Они просили автономии. Получили графу „национальность — украинец“

Историческая ирония для тех, кто ещё верит в мифы о «исконной украинскости» Галиции.

Впервые о русинах услышал и даже тесно пообщался в 1981 году, когда по бесплатной профсоюзной путевке (работал фрезеровщиком обуви в Москве на фабрике "Парижская коммуна") побывал в Закарпатской области. Вот тогда то и узнал, что эти люди считают себя потомками русских, живших ещё на территории "Карпатской Руси". Именно той, о которой я прочитал ещё раньше в Роман-газете в одной исторической повести о князе Даниле Галицком. Конечно, говор у них был не привычный для моего московского уха, скорее всего напоминающий распевы, которые в своё время использовала фолк-группа "Иван Купала", то есть древнерусские, часто до сих пор встречающие в приволжских и приокских сёлах, начиная с Калуги.

Начнём с того, что слово «русины» — не новодел эмигрантских кругов и не «австрийская выдумка», как любят повторять дешёвые историки. В «Повести временных лет» русины упоминаются наравне с «руськими людьми» — то есть как жители Древней Руси. Это было естественное самоназвание, а не этническая маркировка.

А теперь — к реальности XXI века. По данным переписи 2002 года в России русинов оказалось… 97 человек. Девяносто семь.

А вот по переписи населения на Украине (2001 год) русины составляли 0,02%/ В основном это Закарпатская область - приблизительно 9,7 тысяч человек. А по оценкам активистов - от 275 тысяч, международных восточноевропейских организаций до 1,6 млн.

И это при том, что ещё в 1930 году в Подкарпатской Руси (ныне Закарпатская область Украины) 62,6% населения — то есть больше половины — были русинами. Украинцы тогда составляли менее 1%. Сегодня — наоборот: 80,5% украинцев, а русины? Их получается сегодня (2026 год) «просто нет».

Как так получилось? Спросите у Андрея Фатулы, зампреда Русинского землячества «Карпатская Русь»:

«У моих родителей было семеро детей. В свидетельствах о рождении братьев — „русины“. В моём — „украинец“. Отец сказал: „С твоим рождением русинов в семье стало на одного меньше. А потом и вовсе — ноль“.»

В XVI веке Львов был обычным русским городом, населённым подкарпатскими русскими — или, как их чаще называли, русинами. Это не отдельный народ, а западные русские, чей язык поймёт любой современный носитель русского. Максимум — 5% слов вызовут заминку, как у бабушки при чтении «Евгения Онегина».

И так было не только в XVI веке. Русским Львов оставался и в XVIII, и в XIX, и даже в начале XX века — пока не началась австро-венгерская «национальная хирургия».

В 1914 году, в разгар Первой мировой, Австро-Венгрия обвинила русинов в симпатиях к России и устроила настоящую охоту на них. Тысячи — в концлагерь Талергоф. Аресты. Пытки. Семьи разорваны.

А когда Русская армия вошла во Львов в том же году, её встречали цветами. Это не была оккупация — это было воссоединение. Увы, радость оказалась недолгой: началось Великое отступление, и из Львовщины ушло 300 тысяч беженцев — не в поисках лучшей жизни, а чтобы просто остаться в живых.

После 1918 года, когда Львов достался Польше, русины не исчезли. Несмотря на репрессии, они продолжали быть русскими: издавали газеты, открывали кооперативы, учили детей.

В 1924 году вышла «Пропамятная книга австрийских жестокостей…» — сборник свидетельств Талергофа. Открыв её, вы сразу поймёте: это не «древний язык», а обычный русский.

А в 1928 году 80 тысяч человек в Галиции проголосовали за Русско-селянскую организацию (РСО) — русскую партию, действовавшую в Польше, в «украинском» Львове. Кто бы мог подумать?

В 1939 году русины снова вышли встречать армию — на этот раз Красную. Они верили, что пришли освободители, как в 1914-м. Но пришли большевики, и принесли с собой новую логику:

— Педагог? Русский? Член РСО? В тюрьму.

— Агроном? Учился в польском вузе? Буржуазный элемент — за решётку.

А ведь именно русинские общины собирали деньги, чтобы талантливая молодёжь могла учиться. Теперь же их обвиняли в «антисоветчине» за то, что они помнили, кто они.

Затем — казни в львовской тюрьме в 1941 году. Не нацистская фальшивка — факт, подтверждённый документами. И часть русинской молодёжи действительно ушла к бандеровцам. Не из любви к «украинскому делу», а от разочарования: «Если русские так поступают с русскими — за кого тогда воевать?»

В 1945 году лидеры карпаторусинов — священник Алексей Кобалюк и педагог Георгий Геровский — направили делегацию в Москву с простой просьбой:

«Мы не хотим быть чехами, ни украинцами. Мы хотим быть русскими (русинами) и свою землю желаем видеть автономной, но в пределах Советской России».

Источник https://docs.historyrussia.org/ru/indexes/values/217441

Ответа не последовало. Вместо этого — присоединение Закарпатья к Украинской ССР и начало системной украинизации. Точнее не начало, а продолжение, которое усиленно насаждалось с конца 20-х годов 20-го века.

Закрывали русские школы. Один из директоров, присланных из Киева, прямо заявил родителям:

«Сегодня вы хотите русскую школу, а завтра захотите фашистскую».

Этот эпизод был зафиксирован в письме Сталину от 5 августа 1946 года (РГАСПИ, ф. 558, оп. 11, д. 895, л. 95–100). Что именно думал Сталин — неизвестно. Но политика государства была ясна: русинская идентичность больше не вписывалась в советскую национальную матрицу.

Сегодня в Закарпатской области подавляющее большинство по-прежнему говорит на родном русинском языке — но в документах они значатся украинцами.

Русины не исчезли. Их на Украине переписали.

В 1930 году — 62,6% русинов.

В 1945-м — более 400 тысяч.

В 2001-м — 9,7 тысяч.

В 2026-м — «украинцы, но с акцентом».

Заключение: история, которую удобно забыть

Когда сегодня говорят о «вечной украинскости» Львова или Закарпатья, просто вспомните:

— Русский язык в «Талергофском альманахе».

— 80 тысяч голосов за русскую партию в Польше.

— Цветы в 1914 и 1939 годах.

— Письмо 1945 года, оставленное без ответа.

— И свидетельство о рождении, где «русин» вдруг стал «украинцем» — не по воле родителей, а по указке из Киева.

Русская Галиция — не миф. Это реальность, которую стёрли не огнём, а пером.

Источник частично цитированных материалов: argumenti.ru

P.S. Если вы всё ещё считаете, что Львов «всегда был украинским», откройте «Пропамятную книгу» — и прочитайте её вслух. Без словаря. Уверен, у вас получится. Потому что это — по-русски.

Источники указаны в тексте