"Рентабельность советского кинематографа составляла 900% в год".

Как партия и правительство управляли кинопроцессом в последние годы советской власти, обозревателю "Власти" Евгению Жирнову рассказал бывший зампред Госкино СССР Борис Павленок.

"Кинематограф был абсолютно рыночной структурой"

— Главной целью было извлечение прибыли?

— Пополнение бюджета. Кинематограф был абсолютно рыночной и прибыльной структурой. Получив темплан, я шел в Госплан, а потом в Минфин и выбивал лимит на производство фильмов. Нас всегда выручал министр финансов Василий Федорович Гарбузов. Он был большим любителем кино. Когда он смотрел комедии, с ним в одном ряду сидеть было нельзя: все кресла тряслись. И если возникали сложности, он безоговорочно решал вопрос. Обычно мы получали до 100 млн рублей в год. Это было разрешение банку дать нам ссуду. Мы должны были их освоить и погасить банковский кредит. Студии продавали фильмы прокату (другой структуре Госкино), прокат продавал кинотеатрам, и деньги, полученные от сборов за билеты, мы возвращали в банк.

— А сколько возвращалось?

— Касса нам давала примерно 1 млрд рублей.

— Рентабельность советского кинематографа составляла 900% в год. Мы когда-то ставили с американцами "Синюю птицу", и у меня для журнала Variety брали интервью. Я им говорю, что кинотеатры в СССР посещают 4 млрд зрителей в год. Они переспросили. Я снова: 4 млрд. Они попросили написать на бумаге, пересчитали нули и все-таки написали в журнале 1 млрд. Средняя цена билета была 22,5 копейки, вот и получались сборы 1 млрд рублей со всей киносети. Этого хватало, чтобы вернуть кредит, вести производство, оплачивать тиражи фильмов. Примерно 550-570 тыс. забирали у нас в виде налогов. Оставшегося хватало, чтобы делать такие картины, как "Война и мир" или эпопею "Освобождение", чтобы у нас с 1976 года ежегодно было 30 режиссерских дебютов. Мы создали на "Мосфильме" объединение "Дебют", условием работы в котором было: ставьте что хотите, снимайте как хотите, выход на экран зависит от проката — купит или не купит. Но мы платили всему творческому составу повышенные ставки, чтобы они не были ущемлены по сравнению с теми, кто работает в "большом кино".

— Блестящие результаты повторялись из года в год?

— В среднем, чтобы фильм оправдывал себя, нужно было, чтобы его посмотрело 17 млн зрителей. Но далеко не все эту цифру вытягивали. Василий Шукшин снимал один в один, как снайпер: ни одного лишнего съемочного дня, ни одного попусту потраченного метра пленки. У него "Калина красная" стоила — сколько лет прошло, но я хорошо помню — 289 тыс. рублей, и посмотрело ее 140 млн человек. В то время как какая-нибудь "Севастопольская эпопея", которую посмотрело — я помню тоже — 1,5 млн человек, стоила 1,5 млн рублей.

И чтобы поправить дела, мы, как у нас говорилось, "приглашали Брижит Бардо". Это нормальный продюсерский ход. Неважно, где я беру деньги, главное — рассчитаться с долгами и получить кредит на следующий год. Иногда звонил Ермашу управляющий Госбанком и говорил: "Слушай, купи какую-нибудь 'Есению', у меня касса пустая". Покупали индийские мелодрамы, бросали в кинотеатры большой тираж и наполняли бюджет.

Источник: Журнал "Коммерсантъ Власть" №9 от 10.03.2003, стр. 72.