Мать погибшего в Приамурье солдата-срочника не верит в версию о самоубийстве

Мать погибшего в воинской части Белогорска Амурской области солдата-срочника Евгения Кувайцева Ольга Терентьева не верит в версию самоубийства и обвиняет военных начальников в обмане. Ей показывали две разные предсмертные записки, полагает Терентьева, и их не мог написать ее сын. По мнению женщины, от нее не только скрывают правду о смерти ее сына, но и не выполнили обещание оплатить его похороны - она все делала за свой счет.

Трагедия в воинской части случилась 26 января. По официальной версии, военнослужащего Евгения Кувайцева нашли с огнестрельным ранением головы и предсмертной запиской рядом. Солдат скончался, не выходя из комы, 19 февраля, сообщает "Амур. инфо". Главное военное следственное управление СК России 30 января завело уголовное дело по части 3 статьи 30, части 1 статьи 110 УК РФ (покушение на доведение до самоубийства).

Экспертиза подтвердила, что найденную при раненом записку писал он сам, однако мать погибшего не верит в это. В эфире программы &feature=youtu.be" rel="nofollow">"Простые вопросы" Ольга Терентьева 27 февраля рассказала, что, во-первых, записка написана очень грамотно, что не характерно для ее сына, и там присутствовали не его речевые обороты. Во-вторых, позднее ей показали вторую записку - точнее, официально это был один и тот же документ, но мать, по ее словам, заметила, что во второй записке были грамматические ошибки и она немного отличалась по содержанию.

Мать погибшего рассказала, что последний раз говорила по телефону с сыном 20 января, и он почему-то был грустен, хотя ранее всегда общался бодрым голосом. Он сказал, что соскучился и хотел бы скорее увидеться. Ему оставалось служить десять месяцев. А 26 января Терентьевой позвонил мужчина, представившийся командиром батальона, и сказал, что ее сын в больнице с травмой головы средней степени и что идет разбирательство.

Женщина посмотрела в интернете, что указанный военачальником диагноз может означать сотрясение головного мозга. Но через некоторое время ей позвонили из руководства части и на этот раз сказали, что у Кувайцева огнестрельное ранение головы и что это самоубийство. Тогда же рассказали и о предсмертной записке.

Мать солдата не верит в версию самоубийства. Она рассказала, что сын говорил ей о межнациональном конфликте в воинской части и что дрался с дагестанцем, но потом пояснил, что уже все в порядке и они подружились. Женщина допускает, что сын просто хотел успокоить ее. Она считает, что если бы у ее сына были патроны (а по официальной версии, он их украл), то он прежде всего выстрелил бы в обидчиков, а не в себя.

Ольга Терентьева решила добиться правды во что бы то ни стало, она заказала независимую судебно-медицинскую экспертизу, результаты которой будут готовы через месяц, чтобы установить, с какого расстояния был выстрел.

Ее также обидело обещание руководства воинской части полностью оплатить похороны ее сына, однако его тело доставили ей в цинковом даже не гробу, а ящике, а денег так и не дали ни копейки.

Случаи гибели солдат, когда родным сообщают версию о самоубийстве, но те не верят в нее, происходят в воинских частях не редко. Одной из громких историй стала трагедия, произошедшая в марте 2017 года в Екатеринбургской воинской части - там погиб солдат-срочник из Пермского края Денис Хамидуллин. Родителям сказали, что произошел суицид через повешения, но они утверждали, что видели на теле сына следы от побоев. В дальнейшем следователи установили, что молодого человека довели до самоубийства. В июне в деле Хамидуллина появился подозреваемый.

Источник:

https://newsland.com/