Власть перестала бояться. «Народу ничего не должны» — эпиграф к любому новому документу»

«В считанные месяцы народу обрезали пенсии, обвалили курс рубля, увеличили налоги, урезали права, нарисовали запретов, и это без музыкального сопровождения, даже завалящей войны не устроили».

А что же народ? А народ — наиболее предсказуемый персонаж нашей многовековой драмы — безмолвствует. 2018 год принес нам (и власти в первую очередь) еще одну крайне важную новость: он и будет безмолвствовать.

Многие годы власть крайне аккуратно исследовала чувствительность народа, легонько тыкая его острыми предметами в разные места и одновременно вооружаясь до зубов для защиты от народа на случай резкой его реакции (наша власть вообще осмотрительна во всем, что касается безопасности ее самой, и часто это очень хорошо — иногда просто спасает страну, иногда — оттягивает наступление самых плохих последствий ее деятельности на существенное время).

Тычки сопровождались шумными плясками с бубнами, чтобы народ всячески отвлекать и развлекать одновременно. Народ безмолвствовал, и власть поначалу считала, что это именно танцы с бубнами народ гипнотизируют и анальгетизируют: на танцы тратилось все больше. Власть тем не менее боялась, что гипноз рассеется и тратила все больше на самозащиту, а мастера защиты от народа наливались соком, становились все более значимыми, все более незаменимыми и уважаемыми.

Но в 2018 году произошел перелом. Где-то в глубине кремлевских интеллектуальных подземелий щелкнул анализатор, зашуршала лента принтера и на свет божий вылез окончательный диагноз: народ безмолвствует в силу себя самого; танцы с бубнами не мешают, но не сильно помогают; мастера защиты от народа не так уж нужны.

Лица кремлевских мудрецов просветлели: можно больше не стесняться. Риторика резко поменялась, действия — тоже.

Власть не ошиблась: народ воспринял нововведения с безразличием. Таким образом власть к 2018 году не только расправилась со всеми реальными внутренними врагами, но и перестала бояться населения. Из этого родилась стратегия Кремля на ближайшие годы, видимо, до выборов в 24-м году.

Аристократия стоит над законом и лишь внутренние разборки могут поколебать ее вседозволенность. Ближний круг подчиняется лишь одному закону — честно служить аристократии; тех, кто заподозрен в недостаточном рвении или жульничестве, приносят в жертву безжалостно.

Источником власти и богатств аристократии являются природные ресурсы, но их не хватает даже на саму аристократию (аппетит подрос, а эффективность упала), что уж говорить о народе, тем более что цены на ресурсы могут колебаться очень сильно.

Раздача же богатств в «государстве» в пользу аристократии идет через «мегапроекты» и «госкомпании» — крупные статьи бюджетного финансирования, распределенные по аристократическим кланам, позволяющие последним законно и не очень формировать сверхприбыли.

Можно было бы предположить, что эти «новые русские», рядящиеся вместо малиновых пиджаков в патриотическую риторику и готовые создавать иллюзию прогресса во всех областях, от добычи нефти до хайтека, даже не будут воровать — им будет достаточно жирных господрядов на очередную бессмыслицу. Но, судя по всему, это не так: воруют и воровать будут.

С 2019 года и далее мы можем ожидать, что первое лицо российской власти будет занято только внешней политикой; внутренняя останется на откуп аристократическим кланам, конкурирующим за ресурсы, чиновникам ближнего круга, пытающимся их аппетиты удовлетворить и привластным бизнесменам, стремящимся заработать на их обслуживании и защите.