось, принадлежал очень давней эпохе. Дата в верхнем углу была стерта, но начиналось оно странно:

"Моя дорогая, если это письмо когда-нибудь дойдёт до тебя, знай: я здесь. Я здесь, где время изгибается, а реальность трещит по швам. Не ищи меня. Не пытайся понять. Просто знай, что я сделал свой выбор."

Мое сердце ёкнуло. Что это за бред? Я продолжил читать.

"Они пришли за мной. Не те, кого ты можешь себе представить. Не люди. Они пришли из... щелей. Из теней, что танцуют на периферии зрения. Они показали мне мир, который мы не должны видеть. Мир за гранью наших представлений."

Мне стало не по себе. Я почувствовал холодок по спине.

"Они предложили мне выбор. Либо я останусь с ними, либо они возьмут... часть. Часть меня, часть тебя, часть всего, что дорого. Я выбрал остаться. Чтобы защитить тебя. Чтобы защитить нас от того, что они могут принести сюда."

Я отложил письмо. Мои руки дрожали. Что это? Чей-то сумасшедший дневник? Неужели бабушка хранила такие странные вещи?

Я перечитал его еще раз, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, хоть одно знакомое имя. Ничего. Письмо было анонимным.

Я чувствовал, что это письмо – не просто бумага. Оно было живым. Оно излучало холод, и от него исходил тот же сладковатый запах, который теперь казался мне зловещим.

С того дня моя жизнь изменилась. Я начал видеть тени. Мелькающие силуэты на периферии зрения, которые исчезали, стоило мне повернуть голову. Я слышал шорохи, которых не должно было быть. Я чувствовал, что кто-то наблюдает за мной.

Иногда мне казалось, что я слышу слабый, едва различимый шепот. Он доносился из глубины моей головы. Он звал меня по имени. И его голос был странно знакомым.

Однажды ночью я проснулся от кошмара. Мне снилось, что я стою в своей комнате, а вокруг меня – тысячи щелей в стенах. И из каждой щели на меня смотрят невидимые глаза. Они тянут ко мне свои длинные, тонкие, паучьи конечности.

Я открыл глаза. Моя комната была обычной. Но на стене, прямо напротив моей кровати, я увидел его. Маленькое, едва заметное отверстие. Не трещина, не дыра. А именно щель. И из неё исходил слабый, едва уловимый сладковатый запах.

Я подскочил к стене. Щели не было. Но ощущение ее присутствия, ее холода, оставалось.

Я снова взял письмо. Я перечитал его. И тогда я понял.

"Они пришли из... щелей. Из теней, что танцуют на периферии зрения."

И я понял, что это письмо – не просто письмо. Это было предупреждение. И оно было адресовано не кому-то другому. Оно было адресовано мне.

Я попытался избавиться от письма. Я пытался сжечь его, разорвать, выбросить. Но оно всегда возвращалось ко мне. Оно появлялось на моем столе, под подушкой, в моей руке. Оно было привязано ко мне.

С каждым днем щели становились всё больше. Я видел их везде: на стенах, на потолке, на полу. Они были повсюду. И из них теперь доносился шепот. Множество голосов, смешивающихся в неразборчивый гул. Они звали меня по имени.

Однажды ночью, когда я сидел, дрожа от страха, я услышал его. Голос. Ясный, четкий, но пронизывающий до костей. Мой собственный голос.

"Теперь... ты понял..." – прошептал он. – "Теперь... ты здесь."

Я поднял глаза. На стене, прямо напротив меня, образовалась огромная щель. Из неё хлынул ледяной воздух. А внутри…

внутри была тьма. Бездонная, мерцающая тьма, которая, казалось, танцевала. И в этой тьме я увидел его. Силуэт. Мой силуэт. Но он был искажен, вытянут, с длинными, тонкими конечностями.

Он протянул ко мне руку. Его пальцы были тонкими и острыми, как когти.

"Иди... к нам..." – прошептал он. – "Исполни... последнее... желание... Отца..."

Я не мог пошевелиться. Я был парализован страхом.

Силуэт шагнул из щели. Он был похож на меня, но в то же время был совершенно другим. Его глаза были пустыми, безжизненными.

Он схватил меня. Я почувствовал, как меня затягивает внутрь, в бездонную пропасть.

Последнее, что я увидел, было моё собственное лицо, но на нём застыла гримаса ужаса. А затем… тьма. Холодная, бездонная тьма.

На следующий день полиция нашла дом бабушки. Он был пуст. Я исчез. На моем столе лежало старое, пожелтевшее письмо. Оно было открыто. И на его полях, написанное моим почерком, было лишь одно слово:

"Пришел."

А на стене, напротив кровати, была маленькая, едва заметная щель. И если прислушаться, из неё доносился слабый, сладковатый запах. И тихий, едва различимый шепот. Шепот тех, кто ушел туда.

Потому что Забытое Письмо Из Ниоткуда – это не просто письмо. Это приглашение. Приглашение в мир за гранью. И оно всегда находит своего читателя. И своего следующего отправителя.