Выплата в сумме 4800 евро доверителю за чрезмерную продолжительность предварительного заключения

Непростое дело

Доверитель по этому уголовному делу Виктория – рядовой сотрудник Федеральной налоговой службы в одной из районных инспекций г. Ростова-на-Дону, которая почти полтора года «просидела» в СИЗО, потому что не хотела давать нужные следствию показания на руководителей этой же районной ИФНС.

Причем на ее возражение о том, что она не может ничего сказать, так как ничего не знает, ей намекнули на то, что она может не беспокоиться: если все будет нормально, ее отпустят под домашний арест, а потом даже могут что-то переквалифицировать, необходимо просто подписать все, что напишут за нее.

Когда я вспоминал о предъявленном Виктории обвинении по ч. 3 ст. 210 УК РФ, ч. 4 ст. 159 УК РФ, ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, мне становилось дурно. Только по вмененной ей ч. 3 ст. 210 УК РФ (организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней) с использованием своего своего служебного положения) Виктории грозило от 15 лет лишения свободы.

Как она держалась, я просто не представляю. Человека с таким сильным характером и с такой принципиальной жизненной позицией я в свой жизни, пожалуй, не встречал. И все это в хрупкой, миловидной девушке. При этом она никогда не опускала руки и все время писала жалобы и ходатайства во все инстанции. Обжаловала абсолютно все действия следствия и решения судов. От ручки у нее даже образовались мозоли на пальцах. На мои намеки о тщетности и ненужности обжаловать все подряд Виктория рассказала мне историю про своего деда, который, с ее слов, в 1937 году был репрессирован. Он не оговорил ни себя, и ни других даже под пытками и тоже бился до конца, писал во все инстанции, дошел до самого Сталина и впоследствии был освобожден из-под стражи и реабилитирован при жизни.

Жалоба в ЕСПЧ мною писалась, когда срок содержания под стражей Виктории в очередной раз продлевался сразу на 2 месяца 10 суток, а всего до 12 месяцев. Я дождался решения суда апелляционной инстанции по моей жалобе на продление срока содержания под стражей, естественно все засилившей, и принялся за дело.

Основания для обжалования в ЕСПЧ: нарушение права, предусмотренного статьей 6 часть 1 Конвенции (право на «справедливое судебное разбирательство беспристрастным судом»); нарушение права, предусмотренного п.п. «с» п. 3 ст. 6 (право «защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника»); нарушение права, предусмотренного п.п.«c» п. 1 ст. 5 Конвенции (право на «законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения»); нарушение права, предусмотренного п. 3 ст. 5 Конвенции (право на то, что

«каждый задержанный или заключенный под стражу имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда»); нарушении права, предусмотренного ст. 3 Конвенции (право на то, что «никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию»).

Жалоба была подана в марте 2017 года, через месяц была признана приемлемой и уже 21.02.2018 г. коммуницирована правительству РФ. 16.01.2020 года третьей секцией ЕСПЧ было вынесено решение о совместном рассмотрении в одном постановлении ряда аналогичных жалоб, включая мою.

Во все жалобах суд выявил наличие нарушении п. 3 ст. 5 Конвенции, а именно: „Каждый задержанный или заключенный под стражу и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда». Суд установил, что жалобы реально свидетельствуют о нарушении пункта 3 статьи 5 Конвенции, касающегося чрезмерной продолжительности предварительного заключения. В части нарушений других пунктов Конвенции суд признал мою жалобу неприемлемой.

В своем решении ЕСПЧ обязал государство-ответчик выплатить заявителям в течение 3 месяцев суммы, указанные в прилагаемой таблице, которые должны быть конвертированы в валюту ответчика по курсу, действовавшему на дату расчета. Виктория в списке была первой с суммой компенсации 4800 евро.

Что касается дальнейшей судьбы Виктории, то это отдельная и по-своему интересная история, не связанная с темой публикации. Скажу лишь одно, усилия Виктории не прошли даром, я уже думаю, что, может, ее дед с того света помог Виктории, так как по истечении 18 месяцев расследования уголовное дело было возвращено следователю первого следственного отдела седьмого следственного управления Главного следственного управления Следственного комитета РФ (с дислокацией в г. Ростове-на-Дону) заместителем прокурора РФ на дополнительное расследование, и всё «организованное преступное сообщество», включая Викторию, было освобождено из-под стражи, отсидев предельный срок содержания.

Всем удачи в делах! Надеюсь, кому-то из коллег моя публикация поможет в работе.