Мать двоих детей из Оренбурга остаётся в тюрьме.

Снести нельзя, оставить тоже — генпрокурор, глава СКР и губернатор не могут разобраться в истории с оренбургским домом

Верховный суд отказался предоставить отсрочку наказания для женщины с двумя несовершеннолетними детьми, которая отбывает срок за несуществующий ущерб. Потерпевшими по делу признаны покупатели долей в ее доме, который якобы должен был идти под снос. Но спустя два года выяснилось, что снести здание невозможно. Несмотря на это, служители российской Фемиды отказываются выпускать женщину из колонии даже после вмешательства руководителей СКР и генеральной прокуратуры.

За историей Юлии Рыжевской, возвращения которой из тюрьмы ждут двое несовершеннолетних детей, Первое антикоррупционное СМИ начало следить с января 2019 года. Женщина вместе с гражданским мужем Александром Ткаченко возвела в Оренбурге на своем участке частный дом. Затем здание и земля были разделены на доли, которые приобрели несколько собственников. Однако, недвижимость приглянулась влиятельной соседке, которая захотела расширить свой гостиничный бизнес за счет прилегающих территорий.

С этого момента и начались проблемы. У семьи вымогали взятку чиновники, потом в ускоренном порядке дом потребовали снести под предлогами, оказавшимися фейком. А параллельно на владелицу жилья завели уголовное дело, обвинив ее в причинении ущерба другим собственникам: при сносе здания, решение о котором было принято судом, владельцы долей лишались своего имущества. В итоге спорный дом в Оренбурге стоит до сих пор, а Рыжевская уже второй год сидит за решеткой.

Бессилие приставов

Решение о сносе трехэтажного дома Юлии Рыжевской и ее гражданского мужа Александра Ткаченко в первой инстанции в 2015 году вынесла судья Оксана Рафикова, а в апелляции ее позицию подтвердил судья Вячеслав Раковский.

Однако вплоть до 2019 года ситуация вокруг здания по адресу «улица Красногорская, 16» оставалась неясной.

Судебные приставы в частных разговорах поясняли Александру Ткаченко, что снести его жилье они не могут, поскольку все собственники прописаны там на законных основаниях, а судебные решения содержат логическое противоречие, поскольку предписывают часть долей собственников снести, а другую — оставить в сохранности. Впрочем, закрыть исполнительное производство по сносу дома сотрудники оренбургского управления ФССП тоже не могли, ссылаясь на давление областной прокуратуры.

Выйти из этого замкнутого круга помогла строительная экспертиза, которую Ткаченко заказал в Торгово-промышленной палате Оренбургской области. В итоговом заключении от 8 августа 2019 года специалист Регина Стоянович указала, что даже частичный демонтаж объекта приведет к обрушению здания, что «исключит возможность использования объекта по назначению собственниками, не согласными осуществлять снос в добровольном порядке».

Экспертизу Ткаченко передал в управление Федеральной службы судебных приставов по Оренбургской области, и 14 августа было вынесено постановление об окончании исполнительного производства по сносу дома, поскольку выполнить эту задачу невозможно. Дело судебные приставы вернули в Центральный районный суд Оренбурга, который возглавляет Андрей Петрушов.

Таким образом, вернуться к вопросу сноса спорного дома в Оренбурге теперь можно только в том случае, если мэрия, выступавшая в 2015 году заявителем по данному делу, подаст новый иск. Однако, глава региона лично пообещал гражданскому мужу Юлии Рыжевской «приструнить» чиновников городской администрации.

Нагоняй для прокурора

Кадровые перестановки в правительстве Оренбургской области произошли в марте 2019 года: бывший губернатор Юрий Берг ушел в отставку, а временно исполняющим его обязанности президент Владимир Путин поставил Дениса Паслера, ранее занимавшего пост председателя правительства Свердловской области.

«Я встретил Дениса Паслера на улице, когда гулял с детьми. Оказалось, что он знает о моей проблеме и готов меня принять», — описал Ткаченко обстоятельства, предшествовавшие аудиенции у нового главы области.

Прием состоялся 23 августа. Как рассказал Ткаченко, перед ним, явно в расстроенных чувствах, от Паслера вышел прокурор Оренбургской области Сергей Бережицкий. Именно с неформальным влиянием его сотрудников семья и связывает свои проблемы, их мнение подтверждается официальными свидетельскими показаниями. Врио губернатора рассказал, что беседовал с прокурором, в том числе, и по делу Юлии Рыжевской.

По словам Александра Ткаченко, Денис Паслер ознакомился с экспертным заключением оренбургской торгово-промышленной палаты, а также с постановлением регионального УФССП, и пообещал обсудить вопрос о прекращении требований по сносу дома с представителями городской администрации Оренбурга, которой руководит Дмитрий Кулагин.

Фиаско Чайки

Однако, добиться того, чтобы российская судебная система признала ошибки в деле матери двоих детей из Оренбурга, пока не удается, несмотря на вмешательство руководителей федеральных силовых структур.

После ряда публикаций СМИ глава СКР Александр Бастрыкин потребовал от подчиненных провести проверку «оренбургского дела», а заместитель Юрия Чайки Александр Коржинек подал в судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда кассационное представление об отсрочке отбывания наказания для Рыжевской до 2026 года, когда ее младший сын достигнет 14-летнего возраста. Слушание состоялось 21 августа 2019 года, но вопреки позиции Генеральной прокуратуры Верховный суд в предоставлении отсрочки отказал.

Впрочем, Александр Ткаченко продолжает добиваться пересмотра дела своей супруги. Он написал еще одно письмо на имя Юрия Чайки, где просит генерального прокурора направить представление об отсрочке отбывания уже не в коллегию по уголовным делам ВС, а напрямую главе Верховного суда Вячеславу Лебедеву.