Дом, или Марфа и Мария.

Уаажаемые коллеги! Квартирный вопрос испортил не только москвичей, но даже жителей окраин Скандинавии.

Эта или очень похожая история могла произойти как в Дании, так и у "прочих разных шведов".

Но, в любом случае, хочется верить в хорошее!

Стине Асгард поднялась на крыльцо каменного дома и решительно

позвонила.

Ей не пришлось долго ждать. Дверь открыла худенькая блондинка лет

тридцати.

-Добрый день. Я фру Стине Асгард. Вы, я полагаю, Ханна Ульсен.

Ханна уловила легкий нажим на это "фру Асгард", но улыбнулась и

предложила гостье войти. Они поднялись на второй эта. Окна выходили на канал Ньюхавн, где прогулочные яхты катали туристов.

-Красивый у Вас дом, - заметила Стине, когда они сели пить кофе.

-Да, этот дом достался мне по наследству, - ответила Ханна. - Я

живу одна, а прислугу уже отпустила. Мы можем говорить откровенно.

-Я получила Ваше письмо, - медленно продолжила Стине. - Я давно знаю, что

у Вас любовная связь с моим мужем, Сереном Асгардом. Тем не менее Вы

сообщили о нечто важном... для меня и Серена.

-Да, Стине. Ваш муж рассказывал, что Вы работали медсестрой. Я очень

больна и действительно очень одинока.

Стине профессионально коснулась запястья девушки и как будто птица

затрепетала под ее пальцами. Да, теперь понятна эта синева под глазами и вокруг рта Ханны.

Врачи обещают мне год, полтора в лучшем случае, - взгляд Ханны выражал определенное решение. - Родственников у меня нет и я хочу завещать дом Вам и Сёрену.

Взамен я почти ничего не прошу. Я хочу продолжить работу над моей книгой совместно с Сёреном Асгардом и, надеюсь, успею ее закончить.

Стине задумалась о своей жизни с Сёреном.

Каникулярный роман со студентом привел ее, девчонку с рыбацкого острова, в Копенгаген. Стине закончила школу для медсестер, но появился их первенец.

Сёрен был молодым и подающим надежды литератором.

Теперь ему уже за 30... а он до сих пор подает только надежды. Бог знает сколько меблированных комнат они уже поменяли с двумя детьми.

Ханна поймала взгляд Стине:

-Я уже уладила формальности. В случае моей смерти от болезни Вы и Сёрен

вступаете в право наследовния 50 на 50...

А Ханна Ульсен была очень талантливая (и очень больная девушка).

Год согласованного счастья за этот прекрасный дом? Всего один год?

А Шутник-на-небесах ухмылялся себе в бороду...

Теперь Сёрен целыми днями пропадал в доме Ханны.

Он фонтанировал идеями. Ханна умела превратить неотшлифованный камень в настоящий бриллиант, она нашла художника, выполнившего великолепные эскизы для их

книги.

Сражалась за каждую крону с издательствами, "как торговка рыбой",

фыркала потом довольная Ханна.

А Стине прикидывала, что это будет последний год ее бедности.

Соперница уйдет, а останется все знали что... и гонорары, конечно.

И этот бренд: "Последняя книга Ханны Ульсен!" Что привлекало людей-талант самой Ханны или книга из ее холодеющих рук?

Однажды Стине встретила Ларсена, своего старого знакомого.

Когда-то она работала медсестрой в больнице, а Ларсен проходил там практику. Теперь друг юности имел солидное брюшко - дела шли неплохо.

Они зашли в кафе.

Да, Стине, теперь я кардиолог, пробился, знаешь ли... А ты никого не

замечала, кроме своего сочинителя! Ха, ха!

Они пили кофе.

-Да, недавно консилиум рассматривал интереснейший случай.

Ханна Ульсен, можно сказать, стоявшая год назад перед открытым гробом, Ханна Ульсен ЗДОРОВА!

Что? - Стине застыла с открытым ртом. - Ханна У-у-ууу...

-Всех нас переживет! Так считают даже профессора из Германии Гербергер и

Бергербер...

Стине видела раскрывающиеся губы Ларсена, но уже ничего не слышала.

В ее голове тысячи молоточков били: "Хан-на Уль-сен здо-ро-ва!"

В глазах Стине резко потемнело.

Публика была очень тронута, когда гуманная Ханна Ульсен забрала к себе в

Дом парализованную Стине и ее детей.

Сёрен тоже перебрался к Ханне, вернее, он и не выбирался оттуда.