Уголовно-процессуальный кодекс РФ и некоторые его особенности

«Законодатель мудр»

(Из лекции по уголовному праву)

«Ворон ворону глаз не выклюет»

(народная мудрость)

Этой статьей я решил начать ряд публикаций,, отражающих некоторые особенности действующих норм уголовно-процессуального законодательства с точки зрения практикующего адвоката, место, цели и задачи адвоката в уголовном судопроизводстве с учетом этих особенностей. Сразу хочу отметить, что здесь я не преследую цели «поднять волну народного гнева», а стремлюсь всего лишь осветить те проблемы, которые ставят перед адвокатом некоторые, на мой взгляд, парадоксальные, а иногда и абсурдные статьи действующего уголовно-процессуального закона.

Особенности УПК

Действующий Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации содержит положения, дающие следователю возможность подходить к расследованию уголовных дел и к привлечению людей к уголовной ответственности, с позиции художника-абстракциониста: по принципу «А я так вижу». Прежде всего, конечно, это пресловутая ст. 17 УПК РФ, которая гласит:

«1. Судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

2. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы».

Согласно гл. 6 УПК РФ, прокурор, следователь, дознаватель и руководящие органы следствия и дознания наряду с потерпевшим, гражданским истцом и их представителями являются участниками уголовного судопроизводства со стороны обвинения.

Эти положения УПК РФ дают органам предварительного следствия и дознания возможность и формальное право не только устанавливать факты и обстоятельства, свидетельствующие о виновности привлекаемого к уголовной ответственности лица, опираясь на них, при формулировании обвинения, но и игнорировать при этом доказательства, свидетельствующие о его невиновности, оценивая их «по своему внутреннему убеждению» и руководствуясь при этом законом – теми же ст. 17 и гл. 6 УПК РФ. Апеллировать же к совести следователя, прокурора или суда – занятие не плодотворное, хотя бы потому, что «совесть», как, впрочем, и «внутреннее убеждение» – понятия в принципе не правовые.

В ст. 5 УПК РФ перечислены основные понятия, используемые в настоящем кодексе. Представляется, что понятия «внутреннее убеждение» и «совесть», как основные критерии оценки доказательств виновности или невиновности человека, играющие решающую роль не только при привлечении к уголовной ответственности, но и при вынесении приговора, должны быть приведены и истолкованы в указанной статье. Однако этого нет. Нет в ст. 5 УПК РФ этих понятий. И это неудивительно, поскольку к уголовному праву эти понятия никакого отношения не имеют. Это что-то, скорее, из области психологии человека.

Казусы теории на практике

Приводит это, в частности, к тому, что, получая после окончания предварительного следствия обвинительное заключение, составленное следователем и утвержденное прокурором, адвокат обнаруживает, что те доказательства защиты, которые были предоставлены в ходе предварительного следствия, или вообще не отражены в обвинительном заключении, или отражены формально, без какой-либо их оценки следователем и фактически оставлены без внимания, в резолютивной части этого документа. А на вполне обоснованный вопрос адвоката о том, почему те или иные доказательства, свидетельствующие либо о невиновности, либо, как минимум, о недоказанности вины обвиняемого, не отражены и ни как не оценены, следователь с «чистой душой» отвечает: «Согласно гл. 6 УПК РФ я являюсь стороной обвинения, а потому не обязан отражать, или оценивать доводы и доказательства, которые в силу ст. 17 УПК РФ считаю незначительными». Ну это если вообще что-то отвечает, кроме пресловутого: «суд разберется».

Примерно так же ведет себя в процессе и государственный обвинитель (прокурор), который в обвинительной речи сваливает в кучу все доказательства – и обвинения, и защиты, и, не особо вдаваясь в подробности, просит суд признать подсудимого виновным на основании всех имеющихся доказательств.

Естественно, что при таком положении вещей требования, декларируемые ч. 2 ст. 6 УПК РФ, которая гласит, что «уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождения их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию», приобретают нередко чисто декларативный характер и приносятся «в жертву» административным, корпоративным и личным интересам тех должностных лиц, которые перечислены в гл. 6 УПК РФ. И в результате фраза разбойника из известного мультфильма: «Не мы таки – жизнь така» ими легко трансформируется в «Не мы такие – закон такой».

Можно, конечно, долго сокрушаться по поводу того, что в УПК РСФСР были, а из УПК РФ исчезли такие понятия, как «полнота», «всесторонность» и «объективность расследования», «недопустимость обвинительного уклона», которые обязывали орган расследования, прокурора и суд исследовать все обстоятельства дела, а не только те, которые свидетельствуют о виновности лица, но рыдать по прошлому – не продуктивно.

В результате все бремя оценки доказательств с точки зрения их относимости, допустимости и значимости в полном объеме ложится на суд, который так же действует в соответствии со ст. 17 УПК РФ, оценивая доказательства на основании «внутреннего убеждения» и руководствуясь «совестью».

Мрачная получилась картинка, правда? И, казалось бы: зачем нужен в этой схеме адвокат, если критерии оценки доказательств носят не правовой, а скорее психологический характер?

Ответ на этот вопрос есть, и сводится он не только к тому, что в отличие от психолога адвокат имеет право защищать привлекаемое лицо на всех стадиях уголовного процесса. Но о задачах адвоката в уголовном судопроизводстве, стратегии и тактике его работы я предлагаю поговорить позднее и предлагаю коллегам делиться своими мыслями о наиболее оптимальных способах защиты клиентов в рамках действующего законодательства.