Российские власти пытаются обеспечить лояльность народа, загнав его в долги. И таким образом роют се

Одной из главных экономических новостей накануне выборов в России стало сообщение о снижении ключевой ставки. Перед электоратом в очередной раз помахали дешевой ипотекой.

В стране сейчас около пяти миллионов ипотечников — чуть больше 6% трудоспособного населения. Можно округлить до 10%, если учесть, что кредитное бремя обычно несут на себе все работающие члены семей. Но государству этого мало. И не только потому, что надо развивать строительный сектор. Сегодня ипотечники и должники по потребительским кредитам — это опора режима. Не просто бюджетники и пенсионеры, а бюджетники и пенсионеры с большими долгами. И клерки с долгами. И работяги с долгами. И все остальные с долгами.

Государство хочет, чтобы должников было больше, и соблазняет народ дивными обещаниями. Ипотекой под 5% дразнят молодых многодетных родителей. Ипотекой под 2% приманивают тех, кто согласен отчалить на Дальний Восток и не отсвечивать. На государственных телеканалах, обсуждая проблему закредитованности населения, приходят к выводу, что у нас, наоборот, есть проблема недокредитованности: весь мир живет в долг, а мы отстаем.

Тут важно еще не упускать из виду, что для государства имеет значение количество, а не качество. Именно поэтому оно только и делает, что собирает новую паству, совершенно не интересуясь, как там старые прихожане себя чувствуют под кредитным бременем.

Логику властей понять можно — они ставят на конформизм. Им кажется, что народом, задавленным миллионными долгами, легче управлять: людям становится не до политики, не до гражданской активности. В правительстве верят, что подданные станут еще более покладистыми, смирными, а выверты вроде очередного повышения пенсионного возраста будут встречать не вздохами негодования, а напротив — с воодушевлением. Ведь чтобы платить по счетам, многим придется вкалывать до гробовой доски.

Чиновники также убеждены, что закабаленное население приспособится к любым потрясениям на рынке труда: дескать, если у человека есть долг, он согласится на какую угодно работу, даже на самых невыгодных условиях — такой не будет отягощать своими проблемами службы занятости.

Все выглядит, вроде бы, непротиворечиво. Но в действительности государство роет себе очередную яму. Оно просто не знает, что такое русский должник и какие порой попадаются его разновидности.

Один из самых проблемных — «кредитус-безбашенус». Тип не такой редкий, каким может показаться на первый взгляд. Распространен в основном в провинции. Пример? Пожалуйста. Молодая семья: он — установщик стеклопакетов, она — продавец-кассир в декрете. Живут у ее родителей в тесноте и обиде. К двум годам первого ребенка случается вторая беременность — маячит маткапитал. По телевизору рассказывают, что, те, кто родил второго в 2018-м или в 2019-м, могут рассчитывать на льготную ипотеку.

Молодые родители бегут в банк и покупают большую трехкомнатную квартиру за четыре миллиона рублей. В продаже есть скромные двушки в два раза дешевле, но гулять так гулять! Позже продается родительская квартира. Полмиллиона, которые после дележки достались молодым, планировалось потратить на частичное досрочное погашение кредита. Но ведь в новом жилье нужен ремонт, а в строительных буклетах и каталогах мебельных магазинов так много всего интересного…

Через месяц денег нет. Через полгода установщик стеклопакетов остается без работы. Еще через полгода встает вопрос о выселении и продаже квартиры на торгах. Неудачливые заемщики пытаются уцепиться за соломинку — они ведь вложили маткапитал, детей не могут оставить без единственного жилья. Но оказывается, могут: средства сертификата ушли на уплату процентов по кредиту, вернуть их нельзя.

Таких примеров уже достаточно. А будет еще больше. Кредит под 5% введет в искушение многих. Не все сегодня понимают, что лезть в кабалу, когда в семье только один работающий, когда первоначальный взнос 15%, да и тот не заработан, когда ежемесячный платеж равен половине бюджета семьи — безумие.

Я покупала в этом августе квартиру в Перми. Была удивлена странному ажиотажу на рынке недвижимости. Квадратные метры разлетались, как горячие пирожки. Поинтересовалась у продавца, откуда у народа деньги. Оказалось, что покупают в кредит с минимальным первоначальным взносом.

А знаете, почему торопятся? Боятся, что случится кризис, дефолт, революция! Люди наблюдали за протестами в Москве и Питере, нервничали и… бежали в банки. Логика, конечно, убийственная. Если дефолт, как платить за кредит? А если революция, то кто знает, что вообще будет с банками, собственностью? На революцию, к слову, отдельные индивиды даже возлагали особые надежды: им казалась, что долги спишут, а жилье оставят. Представляете? И этим людям выдавали кредиты. Их обследовать надо, а с ними заключали договоры на миллионы рублей.

Российский заемщик в массе своей еще очень инфантилен. Об этом кричит статистика. Более 43% заемщиков вписываются в кредит с первоначальным взносом менее 20%, и в роли этого взноса часто выступает маткапитал, субсидия или вообще потребительский кредит, выданный в другом банке. Дополнительные потребкредиты висят на половине российских ипотечников. При этом только ежемесячный платеж по ипотеке у большинства равен половине дохода.

Этот портрет никак не противоречит утверждению, что ипотечники — опора режима. Вот только в нынешних экономических условиях им абсолютно безразлично, какой режим подпирать. Им все равно, у какой власти просить помощи из бюджета при персональном финансовом крахе — да хоть у черта лысого. Российский заемщик, конечно, не станет раскачивать лодку и протестовать против несправедливости действующего режима. Но если лодка пойдет ко дну чужими усилиями, каждый второй должник без раздумий присягнет новой власти — лишь бы дали перекредитоваться. Конформизм другим не бывает.

https://www.rosbalt.ru/blogs/2019/09/10/1801558.html