Когда самолёт стал пилотом: невероятные истории советского МиГ-23 и американского F-106 без экипажей

Представьте себе картину: бескрайние снежные просторы Монтаны, пасмурное небо, и вдруг — три сверхзвуковых истребителя F-106 Delta Dart взрывают тишину своим ревом. Это был обычный учебный полет ВВС США. Обычный — до тех пор, пока один из них не вошёл в штопор.

Капитан Гэри Фауст, опытный лётчик, мгновенно принял решение: катапультироваться. На высоте 4600 метров другого выхода не было. Он выскочил из кабины, раскрылся парашют… и в этот момент увидел то, что осталось бы в голове на всю жизнь.

Его самолёт, только что бешено крутившийся в воздухе, сам собой выровнялся. Не рухнул. Не взорвался. А просто… продолжил лететь. Плавно, спокойно, как будто кто-то сел в кресло пилота и сказал: «Я возьму управление».

Лётчик с другого истребителя, наблюдая за этим чудом, не удержался:

— Похоже, ты можешь вернуться в самолёт!

Юмор в голосе, но за ним — лёгкий холодок. Что это? Сбой системы? Или машина, внезапно ставшая разумной?

Американский «Дельта Дарт» не просто вышел из штопора — он начал снижение, словно следуя инструкции по аварийной посадке. Самолёт мягко, почти аккуратно, опустился на заснеженное поле под Биг-Сэнди. Упал на фюзеляж — «на пузе», как говорят лётчики, — но при этом проехал ещё 365 метров, оставив длинную борозду в снегу.

Первым на место прибыл местный шериф. Представьте его лицо: человек в ковбойской шляпе, с рацией в руке, подходит к дымящемуся сверхзвуковому истребителю. Залезает в кабину, чтобы заглушить двигатель (по телефону ему объяснили, как). Но вдруг — самолёт медленно пополз.

Шериф, видимо, в жизни не так часто терял дар речи, но в этот момент точно лишился его. Он выпрыгнул наружу, как будто из него самого выстрелили катапультой.

Машина работала ещё полтора часа, пока не кончилось топливо. После чего замерла — победитель, уставший от собственного подвига.

Ирония? Полная. Американцы, создавшие один из самых продвинутых перехватчиков своего времени, внезапно столкнулись с тем, что их машина оказалась умнее пилота. Только вот пилот-то как раз действовал правильно. А вот самолёт… решил всё сам.

Но если американский случай — это почти комедия положений, то история советского МиГ-23 1989 года — уже на грани трагикомедии.

4 июля. Аэродром в польском Колобжеге. Полковник Николай Скуридин, начальник политотдела, но при этом лётчик первого класса, поднимается в воздух на контрольном полёте. Через 41 секунду — хлопок, падение тяги, снижение. Двигатель, кажется, отказал.

Решение одно — катапультироваться. Скуридин делает это, благополучно приземляется, повреждает руку. А самолёт?

Он не остановился.

Наоборот — набрал высоту. 12 километров. Скорость — 740 км/ч. И так, без пилота, пролетел целых 901 километр через территорию Польши, Германии, Нидерланды — и прямо в Бельгию.

Американские F-15 Eagle были подняты на перехват. Лётчики визуально установили: кабина пуста. Ни следов пилота, ни признаков враждебных действий. Боекомплект — есть, но ракет нет. Машина летела, как автомат: ровно, предсказуемо, почти вежливо.

«Не представляют угрозы», — доложили с F-15. Приказ: сопровождать, не атаковать.

МиГ-23М, исчерпав топливо, начал снижаться. И упал. Прямо на жилой дом в деревне Беллегем, недалеко от Кортрея в Бельгии. Дом был уничтожен. Погиб 19-летний Вим де Лар.

Трагедия. Но дальше — странный поворот. Советский Союз немедленно признал инцидент, выплатил компенсацию — 685 тысяч долларов. Скуридин лично выразил соболезнования. А дипломатический скандал, которого ждали в разгар Холодной войны, так и не разразился.

Почему? Возможно, потому что всем было понятно: это не агрессия. Это — техника, которая сломалась, но продолжила работать. Как будто судьба решила поставить эксперимент: что будет, если машина останется одна?

Оба случая — 1970 год (США) и 1989 год (СССР) — удивительно похожи. Самолёт теряет пилота. Двигатель отказывает. Но вместо падения — продолжение полёта. Автоматика берёт вверх. Машина становится пилотом.

Разница лишь в масштабе. Американский F-106 — это почти мистическая история, достойная анекдота из офицерской столовой. Советский МиГ-23 — это уже серьёзно. С человеческой ценой. И с вопросом: а что, если такие случаи происходили чаще, но о них просто не сообщали?

"ти истории — не просто факты. Это напоминание о временах, когда техника была железной, а люди — стальными. Когда самолёт мог упасть, но не сломаться. Когда лётчик катапультировался, а машина… продолжала службу.

Ирония здесь не злобная, а тёплая. Как рассказ старого механизатора:

— Ну, полетел сам, значит, знал дорогу!

Но за этой шуткой — уважение. К технике, которая выжила. К людям, которые рискнули. И к тому, что даже в хаосе возможна странная, почти невозможная гармония.

Может, и хорошо, что тогда не было интернета. Иначе бы мы сейчас смотрели ролики: «Самолёт летит сам! ШОК!»

А так — остались истории. Серьёзные. Смешные. И немного страшные.

Как и должно быть в настоящей истории.

Источники

https://www.maximonline.ru/longreads/photogallery/_article/ya-sam-istrebitel-kotoryi-prizemlilsya-bez-pilota/

https://rg.ru/2019/07/04/reg-szfo/neupravliaemyj-polet-901-kilometr-proletel-mig-23m-bez-pilota.html